Армянские храмы. Азербайджанские топоры. Русские ордена за толерантность

16 января, 2018 - 14:46
video: 

Война с храмами в Нагорном Карабахе и в Нахичевани очень часто становилась предметом публицистических, культурологических высказываний. Тему уничтожения древнего армянского Агулиса инициировал публицист, поэт Амирам Григоров на сайте «Восканапат». С подачи Григорова, занимающегося мониторингом состояния армянских святынь на территории сегодняшнего Азербайджана, Армянский музей в последнее время говорил о драматических судьбах сел Бананц, Човдар.

«Агулиса больше нет, но есть необходимость сказать о нем. К стыду своему, живя в Азербайджане, я и не знал, что там, в Нахичеванской области, до 2010 года сохранялся раннесредневековый город. Впрочем, официально в Азербайджане о нем не говорили ни слова, потому что город этот был армянским.

Город Агулис был основан в античное время. Царь Тигран выселил иудеев из Сирии в Армению и выделил места для основания городов в районе теперешней Нахичевани. Так появился Агулис. После принятия Арменией христианства этот город стал центром, где возникли монастыри и церкви, одновременно с Эчмиадзином, но если собор в Эчмиадзине неоднократно перестраивался и украшался, вплоть до XIX столетия, то три из 11 церквей Агулиса выглядели точно так же, как при постройке в IV веке: Агулис оказался на отшибе и сохранился практически без изменений.

Когда-то в Агулисе было 10 тысяч жителей, и он был самым значительным городом в этой части Армении. Но после нашествия афганцев в XVIII столетии он обезлюдел, и в дальнейшем его население не превышало 3-4 тысяч, его жители представляли собой изолированную группу с особым диалектом, который назывался «лезун зоки», в котором сохранялось много персидских и арамейских слов. Армяне из других регионов плохо понимали этот язык и считали его «еврейским».

В 1919 году город был захвачен турками, его уцелевшие жители бежали в Зангезур, горную область, где герой армянского народа Нжде сумел организовать самооборону, и куда турки не прорвались. После установления советской власти, по договору большевиков с Ататюрком, Агулис, как и вся Нахичеванская область, отошел Азербайджану. Агулисцам не позволили вернуться, а в их дома заселили кочевников-тюрков. Но древние церкви Агулиса, опустевшие, закрытые, остались, как и три кладбища с хачкарами — традиционными резными армянскими надгробиями».

Подробнее о «войне с храмами» писал автор книги «Нагорный Карабах. Факты против лжи», сын дипломата и внук легендарного участника «Немезиса» Зарэ Мелик-Шахназарова Арсен Мелик-Шахназаров.

Он говорит о том, что на протяжении более полутора тысячелетий Нагорный Карабах пытались завоевать персы, арабы, кочевые тюркские племена, монголы, турки-османы.

«Однако никогда за всю свою историю памятники армянской истории и культуры, само духовное наследие прошлых поколений карабахских армян не подвергалось такому неприкрытому разграблению и уничтожению, как это было в период нахождения края в составе Азербайджанской ССР».

Арсен пишет, что после включения Нагорного Карабаха в состав Азербайджанской ССР духовная жизнь армян Карабаха фактически попала под двойной гнет большевиков-атеистов и азербайджанских националистов. После 1932 года в крае были закрыты абсолютно все армянские храмы и монастыри. Не помогла армянам и послесталинская «оттепель». Католикос всех армян Вазген I, занимавший этот пост с 1955 года по 1994 годы, неоднократно обращался к правительству Азербайджанской ССР с просьбой открыть в Нагорном Карабахе хотя бы один храм, но неизменно получал отказ.

Памятники армянской архитектуры азербайджанцы уничтожали всегда. Прямо или косвенно, когда строились, например, дороги, а армянский храм стоял в 100 метрах.

На встрече с пролетарскими поэтами в Ростове-на –Дону 7 февраля 1926 года Владимир Маяковский говоря вообще о зачитанных стихах, указал, что рапповцам не стоит бросаться к мировым темам, но следует писать больше о том, что хорошо им известно и не вошло в литературу: о Ростове и Нахичевани, в быту которых скрыто много сокровищ для поэзии (например, самое слово «Нахичевань» – великолепное слово, еще никем не использованное в поэзии). Он не знал, что это слово, которое ему, верно, казалось каким-то футуристическим, толковал еще иудейский историк Иосиф Флавий в I веке: армянский топоним означает место первой высадки Ноева Ковчега. С этим соглашался и немецкий языковед Макс Фасмер, и немецкий филолог, профессор Страсбургского университета Генрих Хюбшман.

В топонимическом словаре «Географические названия мира» автор Е. М. Поспелов указывает, что в наиболее ранней письменной форме топонима Нахтчаван «нахтча» др.-арм.представляет собой родоплеменное название, а элемент «ван» (варианты «вани», «вана»), очень продуктивный в древней топонимии Закавказья и Малой Азии, употреблялся со значениями «место», «дом», «земля», «страна», а также в роли суффикса принадлежности.

По преданию, город Нахичевань был основан библейским Ноем. Дата основания города по персидским и армянским источникам — 1539 год до н. э. Современные энциклопедические источники прослеживают историю региона и города примерно с 1500 года до н. э.

В 1990-е годы русскоязычные азербайджанские источники, а впоследствии и Роскартография, стали использовать написание Нахчыван— с использованием недопустимого в русской орфографии буквосочетания -чы-. В СМИ других стран и литературе обычно используется традиционный советский топоним Нахичевань.

Разумеется, после окончания Карабахского противостояния и превращения региона в зону замороженного конфликта, во время которого в год погибает несколько десятков солдат с обеих сторон, нельзя было надеяться на то, что армянский Агулис выживет. Тем более после того, как в Нахичевани было окончательно уничтожено кладбище средневековых армянских хачкаров.

Древний Агулис был родиной предков знаменитой художницы из Тбилиси Гаянэ Хачатурян. Азербайджанский писатель Акрам Айлисли, прославившийся своим романом-реквиемом «Каменные сны», родился в этом селе (азерб –Айлисли) в 1937 году. Известен он был не только тем, что призвал своих земляков покаяться за зверства Сумгаита и Баку, но и тем, что переводил многих писателей с мировым именем, в том числе и Габриэля Гарсия Маркеса. Тяга к метафизике колумбийского писателя, возможно, связана и с тем, что в призраки, своего рода азербайджанские Макондо, превращаются те «топосы», что существовали здесь веками.

Примечательно, что город, который азербайджанцы называют колыбелью своей культуры – Шушу (арм. – Шуши) (на начало 20-го века предки азербайджанцев составляли около половины населения, где жило несколько знаковых поэтов и музыкантов, и родилось два азербайджанских первых секретаря – для них, безусловно, важна – прим. Амирам Григоров) они во время антиармянских погромов в марте 1920 года привели в средневековые руины, бросая в колодцы трупы, лишая себя чистой воды. Чума в городе Шуше стала темой стихотворения Осипа Мандельштама.

Давайте посмотрим на судьбу вчерашних армянских сел.

Джульфа – при армянах: кладбище средневековых хачкаров, Нахичеванский Матенадаран (библиотека-архивы рукописей), храмы. Во времена шаха Аббаса I Великого (16 век) превращен в выжженную землю. Население насильственно переселено в иранский Исфахан. После выселения армян, Джульфа деградировала. После разрушения кладбища хачкаров Джульфа (Джуга) людьми в военной форме с помощью тяжёлой строительной техники (обломки памятников погружены в грузовики и сброшены в реку Аракс) это место превращено в стрельбище.

В некогда армянском, красивом селе Човдар теперь крайняя нищета, зато это один из прибыльных золотых рудников Азербайджана.

Армянское село Бананц с богатыми архитектурными и ковровыми традициями заселили азербайджанцы, с тех пор оно ничем иным не примечательно.

Армянские села Шаумяновского и Ханларского района, откуда были изгнаны армяне во время операции «Кольцо» и ранее, тоже превращены в депрессивную зону.

В то же время столица Нагорно-Карабахской республики (Арцах) Степанакерт при армянах стала красивым европейским городом с культурными центрами, откуда выходят звезды певческого искусства, с кафе, фонтанами. Сюда с концертами приезжают оперные дивы первой величины – Монтсеррат Кабалье, Любовь Казарновская, молодые литераторы из клуба «Образ» получают благословение Международного Фонда имени А.С. Пушкина (Брюссель, Бельгия). 14 апреля 2018 года в Университете Месроп Маштоц (г.Степанакерт, РА) состоятся Ежегодные Международные философские чтения студентов и молодых ученых, посвященные памяти Павла Флоренского.

Будет несправедливо промолчать о трагической судьбе азербайджанского города Агдам. Сегодня там можно увидеть редкие дома в окружении руин.

Разрушенный азербайджанским градом Степанакерт, обстрелы шли в том числе и по мирному населению, был отстроен в том числе и из разрушенных агдамских домов.

Мало кто знает, что убивать армян в эти годы стали активно не в Сумгаите, не в Баку, а в Аскеране, в нескольких десятках километрах от Агдама.

Тем не менее армяне не уничтожали здесь ни кладбища, ни религиозные святыни. Знаменитая агдамская мечеть и сегодня является символом призрачного города. Томас де Ваал в книге «Черный сад», в общем-то взявший сбалансированную интонацию, называет Агдам «Кавказской Хиросимой». Как можно назвать уничтоженный в пыль Агулис? И почему до сих пор стоят в Баку шедевры архитектуры, построенные армянскими архитекторами, в том числе и Никогойсом Баевым? Мы уже не спрашиваем о том, зачем уничтожать «сельджукские» и «албанские» храмы, если нет места армянским?

Да, судьба Агулиса была предрешена давно. Но зачем так долго тянули с его смертью, ведь можно было начать в том же 1998 году, когда начали истреблять хачкары Джульфы?

А смысл видится все тот же: бессилие что- либо доказать миру. Бессилие утвердить на обретенных землях жизнь высшего порядка, за которую так много проливалась и азербайджанская кровь, где вместо стилоса работает топор и кирка. Метр за метром в схватке с самой жизнью вместо храмов и садов возникают горы взорванной руды, радиоактивный фон, опустошение.

Противостояние двух основных типа хозяйствования - земледелия и скотоводства, об этом писались миллиарды страниц.

Ваша оценка материала: 
Голосов еще нет

Добавить комментарий

Plain text

  • HTML-теги не обрабатываются и показываются как обычный текст
  • Адреса страниц и электронной почты автоматически преобразуются в ссылки.
  • Строки и параграфы переносятся автоматически.