Признание Бундестагом геноцида армян — на углях истории

6 июня, 2016 - 19:41

2 июня 2016 г. в нижней палате немецкого парламента (Бундестаге) прошлоголосование по резолюции «Память о геноциде армян и других христианских меньшинств в Османской империи 101 год назад». Как и ожидалось, абсолютное большинство депутатов высказалось в пользу принятия очень взвешенного документа, датированного 31 мая 2016 г. (один депутат был против, один воздержался).

Включение в повестку дня 2 июня вышеуказанной резолюции было достаточно неожиданным. Запрос группы депутатов был сделан несколько месяцев назад. Примечательно, что среди них — представители трёх парламентских фракций (ХДС/ХСС, СДПГ и «Зелёные/Союз 90», в том числе председатель последней Джем Оздемир (Cem Özedmir), турок по происхождению). Почему для обсуждения этого вопроса было выбрано начало июня, объяснить сложно.

Демократическое волеизъявление немецких парламентариев будет иметь ряд внешне- и внутриполитических последствий для Германии, Евросоюза, Турции и в целом для мирового сообщества.

Во-первых, это закономерно привело к немедленной негативной реакции со стороны высшего турецкого руководства и протестам не только граждан Турции. Наверняка президент Р. Эрдоган и его окружение восприняли решение как личную обиду, которая будет омрачать отношения с немецкими политиками. Но формально германо-турецкое сотрудничество не претерпит изменений ни в одной из сфер сотрудничества. Сохранится уровень торгово-экономических связей, обмен услугами, особенно туристическими, не наступит заметного спада в других сферах — науке, образовании и культуре. Санкции не будут введены.

Во-вторых, в отличие от Франции, также признавшей геноцид, в том числе под давлением достаточно большой армянской диаспоры, в Германии существует крупная турецкая община — в ней проживают более трёх миллионов натурализованных турок, а также турки, имеющие право на жительство и работу. Армянская диаспора минимальна. Естественно, граждане ФРГ турецкого происхождения также протестовали, выйдя на улицы немецких городов, хотя количество протестующих и масштабы демонстраций оказались ниже ожидаемых (до голосования были угрозы депутатам турецкого происхождения). Настроения этого немалого по величине электорального сегмента в Германии вряд ли скажутся на результатах последующих земельных и федеральных выборов — у турецкой общины нет своей партии. Можно предположить, что уменьшится количество голосов отдаваемых за «зелёных» и «левых», которые особенно активно выступали в поддержку резолюции, но вряд ли они уйдут к «Альтернативе для Германии».

В-третьих, немецкое общество в целом поддержало решение бундестага. Согласно опросам, около трёх четвертей граждан одобрили его. Во многом это связано с исторической индивидуальной и групповой памятью немцев, в которой имманентно присутствует отрицание любого геноцида — неважно, где и когда он происходил. Плюс к этому следует учитывать и признание того факта, что Германия была основным союзником Османской империи и косвенно содействовала массовым убийствам армян.

Демократическое волеизъявление немецких парламентариев будет иметь ряд внешне- и внутриполитических последствий для Германии, Евросоюза, Турции и в целом для мирового сообщества.

В-четвёртых, обсуждению резолюции в бундестаге был дан ход в самый неподходящий для коалиционного правительства момент. В марте 2016 г. по инициативе Ангелы Меркель Евросоюз заключил соглашение с Турцией о взаимном обмене беженцами. Среди прочего, турецкое государство, получив многомиллиардную финансовую помощь и обещание введения безвизового режима, должно было выполнить 72 пункта требований, в том числе касательно внесения изменений в антитеррористический закон. Соглашение заработало. Поток нелегальных мигрантов в ЕС существенно сократился. К началу июня было выполнено 67 требований, но упомянутый закон остался без изменений и вряд ли при нынешнем турецком президенте изменится. В этих условиях Евросоюз наверняка откажется от предоставления визового режима. Наряду с резолюцией бундестага, это, вероятно, обусловит выход Турции в июле 2016 г. из соглашения и, соответственно, ослабление контроля на турецко-греческой границе, что приведёт ко второй мощной волне нелегальных граждан (через Грецию) и обострению миграционного кризиса в ЕС. Правда, в этот раз европейцы подготовились к такому развитию событий. К июлю 2016 г. должно закончиться реформирование Frontex, на базе которого будет создано новое пограничное агентство, в распоряжении которого будет необходимый штат профессиональных сотрудников и техническое обеспечение (то, что мартовское соглашение между ЕС и Турцией обеспечило стабилизацию миграционной ситуации в Европе и дало возможность ЕС подготовиться к новому наплыву беженцев — это во многом заслуга Германии).

Формально германо-турецкое сотрудничество не претерпит изменений ни в одной из сфер сотрудничества.

В-пятых, такое развитие событий усилит позицию критиков миграционной политики федерального канцлера, в первую очередь, её турецкой составляющей. Следствием станет дальнейшее падение популярности А. Меркель, которая вместе с вице-канцлером З. Габиэлем и министром иностранных дел Ф.-В. Штайнмайером отказалась присутствовать на заседании бундестага 2 июня. Интересно, что накануне голосования федеральный министр по делам миграции (турчанка по происхождению) вступила в дискуссию с председателем «зелёных» о нежелательности обсуждения именно в эти дни.

В-шестых, во время последнего майского визита А. Меркель в Турцию новый премьер-министр фактически потребовал от главы немецкого коалиционного правительства оказать давление на парламент и снять с повестки дня нежелательный для его страны вопрос. Это свидетельствует о полном непонимании турецкими политиками западных демократических механизмов. Они искренне считают, что политические тяжеловесы способны влиять на любые структуры власти в государстве. Подобного рода факты (наряду с прочими) свидетельствуют о том, что Турция при нынешнем руководстве вряд ли продвинется по пути сближения позиций в рамках переговорного процесса о вступлении в Евросоюз.

В-седьмых, резолюция показала, что именно события 1915–1923 гг. стали основным водоразделом между армянским и турецким мирами сегодня. Они до сих пор не хотят слышать друг друга и продолжают находиться в состоянии исторического конфликта. Она вызвала очередной всплеск дискуссии между сторонниками признания геноцида объективным и историческим фактом (естественно, в первую очередь, это армяне, всячески приветствовавшие немецкую резолюцию) и теми, кто призывает к международному обсуждению данного преступления, комплексной оценке этого, с их точки зрения, неоднозначного события и принятию решения в рамках международно-правового поля, а не отдельными государствами (в основном, это Турция и близкие к ней государства, особенно Азербайджан). Кстати, единственная голосовавшая против резолюции немецкая депутат Беттина Кудла (Bettina Kudla) заняла именно вторую позицию. Возможно, это побудит международное сообщество начать дискуссию о необходимости «внестранового» признания геноцида, в том числе и в рамках прошлого колониального господства Германии и других государств.

Наконец, в резолюции правильно говорится о необходимости примирения Турции и Армении и улучшения отношений между ними. Пока это представляется недостижимым пожеланием.

Владислав Белов

Добавить комментарий

Plain text

  • HTML-теги не обрабатываются и показываются как обычный текст
  • Адреса страниц и электронной почты автоматически преобразуются в ссылки.
  • Строки и параграфы переносятся автоматически.