Как русский дипломат решил помирить две армянские горы

11 декабря, 2018 - 14:21

Статус дипломата, конечно, позволяет путешествовать, но в определенных рамках. Что не скажешь о нашем герое. Дипломат Александр Васильев пять лет проработал в Армении. Завершив свою миссию в стране, дал интервью корреспонденту Армянского музея Москвы Елене Шуваевой-Петросян и рассказал о том, что он знал о стране до поездки, зачем пошел в армянские горы, в частности, на Арагац и Арарат.

— Александр, какой тебе представлялась Армения до распределения? Что ты знал о стране, в которой придется проработать пять лет? [Корреспондент обращается к герою материала на «ты», как принято в горах, с Александром она поднималась многократно на Арагац и на Казбек — прим. ред.].

По образованию я историк-международник и преподавал этот предмет, поэтому знал об Армении определенные исторические факты. Хотя моей специализацией были в основном европейские страны, в первую очередь Балканы, я занимался также Византией. И Армения для меня была интересна не только как отдельная страна, но и как один из ареалов Византийской империи. Армяне для меня всегда ассоциировались не только с самой Арменией, но и с другими государствами и империями, на территории которых они жили и играли заметную роль в политической, торговой и культурной жизни. Например, некоторые византийские императоры по происхождению были армянами. Армяне много сделали для Персии, Османской империи, стран Ближнего Востока, не говоря уже о внесенном ими вкладе в развитие в Российской империи и Советского Союза.

Свои первые ощущения после приезда в Армению очень простыми словами выразили мои дети: «Тепло и вкусно!» А я бы еще добавил: «гостеприимно». Совершенно не было ощущения, что я оказался в зарубежной стране. На протяжении нескольких лет моей работы я находился среди хороших, понятных и интересных людей, с которыми всегда было о чем поговорить и поспорить, у которых было чему поучиться.

Армения — очень интересная страна с точки зрения пересечения различных эпох и культур. Больше всего меня поразило ощущение древности. Древности народа, древности церквей, древности книг, древности гор. Пусть современный Ереван — город относительно молодой, но фактически каждый камень дышит историей. Помню, как меня поразили первые визиты к армянским монастырям: смотришь на них и понимаешь, что этим церквям больше лет, чем христианству на Руси. Это действительно впечатляет и вдохновляет на то, чтобы изучать историю этого народа еще больше и глубже. Я хорошо пополнил здесь свою библиотеку по истории Армении, буду ей делиться со своими друзьями и бывшими студентами. Кстати, уже в первый год пребывания в Армении я не мог забыть свою прежнюю преподавательскую деятельность и даже прочитал курс в Брюсовском институте по истории культуры и религии Европы и России.

— Ты как-то сказал, что Армения приближает человека к элите. Что ты имел в виду?

В Армении невероятное количество культурных мероприятий. Здесь как-то совершенно запросто можно познакомиться с людьми-легендами — будь то искусство, литература, музыка, наука. Пообщаться, даже поспорить с представителями настоящей, а не показной творческой элиты. В Армении эти люди становятся как-то ближе и проще. Например, в той же Москве вряд ли ты будешь каждый день вести беседу с министром культуры, знаменитым певцом или дирижером. А здесь такое общение — в порядке вещей. Вот наглядный пример. Мы искали дочке педагога для игры на саксофоне, на котором она мечтала научиться играть. Почти сразу нашли хорошего преподавателя, начали заниматься. А потом выяснилось, что наш Александр Григорьевич Манукян на самом деле — легендарная личность в области джаза и саксофона, почетный член многих международных музыкальных академий, а его ученики блистают во всех концах мира. А мы с таким человеком общаемся, дружим и порой даже… выпиваем! В какой европейской стране я бы так просто и спокойно мог подружиться с людьми из категории легенд?

— В посольстве России в Армении есть хорошая традиция — ходить на Арагац. Так посвящают в Армению каждый новый состав… Ты тоже ходишь в горы. Расскажи, как ты приобщился к альпинизму? Ходил ли до Армении в горы?

На протяжении жизни я увлекался разными видами спорта, заболевал ими внезапно и надолго. Но до Армении я в горы не ходил. Считал, что это возможно, но когда-нибудь потом. А здесь это случилось как-то быстро и для меня внезапно. Буквально через месяц после моего приезда бывший руководитель Россотрудничества и РЦНК Марк Калинин буквально затащил меня в поход на Южную вершину Арагаца. В первый раз было непросто, непривычно, да и экипировка была не совсем подходящей. Но дошли! После этого я буквально «заболел» горами и уже не мог остановиться. Уже в первый год я побывал еще на Аждааке, ряде других вершин пониже, принял участие в соревнованиях по скайраннигу. Заразившись горами, стал заражать других. В посольстве образовалась настоящая «горная секта», которая с каждым новым восхождением становилась все многочисленнее. Забавно было наблюдать, как новички, как и я когда-то, кряхтя, задыхаясь, обливаясь потом, проклиная и меня — проводника, и сами горы, тем не менее упорно двигаются к вершине. Клянутся, что больше никто и никогда в горы не заманит… И ровно через две недели спрашивают: «Когда идем на следующую вершину?». Открываем сезон обычно и июне — подъем на Арагац 22 июня стал уже традицией. В прошлом году мы установили своеобразный рекорд — в восхождении на Южную и Западную вершины Арагаца приняли участие 19 сотрудников посольства, включая женщин и детей. Все дошли и все остались довольны. Возвращались, правда, уже в темноте. Тогда же приобщили к горам и нового руководителя Россотрудничества — Сергея Рыбинского, который прибыл в Армению всего за два дня до этого.

— Как ты отважился пойти на Арарат?

Арарат! Да он фактически стал мечтой сразу после восхождения на Арагац!

Наблюдать эту волшебную гору каждый день, когда позволяет погода, и не побывать там, для меня было бы просто преступлением! Признаюсь, привлекала и сама тайна, легенды, которыми окружена Гора, вдохновляли и твои рассказы о восхождении, замечательные по образам описания. Очень хотелось почувствовать на себе эти самые «злые стратосферные ветра». В результате после двух лет мечтаний Арарат дал к себе приблизиться… Возможно, потому что у нас была высокая цель. Мы с моим другом и соратником Марком Калининым в год 70-летия окончания Великой Отечественной войны хотели поднять над вершиной копию знамени Победы. И это получилось! Было, конечно, непросто. Мы были ограничены по времени, пришлось совершать экспресс-восхождение, практически без акклиматизации. Спасибо тебе, что познакомила с прекрасным проводником Бурханом, рассказала о всех особенностях подъема.

— Не всем путешественникам Арарат открывается…

Да, так случилось с Николаем I, когда он посетил Армению. За время своего пребывания он даже не увидел Арарат, затянутый все время облаками, и, по легенде, даже воскликнул: «Что же ты, Арарат, не снимешь шапки перед своим властелином?» У нас, кстати, была похожая ситуация. Последний ночной подъем, высота почти 5000 метров, небо чистое, светит луна. Но горы есть горы. Погода здесь непредсказуема. Буквально за полчаса все затянуло облачностью. Поднявшись на вершину, мы так и не смогли с этой огромной высоты увидеть ни Ереван, ни Арагац, хотя очень хотелось… Солнце появилось буквально на минутку, как раз в тот момент, когда мы подняли Знамя Победы. Наверное, мы должны прийти сюда еще раз.

— А поделись, как историк, своими наблюдениями, что тебя впечатлило, какие открытия ты сделал на Горе, к которой армяне обращаются уважительно, с прописной буквы?

С самого начала у меня возникли ассоциации с фильмом Андрея Тарковского «Сталкер». Зона, где происходят чудеса и сбываются мечты — вот она, вроде бы рядом. Но напрямую идти нельзя! И дело вовсе не в закрытой армяно-турецкой границе и обходном маршруте через Грузию и неспокойные курдские земли Турции. Просто всегда путь к чему-то важному не может быть прямым и простым… Этот путь, все ощущения и переживания должны остаться в памяти на всю жизнь. Что-то похожее я когда-то переживал в лодочном походе к истоку Волги. А при подъеме на Арарат господствует какое-то иное ощущение времени и невероятной древности, чем выше, тем сильнее. Ты понимаешь, что эти камни, по которым ты сейчас идешь, описаны еще в Библии. Что, если верить легендам, по ним, возможно, спускался Ной. А вдруг, за следующим подъемом тебе вдруг откроются останки Ковчега?! Я, кстати, пытался изучить этот вопрос, свидетельства очевидцев, легенды. Ведь новые «сенсации» о находке Ковчега появляются чуть ли не каждый год! Были ведь и свидетельства летчиков, и русская экспедиция в 1916 году. Причем указывались разные места на Арарате. Кстати, нельзя исключить гипотезу, что ковчег был не один.

— Как не один?!

Ковчегов могло быть и больше. На мой взгляд, имеет право на существование следующая гипотеза. Если объяснить так называемый Всемирный потоп относительно географически ограниченным наводнением, связанным с разрывом перемычек между Средиземным и Черным морями, многое становится на свои места. В пользу этого говорит недавняя находка учеными в Черном море ископаемых пресноводных моллюсков, которые не могли жить в соленой воде. То есть, возможно, Черное море было когда-то более мелководным, но пресноводным озером. Вполне возможно, что Ной и другие люди видели приближающуюся катастрофу и готовились к ней, строя спасательные суда разных размеров. Вполне логично, что местом их спасения могла стать одна из самых высоких гор региона — Арарат. Впрочем, это лишь гипотеза. То, что было три-четыре тысячи лет назад, вызывает много споров среди историков и археологов. А это — еще более древние времена, свидетельства о которых остались лишь в легендах. Но даже легенды наполняют Гору непередаваемым волшебством.

— Расскажи нашим читателям историю, как русский дипломат решил помирить две армянские горы.

Арарат сейчас, конечно, не на территории Армении. Но я помнил древнюю армянскую легенду о том, как поссорились два брата — горы Арарат и Арагац. И с тех пор недружелюбно смотрят со стороны друг на друга. И вот, мне вдруг показалось очень важным их помирить. И поэтому я принес на вершину Арарата камушек из кратера Арагаца. А потом в кратер Арагаца отнес камень с Арарата. Что интересно, когда я положил араратский камень среди арагацских, то он сразу слился с ними — он был такого же цвета, ничем не отличался… Хочется надеяться, что горы помирились!

Фотографии: личный архив Александра Васильева.

Беседовала Елена Шуваева-Петросян,

журналист, писатель, литературовед, основатель проекта «Гора»

Ваша оценка материала: 
Average: 4.5 (2 votes)

Комментарии

Читая эти строки (моей) прелестной Елены Шуваловой-Петросян, поневоле вспмнается другой дипломат - Владимир Петрович Супишин, к памяти которого также отношусь с трепетом

«Я стою на вершине холма и в руках у меня жезл божьий»

Вот только с такими русскими я ходил в разведку (в науке) и в горы

Добавить комментарий

Plain text

  • HTML-теги не обрабатываются и показываются как обычный текст
  • Адреса страниц и электронной почты автоматически преобразуются в ссылки.
  • Строки и параграфы переносятся автоматически.