Арцахская освободительная война. Рассказывает Вардуи Геворгян

3 марта, 2016 - 13:55

Информационно-аналитический портал Voskanapat.info и агентство Times.am представляют вниманию читателей ряд историй и рассказов об Арцахской освободительной войне. Главная цель нового проекта – знакомство широкого круга читателей с нашими героями. Мы попытаемся выявить и представить Вашему вниманию самые интересные истории и фрагменты освободительной войны.

Итак, рассказывает Вардуи Геворгян.

Война для меня началась намного раньше, вернее, сначала борьба началась внутри меня – из-за того, что для меня было невыносимо присутствие турков, я не собиралась делить улицы своего родного города с врагами, из-за моего непокорного характера… Одним словом, в 1987 году я была избрана депутатом областного совета и почти сразу присоединилась к подпольным деятелям движения. Естественно, мы действовали в условиях секретности. Даже члены моей семьи не знали, чем я на самом деле занималась. Самыми удивительными путями мы добывали оружие, вместе с сотрудниками Степанакертского конденсаторного завода создавали отряды, и дежурили на постах. Все сложилось настолько естественно, что даже не знаю, когда именно это началось. Непреодолимое стремление чувствовать пульс своей Родины привело меня на передовую. Зря мои родные пытались уговорить меня, что долг молодой девушки перед Родиной это выйти замуж и родить детей. Было совсем не до этого. Моя Родина истекала кровью…

Был 1992 год. Город Шуши уже был наш, но Мартакерт пал. Это были тяжелые дни. 2-го сентября погиб Карен Аракелян – командир нашего отряда и наш друг, потеря была очень тяжелая. На могиле Карена я поклялась, что не вернусь домой до тех пор, пока наше движение не достигнет своей цели. Отложив в сторону все, что было сделано в начале движения, сейчас нужно быть на передовой, рядом с ребятами, обеспечивать их тыл.

Во время похорон присутствовала связистка Бердзора Гаяне Арустамян. Будучи в Кичане и Парухе я неоднократно по рации говорила с Гаяне, но впервые познакомилась с ней в этот день. Гаяне присоединилась ко мне. Я знала, что есть много женщин, которые готовы вступить в борьбу. Некоторые из них хотели отомстить за смерть родных, некоторые ради свободы Родины, а некоторые были такие же безумные, как и я…

Мы пошли к Командосу и рассказали о намерении создать женский отряд. На фоне автоколонн, которые спешили выехать через освобожденный Бердзор, наш шаг удивил его. Он обнял нас со словами: «Я знал, что наши армянские женщины приведут нас к победе». В глазах закаленного в афганских и арцахских войнах солдата промелькнула слеза… Он помог нам написать заявления, при помощи которых мы призвали женщин добровольцев. К нам обратились многие, но мы выбрали только тех, кто был готов пойти на передовую. Таким образом, из 25-30 женщин осталось только 9.

Аркадий Тер-Тадевосян послал нас на различные курсы. Нас научили оказывать первую помощь в спасательной службе, а в Шушинской роте научили правильно обращаться с оружием. Заметив полное отсутствие страха и нашу любовь к оружию Микаел Габриелян, кто долгие годы работал учителем НВП, начал отдельно заниматься со мной и с Маргаритой Саргсян. Мы, вдвоем, продолжили свой военный путь как снайперы, присоединились к 8-ой роте и побывали в самых горячих точках. И сражались, и оказывали первую помощь.

Жертвенный огонь освобождения Родины никак не угасал, требуя каждый день новые жертвы. Каждый из нас был готов стать этой жертвой. Даже в случае ранения, мы не хотели покидать поле боя.

Однажды, до освобождения Шуши, мы были в Кичане. К нам прибыл отряд Альберта Базеяна из Армении. Парень из его отряда, по имени Маис, получил ранение в голову. Я, конечно же, не была врачом, однако первую помощь оказать могла. Ранение было тяжелым, но так как ранение было в голову, после оказания первой помощи его на УАЗе увезли в Степанакертский госпиталь. Доктор Марутян посмотрел и сказал, что мы его правильно перевязали, но раненный должен лежать. А наш Маис говорит: «Хоть и умру, а в больнице лежать не буду. Я быстрее поправлюсь на посту». Мы не знали, что делать. Я сказала ему: «Ну, раз уж ты решил не лежать в больнице, зачем мы вообще приехали в город?»

К тому же у нас не было бензина на обратный путь. В то время Артур Мкртчян только был избран председателем Верховного Совета, а Георгий Петросян был его заместителем. Сначала я обратилась к Георгию Петросяну с просьбой дать нам бензин. Он не смог помочь, я обратилась к Артуру Мкртчяну. Когда я зашла в его кабинет, он изучал карту, раскрытую на столе. В жизни есть вещи, которые не забываются – улыбка Артура, заботливый взгляд, уважительное отношение, все это невозможно забыть. Я показала на карте то место, во время освобождения которого был ранен этот парень, вместе с которым мы должны были вернуться обратно. Это была стратегическая высота, из-за которой у нас было несколько тяжелых сражений. Он позвал своего водителя, его звали Ваго. Сказал, чтобы тот до последней капли дал нам все горючее из своей машины. Сказал – я смогу и пешком ходить, а вот эти люди должны дойти до передовой.

После ранения и ухода Альберта Базеяна к нам прибыли другие отряды из Армении. Среди них был один командир по имени Сергей, его называли «лысый Сего». Он прибыл перед боем Срхаванда, подошел ко мне и попросил, чтоб я его перевязала. Честно говоря, я ему нагрубила, сказав, что бой еще не начался, а он уже переживает о перевязке. После освобождения села Сего снял жилет и сам начал себя перевязывать. Оказалась, что он был ранен еще в селе Карадаглу. Лежал в больнице. Узнав, что у нас сложная ситуация и его отряд должен придти к нам на помощь, сбежал из больницы и пришел со своим отрядом. Ему даже не успели удалить швы после операции.

Насколько бы богат не был армянский язык и мой словарный запас, я не могу описать степень сожаления и стыда, от которого я чуть не умерла. Швы Сего разошлись, раны открылись. Я обработала раны и обильно смазала медом. Через некоторое время он пришел и говорит – девочка, дорогая, ты что сделала? Мед растекся по всему телу, и потек аж до туфель. Но что я могла сделать? Мед исцелил его раны, а мы стали хорошими товарищами.

8 марта 1992 года парни отряда хотели сделать девушкам подарок. Я сказала, что ничего не хочу, я просто хочу пойти в Гандзасар и зажечь свечу, за то, что все живы, и все хорошо. У Сего, как у командира, был УАЗ. Он отвез нас в Гандзасар, там мы помолились, а потом он стал нашим крестным отцом. В этот день я и Асо с нашего отряда приняли крещение.

Я не просто часто вспоминаю дни, проведенные на поле боя и своих друзей, я именно этим и живу. Правда, тяжелое ранение и последующие операции разрушили мою память, которая восстанавливается при встрече с боевыми товарищами, тем не менее, эти воспоминания всегда со мной. Они мое богатство. Есть сладкая тоска в этих воспоминаниях, необъяснимое сочетание радости и грусти, потери и находок, непоколебимый дух, безграничная преданность…

Рассказ записала Юлия ВАНЯН

Добавить комментарий

Plain text

  • HTML-теги не обрабатываются и показываются как обычный текст
  • Адреса страниц и электронной почты автоматически преобразуются в ссылки.
  • Строки и параграфы переносятся автоматически.