Деармянизация Джавахка или интеграция без ассимиляции

4 июня, 2015 - 12:05

В последнее время на просторах интернета появилась статья на актуальную тему — об армянах Грузии. Как оказалось, это отрывок из объемистой статьи известного московского политолога и эксперта по Кавказу Андрея ЕПИФАНЦЕВА “Национальные окраины Грузии — условия распада”.
Что и говорить, громкое название.

Распада Грузии армяне категорически не хотят. Более того, для нас Грузия в целом и ее прекрасная столица издавна являются предметом нежной любви и привязанности. Как бы материализованной легендой о братьях Картлосе и Хайосе. Мы, армяне, также любим говорить о нашем участии и вкладе в грузинскую историю, экономику, строительство, культуру и т.д., временами перегибая палку, что вызывает недовольство в грузинском обществе.
Не стоит повторяться: армяне, веками проживающие в Грузии, всегда считали ее родиной, и в конечном итоге их энергия, труд и средства служили грузинскому государству. Увы, ситуация сильно изменилась после распада Советской страны и особенно после “революции роз”, когда в Грузии резко активизировались националистические силы. Они сделали многое, чтобы армяне Грузии чувствовали себя неуютно. Благодаря им определенная часть грузин видит в Армении чуть ли не врага.
Андрей Епифанцев профессионально и убедительно исследует национальную проблему на примере главных национальных меньшинств, проживающих в Грузии. Исследует жестко, без иллюзий и представляет свое мнение об их дальнейшей исторической судьбе. Нынешний подход к национальному вопросу в Грузии А.Епифанцев считает, по его словам, не просто “неверным”, а “возмутительным”.
Предлагаем отрывок из статьи А.Епифанцева (фото справа), касающийся армян.

ТБИЛИСИ И “ПОТОМКИ НОЯ”

Еще не так давно — в XIX в. и в начале XX в. — они составляли большинство горожан, а Тифлис тогда называли армянским городом. Потом, уже в 1930-х и в 1940-х годах, после нескольких волн решения армянского вопроса — деармянизации Тбилиси, когда людей армянской национальности под видом очищения Тбилиси от “антисоциального” элемента просто высылали из Тбилиси и из Грузии примерно так, как это случилось с чеченцами в феврале 1943 года и в таких же вагонах, национальный баланс восстановился так, как это устраивало грузинские власти.
С тех пор ситуация изменилась, и сейчас в столице Грузии и ее окрестностях насчитывается около 200 тыс. армян. За исключением Авлабара, который считают армянским кварталом, потомки Ноя не живут в Тбилиси компактно и не представляют из себя какую-либо организованную и единую диаспору. Тбилисские армяне не похожи на остальных — они деполитизированы, более разобщены, намного более вовлечены в грузинскую жизнь, чем джавахкские армяне, в значительно большем процентном соотношении говорят по-грузински, да и вообще уже довольно глубоко интегрировались в грузинское общество. Именно среди них отмечены случаи перехода в православие, а также значительной и углубляющейся ассимиляции. На вопрос объяснить причины этого явления они отвечают, что “сделать это трудно, это надо прочувствовать — когда человек является армянином и живет в центре мощнейшего грузинского информационного поля, из которого 24 часа в сутки льется националистическая пропаганда, когда он постоянно окружен грузинской общественностью, которая считает его народ и его этническое государство (Армению) вражескими, а его церковь еретической и т.д. нужно быть или очень большим патриотом, которых немного, или приспосабливаться к действительности.”
Тбилисские армяне неорганизованны, не представляют из себя какой-либо серьезной протестной массы и, как правило, даже не защищают своих же представителей, когда с ними что-то случается. Наверное, единственным исключением можно считать случай с заместителем директора тбилисского Армянского драматического театра Рафаелем Григоряном, которого по настоянию Министерства безопасности Грузии уволили с работы после того как он выступил по телевидению с заявлением о том, что в Грузии совершаются акты вандализма в отношении армянского культурного наследия. Армянская диаспора в массе своей отнеслась к этому факту безразлично, и только одна организация — “Армянский Центр Сотрудничества Грузии” — осмелилась выступить в его защиту. Возможно, что именно из-за ее усилий Р.Григорян, говоривший чистую правду, был принят обратно в театр, но уже на более низкую должность.

ДЖАВАХК — “КУСОЧЕК АРМЕНИИ” НА ТЕРРИТОРИИ ГРУЗИИ

Подлинный пульс армянской жизни бьется в Джавахетии, или, по-армянски, в Джавахке. Это регион, который издревле заселен армянами, который за последнюю тысячу лет своего существования принадлежал доброму десятку государств и который сейчас волею судеб находится на юге Грузии. В 1828 году российские войска под командованием генерала Паскевича отбили этот регион у Турции, а еще через два года, спасаясь от турецкого преследования, туда бежали 30 тыс. армян, что еще более укрепило в регионе армянский фактор и сделало его в наше время “кусочком Армении” на территории Грузии.
Это высокогорный район с на удивление довольно суровым климатом — зимой температура может опускаться до -40 С. Даже в благословенное советское время этот регион не мог считаться благополучным — высокогорье, турецкая граница, пограничный режим, практически полное отсутствие промышленных предприятий, неразвитая инфраструктура и т.д., после развала СССР и еще более после так называемой “революции роз” ситуация только ухудшилась.
Несмотря на это, Джавахетия является стратегическим регионом для Грузии: во-первых, это территория, расположенная на стыке границ Грузии, Армении и Турции, что определяет ее важность в военном и транспортном плане и, кроме того, здесь проходят нефтепровод Баку-Джейхан и газопровод Баку-Эрзрум.
В принципе, практически весь армянский Джавахк — это Ахалкалакский и Ниноцминдский районы, где армянское население составляет около 90-95%, Ахалцихский район с 30% армян и Цалкинский район с 55% армянского населения. Всего около 150 тыс. армян. Их судьба, их отношения с окружающим миром, их будущее стали в полной мере заложниками геополитической ситуации, раскола супердержавы — СССР и отношений образовавшихся государств-кусочков между собой и с другими центрами силы в регионе.
Естественно, Грузия не может надеяться, что армян Джавахка удастся так же легко ассимилировать, как картвельские народности, либо разобщенных армян Тбилиси. Они — не картвелы, проживают компактно, имеют общую границу с Арменией и т.д. Кроме того, армяне — это нация, которая при наличии определенных условий очень трудно поддается ассимиляции и чья национальная идентичность исторически выглядит сильнее грузинской. Если мы посмотрим на результаты отуречивания армянских и грузинских территорий в Средние века, то увидим, что армяне в массе своей сохранили христианство и собственную идентичность, а картвельские племена в несравнимо большей степени были исламизированы и отуречены, причем зачастую безо всякого сопротивления и, более того, при взаимовыгодном сотрудничестве с ассимиляторами. Доказательство этого мы видим и в другом: армяне — известная диаспоральная нация, т.е. за долгие века отсутствия единого армянского государственного пространства армяне научились жить в чуждом окружении и сохранять свою идентичность. На свете есть мало наций, которые могут заявить подобное.
Исходя из этого, политика властей Грузии по отношению к армянам Джавахка определяется четырьмя факторами: а) попытками жесткого ассимилирования и огрузинивания, б) переселением в регион картвельского и тюркского населения с созданием переселенцам преференций по отношению к местным жителям, в) осложнением экономической и административной обстановки и г) закупориванием региона, созданием жестких таможенных барьеров на пути приграничной торговли с Арменией и ограничением поступления в регион экономической помощи. Все это призвано либо огрузинить проживающих в регионе армян, либо сделать их жизнь невозможной и заставить их эмигрировать в Армению или другие страны.
В добавок ко всему с целью ослабить позиции армянского меньшинства бывший до этого единым армянский регион Джавахетию административно раскалывают в середине 1990-х, присоединив одну его часть к грузинскому региону Месхетия, в результате чего создалась новая административная единица Самцхе-Джавахетия и выведя из него в азербайджанонаселенную провинцию Квемо-Картли армянонаселенный Цалкский район.
Среди грузинских армян в полной мере искусственно и безальтернативно создается ситуация, когда человек должен выбирать — или ты, живя на своей земле, резко ломаешь свои жизненные, культурные, общественные, исторические и т.д. устои и переходишь в грузинскую, или по меньшей мере в двойную идентичность, и тогда у тебя появляются какие-то перспективы, или ты нищаешь, опускаешься в социальном плане, лишаешься каких-бы то ни было перспектив и становишься перед дилеммой — жить так или уехать в Армению, Россию или еще куда-либо. Как показывает практика, армяне выбирают чуть-чуть первого варианта, определенное количество второго и сколько-то третьего — отстаивать свои права и добиваться автономии, языкового и социального равноправия.

ГРУЗИНИЗАЦИЯ —
ДЕАРМЯНИЗАЦИЯ ДЖАВАХКА


Результаты грузинизации в Джавахке за все эти годы практически нулевые. Чего Тбилиси смог добиться властными распоряжениями, вроде смены табличек, того он и добился, ничего остального не произошло. За тот самый период, когда некоторые картвельские народности просто безвозвратно исчезли, превратившись в грузин, армяне Джавахка остались армянами, даже с учетом того, что это привело к их существенному обнищанию и выталкиванию из общественной и государственной жизни. Вторым результатом стала эмиграция. Точные данные по ней не ведутся, но армяне действительно уезжают, и в этом смысле можно сказать, что грузинская политика не мытьем так катанием действительно добивается результата. Существовали как минимум три более-менее серьезные волны эмиграции — после развала СССР, после вывода российской базы и после “революции роз”. Кроме этого существует серьезная трудовая миграция в Армению и в Россию, причем после принятия закона Грузии о едином гражданстве и после закрытия грузино-российской границы с прекращением выдачи виз многие армяне по экономическим причинам просто отказываются от грузинского гражданства, берут армянское и уже с ним выезжают из региона в Россию на заработки, что тем самым опять же подтверждает результативность выбранной грузинами политики. Фактически происходит та же самая деармянизация Джавахка, как это было 70 лет назад в Тбилиси, но только более мягкими способами.
В отличие от мегрел и армян Тбилиси джавахские армяне всегда протестовали против этой политики. Начало этого можно относить еще к периоду безвременья, когда в начале 1990-х годов регион практически самоизолировался от официального Тбилиси и отказался ему подчиняться. Тогда население региона могло позволить себе отказаться принять префекта, назначенного туда аппаратом Звиада Гамсахурдия, а при Эдуарде Шеварднадзе выразить категорическое недоверие его уполномоченному. В принципе, при определенном развитии событий, ситуация в Джавахетии вполне могла пойти по пути еще одних Абхазии, Южной Осетии и Нагорного Карабаха. Тогда этого не случилось, и, может быть, это и к лучшему. С середины же 1990-х годов ситуация становится более управляемой, но как раз с этого времени из региона начинают постоянно раздаваться требования об автономии, федерации, местном самоуправлении, приравнивании армянского языка к грузинскому и т.д.
Центральная власть постоянно игнорирует их. Миллион отговорок! За все это время никогда и ни разу подобное заявление не было воспринято всерьез и рассмотрено, никогда грузинская власть не признала наличия национального вопроса и дискриминации армянского населения по национальному признаку. Говорилось, что проблемы региона не имеют в своей основе национальной почвы, что вопросы, тревожащие граждан, не отличаются от вопросов, имеющихся в других регионах, что обстановка искусственно обостряется третьей силой — Россией и т.д.

“ПЕРЕКРОЕМ КИСЛОРОД —
ПОПРЫГАЕТЕ”


Пытаясь проанализировать подход Грузии к армянскому населению Джавахка, мы видим, что он очень похож, а говоря о принципах, просто идентичен тому, что грузинские власти предпринимали по отношению к Южной Осетии — та же грузинизация, то же подталкивание осетин к эмиграции, то же стремление ограничить их связь с Северной Осетией и Россией, то же промывание мозгов по поводу исконной принадлежности региона Грузии и т.д. В случае с осетинами это не дало результата, но ситуация в Джавахетии все-таки другая.
Здесь необходимо сделать важное отступление. Восприятие Грузией и остальными державами кавказского региона ситуации в Джавахетии коренным образом отличается от того, что происходило в той же Южной Осетии. В сложившейся на настоящий момент политической и исторической обстановке Грузия имеет исключительно благоприятное положение для решения этого вопроса в своем ключе, а национальные меньшинства армян и азербайджанцев и так или иначе стоящие за ними Армения и Азербайджан — исключительно неблагоприятное. Речь идет о конфликте в Нагорном Карабахе с последовавшим за этим прекращением отношений между Арменией, Азербайджаном и Турцией и блокадой Армении. В этих условиях Грузия становится единственной по-настоящему транзитной страной в регионе, от которой зависят не только вышеупомянутые страны, но из-за транзита энергоресурсов еще многие другие. Именно этим во многом определяется роль Грузии в современном мире, ее поддержка со стороны Запада и, как обратная сторона монеты, ее политика, направленная на тотальное удушение национальных меньшинств внутри страны.
В наихудшем положении оказываются армяне Джавахетии и Армения. Если не брать в расчет Иран, серьезный транзит через который невозможен в силу известных политических причин, то Грузия является единственным транзитным окном Армении во внешний мир — очень дорогим, капризным и ненадежным окном, но единственным! Именно через него Армения (и в том числе расположенная на ее территории российская военная база) получает так необходимые ей продукты, и закрытие этого окна будет означать для нее полную блокаду.
Фактор влияния на Армению посредством прекращения транзита, а равно и на Россию, чьим стратегическим партнером на Кавказе Ереван является, Грузия никогда официально не признавала, но в неофициальных разговорах тема “перекроем армянам кислород и тогда они у нас попрыгают” присутствовала всегда и сильно активизировалась после 08.08.08. В этих условиях руководство Армении традиционно, в течение многих лет просто не могло активно и исходя из своей настоящей, а не вынужденной политически правильной позиции, поддерживать соотечественников, которые волею судеб оказались по другую сторону границы. Иначе “и тогда они попрыгают” наступило бы незамедлительно, особенно с учетом того, что в то время Запад, по сути, давал Грузии некий карт-бланш и считал ее жертвой тоталитаризма и демократическим гением. Именно этим объясняется армянская официальная политика в отношении Джавахетии, выражающаяся во фразе “интеграция без ассимиляции”. В соответствии с ней Армения как бы отталкивала джавахкских армян, говоря: “Я знаю, что тебе там плохо, но помочь тебе ничем не могу — ты иди, интегрируйся”. В какой-то период среди руководства Армении вообще возобладала теория, что Грузию лучше не злить — что бы ни происходило в Джавахке, что бы там ни делали с армянами, какой бы дискриминации их не подвергали, Грузию лучше не злить, и пусть все идет как идет, может, в будущем, все улучшится.

ОДИН НА ОДИН С ГРУЗИЕЙ

До последнего момента практически никакой помощи со стороны Армении армяне Джавахка не получали. Что-то делалось для армянских школ, какие-то выпускники региона без экзаменов принимались в ереванские вузы, да, были какие-то планы, какие-то лекции, но реальная помощь этим в общем-то и ограничилась. Что-то, особенно в области здравоохранения, делала диаспора. Вместе с тем произошла определенная сербизация конфликта, когда власти Армении в какой-то степени даже помогали грузинам проводить их политику. К этому, конечно же, относится постыдный случай, когда спецслужбы Армении выследили и арестовали на армянской территории лидера джавахкских армян Ваагна Чахаляна, после чего передали его Грузии, где он и был осужден на 10 лет якобы за владение оружием и незаконное пересечение границы. Думаю, время еще даст оценку этому факту.
В результате этого армяне Джавахка по сути остались один на один с Грузией. Армения и Россия по указанным причинам им помочь не могли, а попытки привлечь на помощь Запад неизменно заканчивались тем, что, как и в Южной Осетии и Абхазии, западные организации либо выносили рекомендации, которые Грузией демонстративно не соблюдались, что не несло за собой для нее никаких последствий, либо оправданно или нет становились на сторону Грузии. Так, попытки привлечь их внимание к дискриминации армянского языка и невыполнению Грузией обязательств, взятых на себя при вступлении в ЕС — ратификации Европейской хартии региональных языков и языков национальных меньшинств, выливались в пустые сетования на то, что Грузия до сих пор эту хартию не ратифицировала и из-за этого они никак на нее не могут воздействовать, причем одновременно эти же организации открывали в регионе курсы по изучению грузинского языка.
Само наличие Армении, конечно, было для Грузии сдерживающим фактором в пользу того, чтобы не решать вопрос Джавахка по абхазскому или югоосетинскому сценарию. Кроме этого, необходимо отметить, что после 1994 года сами армяне не давали к этому повода. С другой стороны, слабость и невыраженность позиции Еревана, его зависимость от самой Грузии и потакание политике Тбилиси провоцировало Грузию на еще более жесткие шаги по ассимиляции армян.
Грузия не хотела и не могла выполнить требования армян потому, что главным требованием была автономия региона и все с этим связанное — предоставление армянскому языку статуса регионального, местное самоуправление, демилитаризацию и т.д. Для Грузии, по факту, это означало бы моментальный вброс похожих требований от других национальных территорий и переход на длинный демократический цикл создания грузинской нации в условиях отсутствия исторического времени.

БЛЕФ АВТОНОМИИ

Но было бы абсолютно неправильным возлагать всю ответственность за нынешнюю ситуацию в Джавахетии только на Армению, прогрузинские европейские организации либо агрессивную позицию Грузии. Сами армяне Джавахка тоже сделали далеко не все и далеко не все правильно для того, чтобы получить иной результат. В отличие от Мегрелии политическая активность здесь присутствует. И если у мегрел сейчас нет организаций, защищающих их права, то у джавахкских армян таких организаций было чуть ли не десятки, но именно является ситуацией, когда 2 меньше, чем 1, а 10 разрозненных и малочисленных организаций хуже, чем одна, но активная и постоянно действующая. За все это время армяне Джавахка не смогли объединиться и создать одну сильную и активную организацию. Дробление на микроскопические национальные организации привело к тому, что грузинская власть быстро выводила их из игры путем ареста лидеров, закрытия самих организаций, давления со стороны спецслужб, проведения проверок хозяйственной деятельности коммерческих организаций, связанных с их членами и т.д. В результате сейчас практически все наиболее активные члены джавахкской общественности перебрались либо в Ереван, либо в Москву. Так, в Москве существует целая общественная организация “Джавахкская диаспора России”, пытающаяся каким-то образом помогать своей Родине и землякам и отстаивать их интересы из России.
То есть при том что потенциал протестного движения в народе довольно высок, форма его реализации организована удивительно безграмотно и бездарно. Лидеры разнообразных движений и движеньиц или из чувства конкуренции друг с другом, или по вполне объяснимой политической неграмотности совершают наивные, полудетские, милые глупости, позволявшие и позволяющие властям Грузии не воспринимать их всерьез и поодиночке выводить из игры. Лидеры постоянно меняющихся организаций не понимают, что, выдвигая подобные стописяттыщмильонные требования об автономии — беззубые и не поддержанные силой, они тем самым добиваются обратного эффекта — позволяют властям Грузии игнорировать себя и свои требования и тем самым продлевают и усиливают собственную ассимиляцию.

“УСТАЛОСТЬ МЕТАЛЛА”
ИЛИ ИНТЕРНАЦИОНАЛИЗАЦИЯ ВОПРОСА


Существующая политика как Грузии, так и Армении и армян Джавахетии однозначно приведет к деармянизации региона. Предел прочности армян Джавахка существует, и термин “усталость металла” может быть применен не только к железу. Это может случиться раньше или позже, но это случится.
Выходов из ситуации может быть два в зависимости от того, изменится ли ситуация на всем Южном Кавказе кардинальным образом или не изменится. Если общая ситуация не изменится, то единственно возможным решением вопроса будет являться модель, составными частями которой являются:
1. Обязательное изменение существующей позиции Армении и диаспоры по отношению к ситуации в Джавахке. При этом, если армянские власти продолжат изображать неестественную для человеческой физиологии “любовь втроем” — т.е. развивать свои отношения исключительно в треугольнике Армения-Джавахк-Грузия и в его рамках активизируют давление на Тбилиси, то они неминуемо получат транспортную блокаду.
Единственным, но 100%-ным способом избежать этого является максимальная интернационализация вопроса с активным выводом его на международную арену, вовлечением международных организаций и информированием общественности. Упрощенно говоря, представитель Армении в ООН должен потребовать сбора Совета Безопасности и должен заявить на нем: “Мы протестуем против насильственной ассимиляции армян в Грузии и нарушения в этой стране базовых гуманитарных норм, и у нас есть серьезные подозрения, что в ответ на это Грузия планирует устроить нам транспортную блокаду”. В этих условиях можно гарантировать, что часть стран поддержит Армению, в то время как другая часть заявит о том, что страхи армян надуманны. Именно эти страны в дальнейшем будут требовать от Грузии не прибегать к блокаде.
2. При невозможности объединения множественных организаций армян Джавахка власти в Ереване должны волюнтаристским путем выбрать одну из них и начать укреплять ее и активно выталкивать на международную трибуну.
3. Требованиями этой организации должны стать не сепаратизм, а прекращение насильственной ассимиляции, предоставление Джавахку широкой автономии, а армянскому языку такого же статуса в регионе, как и грузинскому, и возврат к административному делению, существовавшему до 1995 года (отделение от Месхетии и возврат Цалки).
4. Армяне должны осознать, что требовать что-то у Грузии бесполезно. Это принципиально важно! Вся государственная машина этой страны в этом направлении работает с одной целью — ассимилировать или убрать армян Джавахка, и требовать армянскую автономию у этой машины просто глупо. Требовать надо не в Тбилиси, а в ООН, ЮНЕСКО, ОБСЕ, ПАСЕ, Совете Европы, Европарламенте, Евросуде и т.д.
Без вмешательства Армении и диаспоры Джавахк будет потерян в любом случае! И в этом отношении письма в международные организации, их дежурные ответы, равно как и обращения к грузинским властям, были полезны только для того, чтобы убедиться в их бесполезности.
Необходимо не писать в эти организации, а переносить игру на их поле. Вместо отсылки писем дежурным чиновникам делегации жителей Джавахка должны посещать организации, проводить там консультации, участвовать в их сессиях, выносить на них свои вопросы, обязательно подчеркивать то, что в регионе происходит гуманитарная катастрофа.
При условии массовости и активности подобная деятельность неминуемо должна закончиться успехом. Вероятность того, что Джавахк получит автономию, практически 100%. Это может не случиться сразу, на это обязательно уйдет какое-то время и будут потрачены какие-то усилия, но если действовать подобным образом, то процесс будет уже необратим.
Это тем более верно, что в условиях нынешней Грузии Джавахетию нельзя рассматривать отдельно от других национальных территорий. Так или иначе, эти процессы будут идти в них всех.

На снимках: визит Католикоса Гарегина II в Грузию; президент Георгий Маргвелашвили и Гарегин II.

Добавить комментарий

Plain text

  • HTML-теги не обрабатываются и показываются как обычный текст
  • Адреса страниц и электронной почты автоматически преобразуются в ссылки.
  • Строки и параграфы переносятся автоматически.