КАК ТОЛЕРАНТНЫЙ АЛИЕВ ДВА ЧАСА СОЛОВЬЕВА УБЕЖДАЛ

12 апреля, 2017 - 22:51

Известный и авторитетный российский телеведущий Владимир Соловьев в авторской программе на радио рассказал о посещении Баку и двухчасовом разговоре с президентом Азербайджана Ильхамом Алиевым. Соловьев оговаривает, что многое в его рассказе осталось за кадром, так как он не вправе передать все подробности долгого разговора. Конечно, если о двухчасовом разговоре рассказывать около получаса, действительно, многое останется за кадром, тем не менее даже по скудным рассказам Соловьева можно сделать некоторые интересные выводы… 

НО ПРЕЖДЕ ВСЕГО ВОПРОС: ДЛЯ ЧЕГО НУЖНА БЫЛА ЭТА ПОЛУКОНФИДЕНЦИАЛЬНАЯ БЕСЕДА? Соловьева понять легко: с точки зрения журналиста, беседа с лидером той или иной страны - это не только интересно, уклоняться от такой встречи глупо и просто непрофессионально. Я, к примеру, от беседы с Алиевым тоже не отказался бы… Так что вопрос о том, почему Соловьев поехал разговаривать с Алиевым, скорее риторический.

А вот для чего эта беседа была нужна президенту Азербайджана? Ведь, с точки зрения Баку, Соловьев - проармянский журналист, с тесными связями как в армянской диаспоре Москвы, так и в Армении, который высказывается за самоопределение Нагорного Карабаха, не единожды там бывал, называет Нагорный Карабах Арцахом. Более того, как рассказывает сам Соловьев, в канун своего визита он заранее обговорил, чтобы никаких подарков ему не дарили. И хотя журналист об этом не говорит, можно предположить, что в преддверии визита было и понимание, что и "Аллею шехидов" Соловьев посещать не будет, и "Платформу мира" подписывать…

И все-таки президент страны, которая собирается судить Лапшина и МИД которой много лет составляет черные списки посещающих Арцах деятелей, принимает журналиста, неоднократно там бывавшего, и два часа ведет с ним доверительную беседу… Что же такое важное сделало Ильхама Гейдаровича обаятельным, толерантным и пушистым?

Ответ прост – нагорно-карабахский конфликт, процесс нагорно-карабахского урегулирования. Точнее, нынешнее состояние процесса, еще точнее: Ильхам Алиев полагает, что есть возможность для прорыва в урегулировании, а если он эту возможность признает, значит, его в общем и целом устраивают последние подходы сопредседателей и он готов приложить дополнительные усилия с целью добиться закрепления этих тенденций. В частности, не пожалеть времени, чтобы попытаться убедить проармянского Соловьева в своем конструктивном настрое…

ИТАК, О ЧЕМ ПОВЕДАЛ АЛИЕВ СОЛОВЬЕВУ, СУДЯ ПО ТОМУ, О ЧЕМ СКУПО ПОВЕСТВУЕТ ПОСЛЕДНИЙ? Во-первых, Алиев старался убедить Соловьева в том, что он не может признать Арцах вне состава Азербайджана, сказать, что "Карабах - не наш", по той простой причине, что он, Алиев, президент Азербайджана. Иначе говоря, Алиев убеждает Соловьева, что эта тема не может рассматриваться как предмет компромисса со стороны Баку, поскольку президент Азербайджана по определению не может подписаться под соглашением, подтверждающим, что Арцах не является частью Азербайджана.

Далее Соловьев сообщает о том, что для Азербайджана тема Нагорного Карабаха и тема пяти районов – отдельные темы. С точки зрения Алиева, для Баку в переговорном процессе сейчас интерес представляет только тема передачи под контроль Азербайджана известных пяти районов, которые Азербайджан потерял по итогам своей агрессии против Арцаха. Иначе говоря, если для Азербайджана вопрос этих районов будет решен, Баку готов заплатить определенную цену, здесь Алиев видит возможные компромиссы со стороны Азербайджана, но эти компромиссы и эта цена не должны быть привязаны к вопросу определения окончательного статуса Нагорного Карабаха…

Соловьев не детализирует, на какие компромиссы готов пойти Баку. Но тут нет секрета. Достаточно просмотреть последние выступления Тер-Петросяна, перечитать программные постулаты АНК в ходе последних выборов. Если суммировать все это, а также сказанное и недосказанное посредниками, то картина получается примерно такая: если под контроль Азербайджана переходят пять районов, Баку готов подписать мирное соглашение, под которым будет и подпись властей Арцаха, получающего некий промежуточный статус, не оговаривающий его независимость от Азербайджана, но позволяющий в определенной степени быть субъектом международного права. При этом Степанакерт сохраняет контроль над Бердзором и Карвачаром (Лачин и Степанакерт), на территории пяти районов создается демилитаризованная зона, туда вводятся миротворцы, открываются все коммуникации, в том числе и на армяно-турецкой границе, Баку, возможно, обещает инвестиции и в экономику Арцаха…

Как ко всему этому относятся в Армении? Вопрос опять-таки риторический, если вспомнить про набранный АНК 1% голосов в ходе последних парламентских выборов. Но вот Алиев встречается с Соловьевым, стремится убедить его в конструктивности Баку, уважительно, со слов Соловьева, говорит об армянских лидерах… Выходит, Алиев видит возможность урегулирования на этих или близких к ним условиях и стремится через проармянского журналиста, который посещает Арцах, но не посещает "Аллею шехидов", убедить армянскую общественность в том (в чем не удалось убедить армянскую общественность Тер-Петросяну), что это выгодно для армянских сторон конфликта, а на большие уступки Алиев, президент Азербайджана, пойти просто не может. 

АЛИЕВ ГОВОРИТ СОЛОВЬЕВУ, СО СЛОВ ПОСЛЕДНЕГО, ЧТО В БАКУ ПОНИМАЮТ: Россия взяла на себя функцию гаранта мира в зоне конфликта, а потому военное решение исключено, но на другие уступки Азербайджан не пойдет. Если армянская сторона с подобными или близкими к ним предложениями не согласится, Алиев готов ждать, сколько придется: хоть 20, хоть 30 лет…

Вне карабахского контекста Соловьев рассказывает: в ответ на его реплику о том, что "Россия никогда не предаст", имея в виду, что Россия союзников не предает, Алиев отреагировал поправкой: "Это Путин никогда не предаст". Соловьев говорит, что ему нечем было возразить, то есть журналист согласен с тем, что при нынешнем российском лидере Москва своих союзников не предаст и руки никому выкручивать не будет… Но как ляжет карта при другом российском лидере, говорить трудно. А Алиев, утверждает Соловьев, ждать готов, сколько угодно.

Алиев через Соловьева попытался донести до армянской общественности то, что без особого успеха пытался донести Тер-Петросян. При этом стараясь всячески подчеркнуть свой позитивный настрой, вплоть до того, что дело Лапшина получилось чуть ли не "само собой", и не потому, что Лапшин посещал Арцах, а из-за дальнейшего хамского, по Алиеву, поведения блогера… Но, рассказывает Соловьев, Алиев дал распоряжение обращаться как с Александром Лапшиным, так и с Маратом Уелдановым предельно вежливо. Российский журналист сделал робкое предположение, что российско-израильский блогер отделается условным сроком, а обвинение Уелданову может быть смягчено…

Несколько отклоняясь от темы, заметим, что в двух моментах Алиев выглядел, мягко говоря, неумно. Если ты весь такой позитивный, что принимаешь и доверительно беседуешь с журналистом, неоднократно бывавшем в Арцахе, и признаешь это его право, то почему в принципе существуют черные списки МИД? Или когда Соловьев рассказывает об объяснениях Алиевым причин, по которым в Азербайджан не пускают людей с армянскими фамилиями, если подобные визиты заранее не обговорены. Дескать, Азербайджан несет ответственность за своих гостей и не хочет, чтобы кого-то зарезали в гостинице из-за армянской фамилии… Ничего себе страна…

Но вернемся к карабахской проблематике. Итак, из скупых рассказов Соловьева все-таки можно предположить, о чем шел наиболее предметный разговор. И о том, как многое в этом разговоре перекликается с идеями Тер-Петросяна. Как к этим идеям относится Алиев – сказали. Как Тер-Петросян – тоже. Каково отношение армянской общественности – понятно, исходя из результатов парламентских выборов. А что же сам Соловьев, как он относится к подобным вариациям нагорно-карабахского урегулирования? Ведь, конечно, с очень-очень большой долей условности, но можно предположить, что в данном контексте Соловьев представляет Москву…

ЖУРНАЛИСТ СОЛОВЬЕВ БОЛЕЕ ОСТОРОЖЕН В ОЦЕНКАХ И ВЫВОДАХ, ЧЕМ ТЕР-ПЕТРОСЯН. Может, оттого, что лучше слышит возможный резонанс, общественное мнение и не стремится вызывать на себя неизбежный ответный огонь в случае категоричных и однозначных оценок. Тем более при наличии большого числа армянских друзей. Однако при всей осмысленной осторожности в оценках можно заметить, что Соловьев все-таки склоняется в пользу обозначенной тенденции нагорно–карабахского урегулирования.

Соловьев говорит о том, что есть "потенциальная возможность для эффективного переговорного процесса". Что от "России требуется тонкая дипломатическая работа". Что при нынешнем российском руководстве военное решение невозможно. Что Россия (Путин) никогда не предаст. Что никакие решения невозможны "без доброй воли со стороны моих армянских друзей".

Но Соловьев фактически принимает, что в вопросе статуса Арцаха Баку не может пойти на официальное признание независимости НКР. А еще Соловьев подчеркивает, как выгодно будет всем возможное членство Азербайджана в Евразийском союзе… По его словам, для России могут быть очень интересные развития, ведь в условиях геополитического противостояния "евразийское пространство становится для России приоритетом номер один", а вхождение Азербайджана в Евразийский союз очень серьезно изменит расклад сил, откроет новые перспективы. "Важно понимать, к каким позитивным результатам могут привести компромиссы", - говорит Владимир Соловьев.

Ваша оценка материала: 
Голосов еще нет

Добавить комментарий

Plain text

  • HTML-теги не обрабатываются и показываются как обычный текст
  • Адреса страниц и электронной почты автоматически преобразуются в ссылки.
  • Строки и параграфы переносятся автоматически.