Генерал ГАВРИИЛ КОРГАНОВ: УЧАСТИЕ АРМЯН В МИРОВОЙ ВОЙНЕ НА КАВКАЗСКОМ ФРОНТЕ (1914‒1918)

12 сентября, 2014 - 14:12

ГЛАВА XXII: АЛЕКСАНДРОПОЛЬ

ГЛАВА XXIII: ОПЕРАЦИИ В РАЙОНЕ ЭРИВАНИ

russia-armenia.info  продолжает публиковать выдержки из книги  бывшего заместителя начальника штаба Кавказского фронта, генерала Гавриила Корганова: «УЧАСТИЕ АРМЯН В МИРОВОЙ ВОЙНЕ НА КАВКАЗСКОМ ФРОНТЕ (1914‒1918)».

Книга посвящена участию армянских добровольческих дружин в войне на Кавказском фронте в 1914‒1918 годах. Будучи одним из вид­ных военачальников русской Кавказской армии и непосредственным участником и очевидцем многих событий на этом фронте, автор описал этапы формирования и реорганизации дружин, приведшие к созданию армянской национальной армии.

НАЧАЛО: http://russia-armenia.info/node/8720

ВТОРАЯ ЧАСТЬ: http://russia-armenia.info/node/8784

ТРЕТЬЯ ЧАСТЬ: http://russia-armenia.info/node/8891

ЧЕТВЕРТАЯ ЧАСТЬ: http://russia-armenia.info/node/8979

ПЯТАЯ ЧАСТЬ: http://russia-armenia.info/node/9101

ШЕСТАЯ ЧАСТЬ: http://russia-armenia.info/node/9262

СЕДЬМАЯ ЧАСТЬ: http://russia-armenia.info/node/9354

ВОСЬМАЯ ЧАСТЬ: http://russia-armenia.info/node/9471

ДЕВЯТАЯ ЧАСТЬ: http://russia-armenia.info/node/9541

ДЕСЯТАЯ ЧАСТЬ: http://russia-armenia.info/node/9686

ОДИНАДЦАТАЯ ЧАСТЬ: http://russia-armenia.info/node/9817

ДВЕНАДЦАТАЯ ЧАСТЬ: http://russia-armenia.info/node/10090

 

ГЛАВА ХХП
АЛЕКСАНДРОПОЛЬ

3 мая 1918 года делегаты Закавказской Республики и турецкие делегаты встретились в Батуме, чтобы обсудить условия заключения мира. Закавказская делегация состояла из М.Н. Качазнуни от Армении и М.Расул-заде от Азербайджана как членов, под председательством М.А. Чхенкели, представлявшего Грузию.

Турецкая делегация была вначале представлена Джемаль-пашой, министром по морским делам, но он вскоре был заменён министром юстиции Халил-беем. Германской ставкой был также послан свой делегат, баварский генерал фон Лоссов.

Переговоры затягивались. Предмет и объём этой книги не позволяют вдаваться в обсуждение деталей этой конференции. Однако необходимо отметить, что с самого её начала турки настаивали на праве использовать линию железной дороги Александрополь – Джульфа для транспортировки войск в Тавриз, распространив впоследствии эти претензии на все кавказские железные дороги весь период войны. Это право было в высшей степени важным для турецкого генерального штаба, который намечал в это время наступление на Мосул против англичан. Это также было заявлено в самой категорической форме Ферик Вехиб-пашой, главнокомандующим турецкими войсками, действующими на Закавказском фронте.

Военные эксперты, дивизионный генерал Одишелидзе и бригадный генерал Корганов, не считавшие себя полномочными соглашаться с подобными условиями, передали их своей делегации, которая, в свою очередь, запросила точные инструкции у своего правительства.

В ночь с 14 на 15 мая турецкая делегация без предупреждения предъявила ультиматум, требуя немедленной эвакуации Александрополя и отступления армянских войск на 25 километров к востоку от этого города.

Этот ультиматум был предъявлен в 4 часа утра 15 мая за три часа до срока его истечения. Впрочем, турецкое наступление уже началось до этого срока, так что делегация не имела времени ознакомиться с этим документом.

М.А. Чхенкели живо протестовал против подобного образа действий по ходу прений на конференции, на что Халил-бей отвечал, что ультиматум послан надлежащим образом, вовремя, вечером 14 мая, но что, к сожалению, его секретарь не знал адреса руководителя  Закавказской делегации, отчего и произошло это досадное опоздание при передаче.

Комендант Александропольской крепости, в свою очередь, получил в 2 часа утра 15 мая от командующего турецкими войсками написанное по-турецки предупреждение, перевод которого был закончен только около 6 часов 30 минут.

Турки потребовали эвакуации Александрополя к 6 часам утра и отступления армянских войск на 20 километров к востоку от города, но, не ожидая ответа, они внезапно атаковали армянские войска, окружив их в то же самое время со стороны деревни Капс, расположенной к северу от Александрополя.

Генерал Назарбеков, чья штаб-квартира 13 мая была переведена на станцию Каракилиса, находился ещё в Александрополе. После короткого сопротивления крепость была взята, и армянские войска, застигнутые врасплох, продолжили отступление на линию деревень Орта-килиса, Дуз-кенд, Тепе-Долак. Но турки, развивая преимущество, захватили деревни Дуз-кенд, Тепе-Долак и Илхиали, заставив армянские войска отступить ещё дальше до линии деревень Топарли–Дираклар–Капанак.

Потеря Александрополя давала туркам возможность действовать против Эриванской группы. Поэтому генерал Назарбеков отдал следующие приказы: 1-я Армянская стрелковая дивизия с 7-м и 8-м полками 2-й Армянской дивизии отступает на линию деревень Гёк–Легуч–Беканд–Авдибек–Памб. Кавалерийская бригада оставалась в арьергарде близ деревни Чирахли. 1-я и 2-я отдельные  бригады получили приказ осуществить соединение с Эриванской группой через Сардарапат. Позднее 2-й полк кавалерийской бригады был послан в том же направлении. Генерал Андраник, который со своими добровольцами с 1 мая занимал Гули-булах, должен был действовать против левого фланга турок, прикрывая в то же время Ахалкалаки и Воронцовку. Одновременно генерал Назарбеков отдал приказ привести в готовность Ахалкалакские, Лорийские и Казахские территориальные полки. Два первых были переданы в распоряжение генерала Андраника, в то время как третий вошёл в состав 1-й дивизии.

При таком расположении Армянский корпус был обречён на пассивную оборону по всему фронту. Теперь речь шла о защите того, что ещё оставалось от Армении, куда со всех сторон хлынули беженцы перед лицом турецкого нашествия.

Генерал Андраник, занявший район Воронцовки, прикрывал правый фланг Армянского корпуса. Своим расположением глав-ные силы этого корпуса защищали пересечение дорог на Эривань, Каракилису и Дилижан. И, наконец, Эриванская группа, защищавшая столицу и южные районы Армении, была усилена, как мы уже видели, 1-й и 2-й отдельными бригадами.

Решение, принятое генералом Назарбековым в расчёте на сдерживание численно превосходящего противника и боевой дух своих войск, отвечало общей ситуации.

Генерал Андраник вынужден был воздерживаться от ведения боевых действий против левого фланга противника, который со-средоточил против него всю свою 5-ю дивизию. После горячих боёв на перевале Карагач, на дороге Александрополь-Тифлис Андраник 19 мая был вынужден отступить на Джелал-Оглу, и турки пробились в Лорийские степи.

В то же время противник начал сосредотачиваться против 1-й Армянской дивизии. Около 10 часов 21 мая турки атаковали линию Гёк–Легуч–Авдибек. 1-я Армянская дивизия вместе с 7-м и 8-м полками отступила на линию Гогоран–Тапанли–Вартпав, но 22 мая продолжила своё отступление на Каракилису, будучи бессильной, остановить турецкое наступление.

Это отступление позволило противнику занять станцию Амамлы, открыв себе, таким образом, дорогу на Эривань.

Генерал Силиков, командующий 2-й Армянской дивизией, дислоцированной в районе Эривани, послал отряд под командованием Дро в Баш-Апаран, чтобы прикрыть столицу с севера.

Генерал Назарбеков решил удерживать Каракилису до последнего. Речь шла о том, чтобы, во что бы то ни стало остановить продвижение захватчиков и спасти то, что осталось от Армении с её населением и беженцами, которым угрожало полное уничтожение.

В этих трагических обстоятельствах боевой дух войск, сильно пошатнувшийся после падения Александрополя и бесконечных отступлений, поднялся вновь ввиду очевидности общей опасности для всех, и со всех сторон стали собираться многочисленные дезертиры, чтобы снова вернуться в строй.

Воспользовавшись этим духовным подъёмом, генерал Назарбеков перешёл 24 мая в наступление, и на этот раз порыв армянских частей был столь неудержимый, что в результате ожесточённого боя противник не устоял и отступил в спешном порядке к Амамлы.

Несмотря на этот успех, положение генерала Назарбекова оставалось ещё очень опасным, так как его правому флангу угрожала 5-я турецкая дивизия, занимавшая ущелья горного хребта Безобдал.

Генерал Андраник, на котором лежала обязанность прикрывать этот фланг, не располагал достаточными силами для этого. После двухдневного боя против 5-й турецкой дивизии он был вынужден отступить от Джелал-Оглу к Дсегу (в 40 километрах к северо-востоку от Каракилисы). Генерал Назарбеков, в течение этого времени продолжавший наступление, стремился окружить правый фланг противника.

Наступление развивалось благоприятно, и к вечеру 26 мая армянские войска захватили на обоих флангах деревни Безобдал и Хаджи-калы и вытеснили противника с горы Гида-Маймех.

К сожалению, эти успехи не могли быть продолжительными. Воспользовавшись своим численным преимуществом, турки 27 мая начали мощную контратаку и после ожесточённого боя вернули гору Гида-Маймех. В то же время две турецкие колонны, одна численностью в 3000 человек с шестью орудиями, направилась из деревни Гюлагарак к деревне Безобдал, расположенной на правом фланге генерала Назарбекова; а другая, численностью около 1500 штыков, продвигалась со стороны деревни Амамлы.

К вечеру 27 мая турки захватили деревню Безобдал, от которой генерал Назарбеков был вынужден отступить со своим правым флангом на высоты горы Ахмет-Аги-Урт и со своим центром к деревне Кышлак.

Армянские войска не могли долго удерживаться на этой  позиции. 28 мая турки окружили армянский левый фланг, захватили деревню Вартанли, расположенную в тылу Каракилисской позиции, и войскам генерала Назарбекова снова пришлось отступать с боями к станции Шагали. В этом месте, благодаря крутым скатам гор, им удалось сосредоточиться 28 мая на линии Бозикенд–Никитино к востоку от Воскресенской, вновь преградив противнику путь от Каракилисы на Эривань.

Отряд Андраника прибыл 30 мая в Дилижан, а штаб корпуса был размещён в деревне Бас-Ахти.

До подписания перемирия между Турцией и Арменией войска оставались на этих позициях. Но Андраник, находя условия мира позорными, ушёл 6 июня со своим отрядом из Дилижана по направлению к Ново-Баязету и Нахичевану.

 

ГЛАВА XXIII
ОПЕРАЦИИ В РАЙОНЕ ЭРИВАНИ

Как мы уже указывали, некоторые армянские части, продолжали занимать в Турции различные пункты после отступления защитников Эрзерума в направлении прежней российско-турецкой границы.

В Алашкертской долине находилась 2-я отдельная бригада (Хнысский и Караклисский полки) с 8 артиллерийскими орудиями, 5-й армянский стрелковый полк (2 батальона) и 3-я отдельная бригада (1-й и 2-й Ванские полки) с 8 артиллерийскими орудиями занимали Ван.

Район Эривани, где был сосредоточен батальон 4-го армянского стрелкового полка, 6-й полк (3 батальона) и 20 артиллерийских орудий, служили базой этих двух отрядов.

Приказом генерала Назарбекова 2-я отдельная бригада покинула Каракилису Алашкертскую, когда появилась уверенность, что турки нанесут свой главный удар со стороны Сарыкамыша – Карса.

Начиная с 16 апреля, эта бригада приняла участие во всех сражениях, которые имели место у Карса, главным образом противостояв турецкому продвижению со стороны Кагызвана.

     Что касается Ванского гарнизона, который оказался полностью изолированным  и без связи уже с конца марта, то он получил приказ присоединиться к Эриванской группе и прибыл 12 апреля в Игдир через Баязет.

Таким образом, в середине апреля Эриванская группа состояла из одного батальона 4-го полка, 5-го и 6-го полков, 3-й отдельной бригады (1-й и 2-й Ванские полки) и 28 артиллерийских орудий.

Эта группа подчинялась командиру 2-й армянской стрелковой дивизии, генералу Силикову, с задачей присматривать за ущельями горных цепей Агри-дага и защищать линию реки Аракс, чтобы прикрыть южные районы Армении. В то же время нужно было охранять железную дорогу на участке от станции Алагёз до Нахичевана.

В действительности, ввиду недостаточности сил, эта последняя задача могла быть решена лишь частично, так как железная дорога могла быть прикрыта лишь  до «Волчьих Ворот» у станции Араздаян.

В конце марта большинство признаков указывало, что турки вскоре возобновят военные действия. Татарские банды, опусто­шавшие страну, стали более смелыми; со всех сторон поступали известия об их действиях. Они атаковали деревни Еленовка, Маркара, Игдир, Кулпи, а также город Ново-Баязет и разрушили телеграфные линии и железную дорогу.

К сожалению, военное командование не могло поддерживать порядок и обеспечивать безопасность от этих банд в тылу войск.

В самом деле, 15 апреля по категорическому приказу Тифлис-ского правительства главнокомандующий Кавказским фронтом вынужден был запретить генералу Назарбекову прибегнуть к не-обходимым военным мерам, чтобы противостоять актам насилия, совершаемым мусульманскими бандами над мирным армянским населением. В соответствии с этим приказом только нападение на войска подлежало наказанию военными властями.

Эти распоряжения наносили ущерб боеспособности войск, укомплектованных именно населением районов, оставленных отныне на милость банд грабителей. Каждый думал лишь о скорейшем возвращении к себе домой, чтобы защищать свой собственный очаг в момент, когда правительство без престижа и администрация без власти не были способны гарантировать им безопасность.

Правительство отдавало эти распоряжения под настойчивым давлением некоторых своих членов, теша себя надеждой, что эта мера положит конец столкновениям между армянскими войсками и восставшим мусульманским населением и что, следовательно, быстрее наступит успокоение умов.

На самом деле, этот приказ только облегчил действия турецких войск, никоим образом, не способствуя умиротворению страны. Напротив, теперь, когда стало возможным безнаказанно терроризировать и грабить армянское население, наглость татарских банд возрастала день ото дня, и вскоре они даже отваживались атаковать регулярные войска. Так, бронепоезд, посланный из Эривани для поддержки передовых частей, был успешно атакован 18 и 19 апреля местным мусульманским населением у станций Шахтахты и Нахичеван.

Приказ правительства, датированный 23 апреля, объявивший  о прекращении боевых действий, нанёс новый урон боевому духу войск. Среди солдат был распущен слух, что правительство их систематически предаёт и что в этих условиях всякая борьба против врага бесполезна. Поэтому командованию пришлось приложить сверхчеловеческие усилия, чтобы воспрепятствовать солдатским массам, деморализованным и недоверчивым, покидать строй.

В нарушение заключённого перемирия турки неожиданно атаковали 27 апреля 3-ю отдельную бригаду (1-й и 2-й Ванские полки), которые занимали Куджахский и Чингилский перевалы на хребте Агри-даг.

2-й Ванский полк, который защищал Куджахский перевал, был вынужден отступить к деревням Оргоф и Аргаджи, но на другой день он пошёл в контратаку и снова взял перевал. Между тем турки непрерывно получали новые подкрепления, и армянской бригаде в конечном итоге пришлось уступить и отступить на линию Халфалу–Султанабад, потеряв  несколько десятков человек убитыми и 80 ранеными. Среди первых был и  командир 2-го Ванского полка, доблестный полковник Чарукчев*.

И всё-таки, после энергичных протестов Закавказского правительства, Ферик Вехиб-паша приказал 1 мая своим войскам, которые проникли в район Эривани, отступить к прежней российско-турецкой границе.

После отступления турок, разместившийся около Игдира отряд по приказу генерала Силикова занял Оргоф своим авангардом.

В середине мая расположение армянских войск в районе Эривани было следующим: главные силы были сконцентрированы у станции Сардарапат, имея свои авангарды в Кулпи и Игдире. Один отряд был послан к станции Аракс, чтобы установить связь с Александропольской группой.

Одновременно с захватом Александрополя турки 15 мая начали военные действия на юге Эриванского района.

В ночь с 18 на 19 мая турки атаковали Аракский отряд, но были отброшены к станции Карабурун.

В то же время они перешли хребет Агри-даг и заняли деревню Халфалу и Хашхабар около Игдира. В тот же день отряд в Кулпи отступил к мосту Кара-калы на Араксе.

Положение стало таким, что генерал Силиков был обязан защищать не только южные районы Армении, но и прикрывать с севера столицу. На деле, после захвата турками станции Амамлы и отступления Александропольской группы к Каракилисе, дорога от Амамлы до Эривани оставалась открытой врагу. Чтобы предотвратить эту угрозу, генерал Силиков направил в Баш-Апаран под командованием Дро отряд, выделенный из главных сил.

Армения теперь была со всех сторон окружена врагом. С юга, запада и севера наступали турки, в то время как с востока угрожали татары Азербайджана, которые делали ставку на своих единоверцев.

Усиленные курдами и татарами, турки 20 мая перешли в наступление на Игдирском направлении.

Отряд, который занимал этот город, отступил к мосту Маркара на Араксе и занял позицию к северу от реки; кавалерия осталась к югу от деревни, чтобы наблюдать за движениями противника.

Одновременно с операцией против Игдира турецкая бригада выдвинулась вдоль железной дороги против Сардарапатского отряда и атаковала его  к 17 часам 21 мая. Под турецким натиском армянские части отступили на линию деревень Караканлу–Керпалу–Зейва армянская, защищая таким образом Эчмиадзин (Вагаршапат).

23 мая генерал Силиков, усилив Сардарапатский отряд своими последними резервами, начал контратаку и преуспел, сломив 24 мая сопротивление противника, который уступил на всех участках. Но хотя армянские войска и заняли 29 мая станции Карабурун и Алагёз и деревни Талин и Мастару, генерал Силиков не мог развить своё движение на Александрополь и угрожать тылам турецких войск.

В самом деле, уже 23 мая 3-я турецкая дивизия, прибывшая со станции Амамлы, появилась в районе Баш-Апарана. Генералу Силикову теперь угрожало быть отрезанным от Эривани, если бы Баш-Апаранскому отряду не удалось остановить движение этой дивизии. Следовательно, он был обязан прекратить своё движение на Александрополь и усилить отряд Дро частью своих собственных войск.

24 мая Дро подошёл к деревне Али-Кочак и, продолжая своё  движение вперёд, атаковал 25 мая авангарды 3-й турецкой дивизии к северу от деревни Баш-Апаран. Во время этого столкновения 2-й кавалерийский полк у деревни Кондахсыз стремительно атаковал противника, который потерял 30 солдат и одного офицера.

26 мая Дро под угрозой обхода противником обоих своих флангов отступил на линию деревень Каракилиса–Казанфар, но, получив подкрепления, о которых говорилось выше, он 29 мая перешёл в наступление и после жаркого сражения отбросил противника к деревне Дуз-кенд западнее Баш-Апарана.

Несмотря на эти успехи, положение Эриванской группы всё ещё оставалось тяжёлым. Более того, генерал Силиков вынужден был послать 3-ю отдельную бригаду (1-й и 2-й Ванские полки) в Семёновку, чтобы усилить Александропольскую группу, которая занимала Дилижан.

Генерал Назарбеков, со своей стороны, был полон решимости удержаться на перевале близ деревни Семёновка на тот случай, если под натиском противника станет необходимо эвакуировать Дилижан.

4 июня Армения подписала мирный договор с Турцией. В ожидании ратификации договора было заключено временное перемирие в согласии с предложением, сделанным турецким командованием.

В соответствии с условиями этого перемирия, Сардарапатский отряд должен был занять линию деревни Эчняк–станция Карабурун, между тем, как Дро занимал деревню Баш-Апаран, северные склоны гор Ченгил и высоты Шогакат–Деве-таш.

Турки сосредоточили напротив отряда Дро свои войска в ра-йоне деревень Дуз-кенд, Гёзал-дере, Ахкула и Мунджухли.

Но турки решили захватить железную дорогу Сардарапат–Джульфа, чтобы перевозить свои войска, и снова нарушили условия перемирия.

В 9 часов утра 7 июля Сардарапатский отряд был неожиданно атакован, и его передовым частям пришлось отступить назад. Принимая во внимание большое преимущество турок, генерал Силиков решил сосредоточить все имеющиеся в распоряжении войска в районе Эчмиадзина, покинув линию Аракса.

8 июля в 9 часов утра противник атаковал линию деревень Керпалу–Зейва (татарская), но был отброшен 5-м Армянским полком, к которому присоединились многочисленные партизаны.

Оставив перед этой линией три батальона, противник начал движение к востоку, окружая таким образом левый фланг войск генерала Силикова.

Вечером 8 июля турки  двумя батальонами овладели деревней Хатунарх в 10 километрах к югу от Эчмиадзина.

Продолжив своё продвижение, они 9 июля последовательно силами 11-й дивизии заняли деревни Чобанкяра, Неджилу, Тазакенд и Агамсалу.

Этими действиями Эривань была отрезана от линии железной дороги и отделена от востока Армении.

Эти позиции соблюдались обеими сторонами до общего перемирия 11 ноября 1918 года, когда турки начали отход из Армении.

***

Дойдя до конца этого объективного изложения, и перед тем, как приступить к рассказу о защите Баку и района этого города, что составляет отдельную главу в роли армян в великой войне, справедливо подчеркнуть важность борьбы Армянского корпуса в период с 24 по 26 мая, когда его войска одержали верх над противником частичными тактическими преимуществами: в Каракилисе - под командованием Назарбекова, в Сардарапате - под начальством генерала Силикова и в Баш-Апаране - во главе с Дро.

Результатом этих тактических преимуществ была приостановка турецкого наступления и потеря противником времени.

Но политические последствия этих успехов, можно сказать без преувеличения, были чрезвычайно важными для судеб армянского народа.

В описываемый здесь период, То есть летом 1918 года, главными объектами операций турецкой армии на Кавказском фронте в соответствии с планами турецкого командования и директивами германской ставки были правый английский фланг в Мосуле и район Баку.

Поскольку Армения была расположена на путях операций в сторону Персидского Азербайджана и района Баку, было абсолютно необходимо стать хозяином этой страны и уничтожить её силы сопротивления – Армянский корпус. Турки уже к сражениям под Каракилисой, Баш-Апараном и Сардарапатом потеряли пять месяцев, очень драгоценных, считая со времени ухода русских войск с фронта (январь 1918 года).

Эти сражения доказали туркам, что сила сопротивления Армянского корпуса не была сокрушена, и что потребовалось бы ещё много времени и усилий, чтобы заставить его сложить оружие.

Турецкое командование находилось перед дилеммой: или продолжать длительные военные операции против армянских сил, откладывая на неопределённое время решение главной задачи (Персидский Азербайджан и Баку), что противоречило принципу экономии сил на театре военных действий, или преследовать главную цель, прикрываясь слабым заслоном от Армянского корпуса, который в этом случае находился бы на фланге турецких коммуникационных путей на Джульфу и Баку, в положении, наиболее опасном для турецкой армии. Выход из этой дилеммы был найден. Всего лишь несколько дней спустя после битв, о которых говорилось, Турция внезапно и без всякого предварительного извещения признала независимость Армении и 4 июня подписала с ней мирный договор. Таким путём турки развязали руки на этом театре войны, сохраняя в то же время возможность, попросту не ратифицируя этот договор, вновь повернуть в один благоприятный момент оружие против Армении. Поражение Центральных держав расстроило этот план.

Изолированная от внешнего мира, Армения обязана своим спасением только своим собственным силам, тем, кто сражался под Каракилисой, Баш-Апараном и Сардарапатом.

Чтобы можно было оценить по справедливости значение совершённого подвига, необходимо сравнить вовлечённые в военные действия силы двух сторон.

К концу мая 1918 года Армянский корпус насчитывал 30 батальонов, в то время как турки к этому моменту имели только в первой линии 5 дивизий (3-ю, 5-ю, 9-ю, 11-ю и 36-ю) или 50 батальонов, которые при необходимости могли быть усилены войсками, эшелонированными между Сарыкамышем и Александрополем. Таким образом, только в первой линии турки имели почти двойное превышение по числу батальонов, но в действительности, учитывая наличный состав частей обеих сторон, у турок было тройное превышение. На самом деле армянские батальоны не насчитывали в среднем и 400 штыков, в то время как у турок эта цифра доходила как минимум до 700. Эти 30 армянских батальонов, общие силы которых не превышали 12 000 человек, должны были сражаться против пятидесяти турецких батальонов общей численностью 35 000 человек.

Беспристрастный историк будущего, несомненно, воздаст должное действиям Армянского корпуса и решит, имела ли Армения основание броситься без колебаний в борьбу со всеми своими военными силами или, наоборот, она должна была после крушения русского фронта позволить туркам оккупировать страну без сопротивления.

Но какая судьба ожидала Армению и её население, если бы турки с их методом решения армянского вопроса на 7 месяцев установили своё господство в стране?

Гавриил Корганов

Продолжение следует…


* Полковник русской армии, армянин по национальности.

 

Ваша оценка материала: 
Голосов еще нет

Добавить комментарий

Plain text

  • HTML-теги не обрабатываются и показываются как обычный текст
  • Адреса страниц и электронной почты автоматически преобразуются в ссылки.
  • Строки и параграфы переносятся автоматически.