Язык «военной дипломатии» в Нагорном Карабахе будет востребован и далее

15 июля, 2017 - 16:57

На вопросы Voskanapat.info отвечает политолог Андрей Арешев.

- Андрей Григорьевич, что даёт посредникам карабахского урегулирования не упоминание истинного провокатора обострения на азербайджано-арцахской границе, или, если хотите – фронта, в своих заявлениях, по тому, или иному поводу? Всем же понятно, что нарушение статус-кво выгодно только Азербайджану.

- Действительно, заявления международных посредников традиционно изобилуют расплывчатыми формулировками, из которых непосвященному наблюдателю трудно понять, какая именно из сторон является виновником очередного обострения на линии соприкосновении Армении и Нагорного Карабаха с одной стороны, и Азербайджана – с другой, которая, к сожалению, в последние годы действительно всё больше становится линией фронта. Официальный Баку последовательно игнорирует внедрение механизмов расследования инцидентов в соответствии с Санкт-Петербургскими и Венскими договорённостями 2016 года, полагая, что они закрепят существующий статус-кво.

Впрочем, в последних заявлениях сопредседателей Минской группы ОБСЕ, насколько я могу судить, акценты всё же меняются, и сторона, являющаяся инициатором очередных вооружённых провокаций, обозначается более явно. Впрочем, у политиков и дипломатов своя работа, а у военных – своя, направленная на сдерживание противника в условиях высокого риска возобновления полномасштабных боевых действий.

Неспособность переломить данную тенденцию, к сожалению, свидетельствует об ограниченности рычагов воздействия на официальный Баку, либо же – о нежелании таковые рычаги задействовать. Особенно прискорбно то, что влекущие человеческие жертвы провокационные действия сплошь и рядом сопряжены со встречами глав дипломатических ведомств противоборствующих сторон, либо с очередными консультациями по линии Минской Группы ОБСЕ. В частности, 11 июля в Брюсселе состоялась очередная встреча министров иностранных дел Армении и Азербайджана, и многие эксперты с высокой степенью вероятности предсказывают очередное обострение либо в августе, либо уже во второй половине июля. Всё это сопровождается настоящей информационной вакханалией (например, на тему отдельных аспектов военно-технического сотрудничества между Баку и Москвой, причём источниками информации находятся почти исключительно в Азербайджане). Раскручивание этой чувствительной темы призвано не только максимально осложнить российско-армянские отношения, но и отвести внимание от фактов поставок оружия из Восточной Европы в «горячие точки» на Ближнем Востоке с использованием азербайджанских авиакомпаний.

В данной предельно сложной ситуации, как и ранее, востребован будет язык «военной дипломатии». Мне представляется, что в Армении и Арцахе сделали из апрельских событий 2016 года достаточно серьёзные выводы, чтобы сделать этот язык достаточно убедительным. Опыт не только нагорно-карабахского (обратимся к итогам военных действия в начале апреля 2016 года), но и других постсоветских конфликтов свидетельствует, что добиваться каких-либо результатов военным путём бессмысленно и бесперспективно.

- Как Вы считаете, дислокация артиллерийских батарей в населённых пунктах не напоминает тактику запрещённого в России «ИГИЛ», боевиков других прикрывающихся мирными жителями террористических группировок?

- Полностью с Вами согласен, не забывая в этом ряду и о других неурегулированных конфликтах на постсоветском пространстве, в первую очередь – на Донбассе. Так же как и в случае с Нагорным Карабахом, одна из сторон, чувствуя за собой поддержку влиятельных сил (причём не только на Западе), постоянно кричит об «оккупации», накапливает силы, угрожает возобновлением военных действий, размещая среди жилых домов (либо поблизости от них) артиллерию, танки и иную тяжёлую технику. И точно так же это остается вне фокуса внимания международных посреднических организаций, той же ОБСЕ, прекрасно обо всём информированной, если не сказать больше. Драматичный опыт Южной Осетии и Абхазии 2000-х годов, иных конфликтов ясно свидетельствует, что это ведёт к непредсказуемым последствиям, причём вовсе не обязательно – благоприятным для тех, кто считает подобного рода бесчеловечную тактику вполне приемлемой.

Армянская сторона документально доказала, что в районе селения Алханлу, по которому Армией обороны Нагорного Карабаха был нанесён ответный удар, размещались артиллерийские и минометные позиции азербайджанской армии. Жертвы среди гражданского населения в очередной раз были использованы в целях раскручивания низкопробной пропагандистской истерии, одновременно служа средством отвлечения внимания от насущных социально-экономических проблем. Влюбом случае, ответственность за гибель мирных жителей лежит на тех, кто, выступая с максималистскими требованиями, ставит их под удар, отказываясь от серьёзных переговоров в тщетной надежде на «хорватский сценарий» разгрома сербских Краин в середине 1990-х годов.

- Есть мнение, что в Нахиджеванской автономии Азербайджана происходят военно-политические процессы, с целью более активного вовлечения этого региона, со статусом протектората, в армяно-азербайджанское противостояние.

- Нахичеванский участок армяно-азербайджанской границы долгое время считался относительно спокойным, однако негативные тенденции в последние годы, к сожалению, наблюдаются и здесь. Есть признаки того, что Нахичеванская автономия в случае вполне вероятной очередной эскалации напряжённости вокруг Нагорного Карабаха может быть использована в качестве дополнительного фактора давления на Ереван. И в этой связи информация о военных приготовлениях, в том числе с участием турецких военнослужащих, на территории непосредственно соприкасающегося с Турцией эксклава (несуверенный регион, отделённый от основной территории страны и окружённый другими государствами (одним или несколькими)-ред.), конечно, не может не беспокоить. Опыт Сирии и Ирака свидетельствует о том, что использование наёмников и различного рода военизированных формирований является важным элементом турецкой внешней политики. В то же время, мне представляется, что фактор тесного армяно-российского военно-политического сотрудничества станет сдерживающим фактором на пути возможных турецких амбиций.

- Оцените, пожалуйста, степень вовлеченности Турции в карабахское противостояние.

- Все постсоветские годы, как мы знаем, оно было достаточно высоким, как мы знаем. На этот счёт существует большое количество источников и литературы. «Восканапат» постоянно обращается к этой теме, как и к политике Анкары на Южном Кавказе, пытающейся выстроить комплексное взаимодействие с Азербайджаном и Грузией, опираясь как на прочные двусторонние связи, так и на пролегающие с востока на запад энергетические и коммуникационные пути.

В середине июня в Нахичеване прошли азербайджано-турецкие военные учения с участием до сотни военнослужащих. В прошлом году в аналогичном мероприятии в Карсе участвовали части расположенной в автономии Отдельной общевойсковой армии.

Представляется, что конституционно закреплённое обязательство не создавать на территории Азербайджана иностранные военные базы в случае с Турцией носит во многом формальный характер. В июне появилась информация о возможном создании между Турцией и Нахичеваном свободной экономической зоны (давняя идея Анкары), что также увеличит возможности по сотрудничеству по различным направлениям.

В то же время, диалог Турции с двумя её основными партнёрами на Южном Кавказе имеет многоуровневый характер и не свободен от различного рода проблем, что характеризуется, в частности, сохраняющимися визовым режимом со стороны Азербайджана и неоднократным переносом запуска широко распиаренной железной дороги Баку – Тбилиси – Ахалкалаки – Карс. Кроме того, при рассмотрении турецкой политики в сопредельных районах нельзя сбрасывать со счетов и внешние факторы, прежде всего «российский» и «американский». Проблемы, с которыми может столкнуться Турция на севере Сирии, могут быть связаны, в том числе, с усилением курдских отрядов из состава «Сирийских демократических сил», которым американские партнёры передали довольно много оружия, не исключая и тяжёлую технику. На востоке самой Турции.в этногеографическом Курдистане также вовсе не спокойно, и эскалация конфликта на Кавказе вряд ли позитивно скажется на ситуации в соседней стране, Вооружённые Силы которой, согласно поступающей информации, ослаблены перманентными чистками и неопределённостью.

В своей политике по отношению к ближним соседям Турция вынуждена учитывать также мнение своих партнёров по межсирийскому мирному процессу в Астане – России и Ирана, выступающих за сдержанность и против резких односторонних шагов.

Всё это, на мой взгляд, способствует большей сдержанности Анкары в карабахском вопросе в плане открытого вооружённого вмешательства на стороне Азербайджана. В то же время, военно-политическая и материально-техническая поддержка официальному Баку будет оказываться и впредь, так что эту сдержанность, конечно, не стоит переоценивать.

Епрем САРКИСЯН

Ваша оценка материала: 
Голосов еще нет

Добавить комментарий

Plain text

  • HTML-теги не обрабатываются и показываются как обычный текст
  • Адреса страниц и электронной почты автоматически преобразуются в ссылки.
  • Строки и параграфы переносятся автоматически.