«С обсуждения был снят вопрос о выводе армянских сил из Лачина и Шуши, и в повестку внесли вопрос о статусе нашей делегации»

15 мая, 2017 - 16:39

Вспоминает активист Арцахского движения, общественно-политический деятель, ныне – председатель Гражданского совета Арцаха Борис Арушанян

– Господин Арушанян, прошло 25 лет со дня освобождения Шуши и открытия Лачинского (Бердзорского) коридора. Все ли гладко проходило в те трудные годы, чувствовал ли солдат только сформированной армянской армии за спиной непоколебимость политических деятелей, дипломатов, не было ли давлений, таких, как инициированная недавно Левоном Тер-Петросяном программа «Мир – взамен на территории»?

– Были, конечно. И не только давление извне, но и сильное внутреннее давление, но мы не только смогли противостоять, но и создали условия, чтобы до мая 1994 года наша армия смогла освободить районы, по своей территории равные территории НКАО.

– Расскажите об этих настроениях или приведите, пожалуйста, пример такого давления на власти, дипломатов  Республики Арцах.

– Как вам известно, весной 1992 года была сформирована Минская Группа ОБСЕ.  В те годы Арцах  был парламентской республикой, однако было уже сформировано правительство, и я был избран заместителем председателя Совета министров и одновременно был депутатом Верховного совета Арцаха. Уже велись разговоры о том, что на ближайшей встрече с Минской Группой будет принято решение, не исходящее из интересов  армянской стороны, поэтому президиум Верховного совета выступил категорически против отправки делегации в Рим. Тем не менее, в конце июня того же года было принято решение отправить делегацию для участия в переговорном процессе – в рамках данного формата. Я руководил делегацией из трех человек, двумя другими членами делегации были Роберт Кочарян, который вместе с Сержем Саргсяном и Самвелом Бабаяном контролировали оборонную сферу, в том числе и вопрос формирования и распределения военных отрядов, и член президиума ВС Грант Хачатрян. До отбытия в Рим меня принял президент РА Левон Тер-Петросян.

«Ситуация критическая, нас обвиняют в агрессии, хотят применить санкции по отношению к Армении,- сказал он,- прошу вас пойти там на уступки и подписать документы…». Я ответил, что пока не будет ясности во всех вопросах, пока у меня не будет внутренней убежденности, что эти документы не противоречат интересам Арцаха, я не обещаю что-либо подписывать. Если моя позиция вас не устраивает, я могу отказаться от поездки в Рим. «Нет, нет, Боря, надо ехать, там посмотрите, что к чему. Просто учти мое мнение, нужен компромисс…». 3 июля мы уже были в Риме и на следующий день нам сообщили, что противник захватил Мартакерт.  Эта новость ухудшила наше положение в ходе переговоров, поскольку еще до захвата Мартакерта 30 процентов территорий Арцаха уже были под контролем врага  и ситуация, фактически, была критической. В Риме мы сначала встретились с делегацией из Армении, для того, чтобы выяснить, что они предприняли за последние два месяца, как проходят переговоры и что будет обсуждаться на предстоящей встрече. Одним словом, решить наши дальнейшие шаги. В составе делегации Армении было четыре человека – глава делегации Кристиан Тер-Степанян, Сурен Золян, Хачатур Безирчян и Матевос Тер-Манвелян из Бостона. Мы подготовили совместное заявление по поводу захвата Мартакерта, обсудили документ с делегацией из Армении и внесли некоторые изменения. А они сказали, что в ходе переговоров планируется обсудить график вывода армянских сил из Шуши и Лачина. Мы не верили своим ушам… как такое может быть? У нас – в Арцахе, вряд ли кто-то мог подумать, что будут обсуждаться такие документы.

– А до этого вам не говорили, какие документы будут обсуждаться?

– Нет, я, как глава делегации, никогда до этого не слышал о графике вывода войск из Шуши и Лачина. Несмотря на то, что друзья убеждали меня сохранять спокойствие, я, еле сдерживая себя, выкрикнул: «Турки находятся всего в 15 километрах  от Степанакерта, в Аскеране идут ожесточенные бои, а вы здесь обсуждаете вопросы о сдаче Шуши и Лачина? Нас опять пытаются взять в кольцо блокады? Как мы дальше будем вести борьбу? Вы что, совсем с ума сошли?»

Они начали оправдываться, мол, ситуация вынуждает, мы конечно же, сразу не согласимся, и обсуждать еще не значит соглашаться и так далее. Я сказал, что подобные вопросы вообще не должны были обсуждаться, и что обсуждение это уже поражение, и очень плохо, что они хотят обсуждать здесь подобные вопросы. А что ты предлагаешь, спросили они. «Завтра мы скажем, что пришла делегация Арцаха, пусть они и представят свою позицию. Мы предложим отложить в сторону все предложения и начать все с чистого листа. И до тех пор, пока продолжаются военные действия, ни о каком графике и речи быть не может. Азербайджан выдвинул предусловия: арцахцы должны признать территориальную целостность Азербайджана, вывести войска из Шуши и Лачина, чтобы они прекратили военные действия. А наша задача заключалась в следующем: отказаться от графика вывода войск, наша делегация должна получить такой же статус, как и азербайджанская и вообще все вопросы необходимо обсуждать не по отдельности, а в одном  пакете, где первоочередным должен быть первопричинный вопрос конфликта – статус НКР».

–  Господин Арушанян, как делегация РА восприняла Вашу позицию?

– По правде говоря, я был очень зол, и наша делегация крайне негативно отнеслась к тому, что вопрос о Шуши и Лачине был внесен в повестку. Делегация Армении сказала, что Азербайджан не согласится с нашими требованиями. Я ответил, что в этом случае мы отказываемся от переговоров. Я сказал, что в начале встречи мы выступим с заявлением. Если наши требования будут приняты, мы примем участие в обсуждениях, в противном случае вернемся обратно. После наших доводов глава делегации Армении Кристиан Тер-Степанян пообещал в ходе встречи встать на нашу сторону. И в рамках Минской Группы ОБСЕ нашей основной победой было то, что с обсуждения был снят вопрос о выводе армянских сил из Лачина и Шуши, в повестку внесли вопрос о статусе нашей делегации. В последствии мы выдвинули новые требования, одним из которых было то, что Турция не может иметь статус страны-посредника, поскольку у нее проазербайджанская позиция.

– То есть, даже в те тяжелые времена, когда около 30 процентов территорий Арцаха были захвачены врагом вы не только противостояли истерии и давлению противника, но и диктовали условия?

– Да, до подписания 12 мая 1994 года в Бишкеке соглашения, в котором нами не было выдвинуто никаких предусловий, на дипломатическом поприще мы никогда не отказывались от своей позиции и принципов. В Бишкеке, до подписания соглашения, мы должны были поставить предусловие перед противником, просящим о перемирии – признать независимость Арцаха. Или же, мы не должны были останавливаться, мы должны были продвинуться до Куры, лишив Азербайджан возможности экономического развития. Однако, к сожалению, произошло обратное: Бишкекский договор, ни к чему не принуждающий Азербайджан, дал возможность этой стране не только развивать свою экономику, но и регулярно нарушать режим перемирия вдоль линии границы – с вытекающими из этого трагическими последствиями.

– Господин Арушанян, получается, что формула «Мир – взамен на территории» – не новость, она была и раньше, однако имела другие проявления.

– В нашей дипломатии она всегда имела место. Просто, если бы мы тогда не настояли на своем, молча согласились бы на внешние и внутренние предложения, к которым нас принуждали, то сегодня у нас вряд ли было бы то, что есть.

– На Ваш взгляд, может ли Армения сегодня в одностороннем порядке пойти на территориальные уступки,  даже взамен на статус?

– Не думаю. Мы не можем допустить такую роковую ошибку, которая, несомненно, для нас будет иметь трагические последствия. В  последние годы стал очевидным тот факт, что руководство Азербайджана действует по согласованной с Турцией стратегии. А она, по-моему, заключается в следующем: не позволить, чтобы Армения развивалась, чтобы у Армении в будущем не было возможности  предъявлять территориальные претензии. Значит, мы должны иметь трехступенчатую систему гарантий безопасности, первая ступень должна предполагать также зону безопасности. У нас нет никаких гарантий того, что спустя некоторое время после получения территорий Азербайджан снова не начнет войну. С точки зрения уровня региональной безопасности также нет ничего в нашу пользу. Я уже говорил о Турции. С точки зрения международной безопасности нет никаких гарантий, что отдав территории, мы не станем жертвами новой агрессии. Только после решения вопроса статуса Арцаха, создания сильного армянского государства можно будет вести переговоры  о территориальных и других компромиссах. Повторяю – о компромиссах, а не односторонних уступках.

– Какие мы можем выдвинуть предусловия после апрельской войны?

– После апреля мы – РА и НКР в качестве главного предусловия должны выдвинуть следующее предупреждение: если Азербайджан продолжит политику приграничных столкновений, то РА признает независимость Арцаха. Одним из наших главных предусловий должно быть жесткое соблюдение режима прекращение огня и создание атмосферы доверия. Следующее предусловие это признание независимости Арцаха Азербайджаном и тремя сопредседателями. И, наконец, без участия делегации Арцаха Армения должна отказаться от участия в переговорном процессе.

Беседу вела Рузан Минасян

Газета «Аравот»

10.05.2017г

Ваша оценка материала: 
Голосов еще нет

Добавить комментарий

Plain text

  • HTML-теги не обрабатываются и показываются как обычный текст
  • Адреса страниц и электронной почты автоматически преобразуются в ссылки.
  • Строки и параграфы переносятся автоматически.