ХРОНИКА ПЕРВОЙ МИРОВОЙ. АРМЯНСКИЙ КОРПУС: ГЕРОИ САРДАРАПАТА (продолжение). ЧАСТЬ V

28 апреля, 2018 - 16:19

Мы продолжаем публикацию отрывков из воспоминаний Маршала Ивана Баграмяна, прошедшего боевой путь Первой мировой как в русской армии, так и в Армянском корпусе и армянской армии  - от Персии  до Кавказского фронта. В предлагаемом вниманию читателя продолжении воспоминаний Маршала рассказывается о событиях, предшествовавших знаменитому Сардарапатскому сражению мая 1918 года.

Как мы уже ранее писали, эти воспоминания появились лишь в Ереванском издании мемуаров прославленного маршала. Местами они подвержены идеологическому налёту коммунистического периода, - без этого, вероятно, они просто не были бы пропущены советской цензурой. Но к чести Маршала, идеологические посылы минимальны, и они ни как не сказываются  на оценке реальных исторических событий и характеристиках, данным автору Армянскому корпусу, его солдатам и офицерам.

Меумары И.Х. Баграмяна стали первой в советской историографии попыткой объединить воедино разрозненные сведения об Армянском корпусе, его структуре, составе, пройденном боевом пути и многочисленных сражениях. Сражениях  часто отступательных, драматических, но и победных, судьбоносных для всего армянского народа. Каким, например,  был Сардарапат, - столетие которого мы также будем отмечать в мае 2018-го.

И. X. БАГРАМЯН, «Мои воспоминания». Ереван, Айастан, 1979

ГЕРОИ САРДАРАПАТА

(продолжение)

Перед командующим Эриванской группой армянских войск генералом Силиковым встала довольно сложная задача. Помимо главной угрозы, которую представляло продвижение 36-й дивизии в направлении Эривани, руководимые им части могли подвергнуться сильному удару с севера силами 9-й кавказской дивизии, выдвигавшейся из Александрополя в обход горы Алагез в район Баш-Абарана, а также 5-й и 12-й пехотных дивизий турок с юга со стороны Кохба и Игдыря.

И, наконец, не исключалось, что противник может предпринять наступление в тыл Эриванской группы войск с востока, из района Шарура.

Надо сказать, что генерал Силиков в этой довольно сложной обстановке принял, я бы сказал, талантливое решение, суть которого заключалась в следующем: он своевременно развернул Сардарапатский отряд, включив в него главные силы группы войск под общим командованием своего заместителя полковника Даниела Бек-Пирумяна, чтобы с утра 22 мая перейти в решительное наступление с целью разгрома частей 36-й дивизии турок, наступавших вдоль железной дороги на Эривань. Части Алагезского отряда — Эрзинджанский и Хнысский полки, а также Макинский пехотный батальон были выведены в район с. Керпалу (Аршалуйс) в маневренный резерв командующего Эриванской группой армянских войск.

Для обеспечения Араратской долины от возможных ударов противника с севера, со стороны Баш-Абарана, куда стали подходить части 9-й кавказской дивизии турок, генерал Силиков выдвинул отряд в составе 6-го Армянского стрелкового полка полковника Долуханова, 2-го Армянского конного полка полковника Залинова (1), Партизанского конного полка подполковника Королькова и Пограничного батальона подполковника Силина. Командование башабаранским отрядом было возложено на Драстамата Канаяна (Дро) — одного из лидеров партии дашнакцутюн.

Оборона рубежа реки Араке с задачей не допустить с юга удара частей 5-й и 12-й пехотных дивизий по левому флангу Сардарапатского отряда была возложена на Зейтунский конный полк полковника Салибекова, усиленный одной батареей орудий, двумя ротами ополчения из местных жителей и двумя пешими добровольческими отрядами, сформированными из игдырцев. Мосты через Араке у Каракалы и Маркары по приказанию генерала Силикова были разрушены. На нашем берегу были созданы узлы сопротивления, которые усиленно оборонялись подразделениями пехоты. Зейтунский полк расположился в селе Шагриар в готовности контратаковать противника, если он попытается начать форсирование реки.

И наконец, чтобы обезопасить население Араратской долины и тыл Эриванской группы войск от вторжения турок со стороны Шарура в район Волчьих ворот была выдвинута 3-я Армянская пехотная бригада под командованием полковника Багдасарова.

Обеспечив, таким образом, фланги и тыл своей группы войск, генерал Силиков приказал Сардарапатскому отряду перейти в решительное встречное наступление против З6-й кавказской дивизии турок.

22 мая с раннего утра войска Сардарапатского отряда полковника Даниела Бек-Пирумяна, Партизанский пехотный полк полковника Перекрестова, Игдырский пехотный полк и 1-й Особый армянский конный полк войскового старшины Золотарева с рубежа сел Керпалу (Аршалуйс) и Курдукули (Армавир) стремительно атаковали противника и, уничтожив его передовые части в районе железнодорожной станции Камышлу (Ехегнут), к исходу дня освободили от турок село и железнодорожную станцию Сардарапат.

Однако дальнейшее наступление отряда было приостановлено упорным сопротивлением турок, успевших занять оборону на рубеже высот северо-восточнее станции Араке и к югу от станции до левого берега Аракса.

Боевыми действиями как под Сардарапатом, так и в районе Баш-Абарана генерал Силиков и начальник его штаба подполковник Векилов руководили из штаба Эриванской группы войск, расположившегося в Эчмиадзине. Непосредственное руководство Сардарапатским отрядом осуществлял полковник Даниел Бек-Пирумян, который создал свой импровизированный штаб во главе с капитаном Шнеуром.

В эти грозные для Армении и всего Закавказья дни генерал Силиков обратился к армянскому народу с горячим призывом принять самое активное участие в борьбе против турецких агрессоров, стремившихся полностью истребить наш народ.

Вот что писал генерал Силиков в обращении к армянскому народу:

«Армяне!

Спешите освободить Отечество!

Пробил час, когда каждый армянин, забыв свое личное, во имя великого дела — спасения Родины и защиты чести своей жены и дочерей должен приложить последнее усилие — ударить по врагу.

Мы не хотели воевать, во имя мира и согласия готовы были пойти на любую жертву, однако наш вероломный враг продолжает идти по намеченному пути, он хочет не только поработить нас, он хочет стереть с лица земли нашу многострадальную нацию. Но если нам суждено быть уничтоженными, не лучше ли с оружием в руках попытаться защитить самих себя. Может, нам удастся в бою завоевать право на существование.

А то, что мы умеем защищаться, показали последние сражения на нашем фронте, где враг, превосходивший нас числом, отступил под натиском наших героических войск.

Еще одно усилие, и враг будет изгнан за пределы нашей страны, где наши деды и отцы долгие годы кровью и потом добывали свой хлеб насущный.

Армяне!

Не время медлить. Все мужчины до 50 лет обязаны взять оружие. Я требую от всех явиться со своим оружием и патронами для защиты Родины.

Армянки!

Вспомните благородных женщин V века, которые воодушевили своих мужей на великое дело во время сражений бессмертного Вартана, следуйте их примеру, если не хотите, чтобы была растоптана ваша честь, вдохновляйте их на подвиг и презирайте трусов, которые под различными предлогами уклоняются и не хотят уходить на фронт. Собирайте боеприпасы, хлеб, одежду...

Глубоко убежден, что этот мой призыв не останется безответным, и в течение двух-трех дней будет организовано такое доблестное ополчение, которому удастся выгнать врага за пределы родной земли и обеспечить существование армянского народа.

Вставайте! К делу, на священную войну!

Все мужчины, способные держать оружие, обязаны явиться в Эривань к генералу Бежанбеку, а все собранные продукты передать местным Национальным Советам.

24 мая 1918 года».

Участники Сардарапатской битвы и оставшиеся в живых ее современники хорошо помнят, как под влиянием патриотической пропаганды, проводимой коммунистами и отдельными прогрессивно настроенными общественно-политическими деятелями, а также призыва генерала Силикова к армянскому народу со всех сел Араратской долины, из районов, городов Эривани и Эчмиадзина незамедлительно и очень дружно потянулись к линии фронта многочисленные отряды вооруженных винтовками бойцов народного ополчения. Они решили вместе с регулярными частями армянских войск принять участие в разгроме ненавистного врага и выдворить его за пределы родного края. Потом мы увидим, какую неоценимую роль сыграли народные ополченцы в исторической победе Сардарапатской битвы.

Массовое появление в частях Сардарапатского отряда бойцов народного ополчения буквально всколыхнуло солдатские массы, подняло их боевой дух, укрепило веру в свои силы, воодушевило их на самоотверженную борьбу с противником.

В первые дни битвы я выполнял обязанности офицера связи между нашим 1-м Особым конным полком, находившимся в резерве, и 5-м Армянским стрелковым полком полковника Павла Бек-Пирумяна, наносившим на правом фланге Сардарапатского отряда главный удар по отборным силам 36-й турецкой дивизии, упорно державшим гряду высот, расположенную к северо-востоку от станции Араке. По существу, эти высоты представляли собой ключевую позицию всей обороны турок, с падением которой они практически теряли возмож-ность удерживать за собой занимаемый рубеж вплоть до берега Аракса. Понимая это, турецкое командование уделило большое внимание созданию на высотах прочного узла обороны. Именно здесь развернулись самые ожесточенные бои между армянскими и турецкими войсками, продолжавшиеся несколько дней.

До сего времени я не могу забыть, в каких крайне неблагоприятных условиях приходилось бойцам 5-го армянского полка, укомплектованного целиком карабахцами, самоотверженно наступать на позиции неприятеля, оборудованные на неприступных, казалось бы, высотах. Вся местность, по которой мужественно продвигались карабахцы, представляла собой до предела иссушенную, лишенную всякой растительности равнину, которая, как на ладони, расстилалась перед высотами, занятыми турками. Находясь на командном пункте командира 5-го стрелкового полка, я не раз наблюдал, как стрелковые цепи наступавших батальонов попадали под массовый ружейно-пулеметный и довольно сильный артиллерийский огонь противника. Кроме того, наступление подразделений 5-го полка поддерживалось всего одной артиллерийской батареей, которая не могла подавить все огневые точки в прочной обороне турок. А противник имел там не менее трех-четырех батарей. Порой боевые порядки бесстрашных карабахцев под воздействием губительного огня окутывались такой густой пеленой пыли, что, казалось, на поле боя не осталось ни единой живой души. Однако, невзирая ни на что, батальоны не прекращали наступления и после кратковременных заминок возобновляли его с новой силой. Я проникся большим уважением к воинам-карабахцам за их отвагу, самоотверженность и бесстрашие в бою.

Фронтальные атаки войск Сардарапатского отряда против прочно укрепившихся частей 36-й турецкой дивизии продолжались до 26 мая и, к сожалению, не принесли намеченного успеха. Тогда генерал Силиков принял, на мой взгляд, вполне разумное решение — нанести силами Хзнаузского отряда, являвшегося его маневренным резервом, неожиданный удар во фланг и тыл занимаемой турками гряды командных высот.

Хзнаузский отряд в составе Эрзинджанского полка, отдельного Макинского батальона, одной роты Хнысского полка, двух эскадронов нашего 1-го Особого армянского конного полка (всего 600 бойцов пехоты и до 200 всадников) с 4 орудиями под общим командованием подполковника Гасанпашяна на рассвете 27 мая выступил из села Хзнауз (Арагац) в направлении гора Кармратар, Шамирамский овраг, станция Аракс. К 15 часам он обошел с севера левый фланг 36-й турецкой дивизии и решительно атаковал с тыла ее части. Одновременно батальоны 5-го Армянского полка возобновили свои упорные атаки на ключевые позиции обороны турок с фронта. Завязалось крайне напряженное сражение, которое к вечеру закончилось полным разгромом левофланговых частей турецкой дивизии. В результате двух согласованных по месту и времени наших решительных ударов турки не только понесли огромные потери, но, главное, лишились очень важной позиции, игравшей решающую роль в обеспечении устойчивости всей их обороны.

Воодушевленные успехом, достигнутым войсками правого крыла Сардарапатского отряда, бойцы Партизанского и Игдырского пехотных полков, действовавшие против центра и южного фланга турок по приказанию полковника Даниела Бек-Пирумяна перешли в решительное наступление и вскоре вынудили противника оставить занимаемый им участок обороны. Пользуясь наступившей темнотой, части 36-й турецкой дивизии начали поспешно откатываться в направлении Александрополя. Войска Сардарапатского отряда, обнаружив отход врага, перешли к его преследованию своими передовыми частями.

В это время мой взвод (20 всадников) был выделен в разъезд с задачей неотступно следовать за турками и регулярно доносить в штаб полка о боевом составе и порядке отхода их частей вдоль железной дороги в сторону Александрополя.

Кстати, генерал Силиков предпринял преследование отходивших частей 36-й турецкой дивизии не всеми силами Сардарапатского отряда. В частности, 5-й армянский стрелковый полк он вывел в свой резерв. Некоторые из участников и исследователей описываемых событий почему-то теперь оспаривают целесообразность такого решения генерала Силикова. Они считают, что было бы более правильным, если бы отходившие в панике части 36-й дивизии преследовали силы Сардарапатского отряда, в том числе и 5-й стрелковый полк. Тогда бы, мол, они смогли сходу освободить Александрополь.

Бросая взгляд в далекое прошлое, я убеждаюсь, что генерал Силиков поступил совершенно правильно. Он, вероятно, прекрасно понимал, что резерв необходим, поскольку трудно было предвидеть, какой исход могут принять продолжавшиеся в ту пору напряженные сражения в районах Караклиса и Баш-Абарана. В случае поражения армянских войск в одном из этих районов могло значительно ухудшиться общее положение войск Эриванской группы. А ее основной задачей было отразить попытки турок проникнуть в густо населенную Араратскую Долину.

Перед рассветом 28 мая разъезд, возглавляемый мной, начал следовать по пятам беспорядочно, порой панически отступавшего к Александрополю неприятеля.

Во второй половине дня отходившие на широком фронте части противника, достигнув важного рубежа по линии Нижний Талин, Карабурунские горы, железнодорожная станция Карабурун и далее до левого берега реки Арлачай, стали поспешно переходить к обороне. До наступления темноты между подошедшими передовыми частями Сардарапатского отряда и турками шла оживленная перестрелка из всех видов оружия, сопровождаемая временами местными атаками и контратаками с двух сторон. Часть сил турецкой дивизии и приданного ей крупного отряда курдской конницы, чтобы избежать разгрома, вынуждена была поспешно отойти на правый берег Аракса и Арпачая.

К исходу дня перестрелка между сторонами прекратилась, и на всем фронте наступило затишье. С наступлением темноты турки открыли массовый ружейно-пулеметный и артиллерийский огонь. Со стороны противника доносились дружные и громкие возгласы «Ала! Ала!». Бойцы армянского отряда решили, что противник переходит в наступление и по команде своих офицеров подготовились к отражению атаки. Но вскоре выяснилось, что турецкое командование вовсе не намеревалось перейти к активным действиям, более того, и не думало даже удерживать занимаемый рубеж обороны. Этой ложной демонстрацией атаки оно хотело скрыть дальнейший отход в темноте своих войск на Александрополь.

Оценив сложившуюся к исходу 28 мая обстановку, а также учитывая свои и вражеские потери, генерал Силиков начал планировать дальнейшие боевые действия подчиненных ему войск на александропольском направлении, где был явно достигнут важный успех в боях против сил 36-й турецкой дивизии.

Из собранных данных, главным образом информации, переданной из штаба корпуса генерала Назарбекова, общая оперативная обстановка на других участках боевых действий выглядела так:

наступавшие из района Александрополя через Карахачский перевал в направлении Тифлиса части 5-й кавказской турецкой дивизии встретили у Воронцовки решительный отпор со стороны отряда генерала Андраника и отлично сражавшихся народных ополченцев из местного населения Лорийского района. Однако, хотя и с большим трудом, передовые части турецкого соединения все же прорвались вскоре в юго-восточную часть Грузии и, выйдя в Борчалинский район, стали угрожать Тифлису, находясь всего в 20—25 километрах от города.

Башабаранский отряд добился победы под Баш-Абараном — важным опорным пунктом на пути турецких частей к Аштараку. Командование противника намеревалось наступлением на этом участке оказать своей 36-й дивизии существенное содействие в разгроме главных сил Эриванской группировки армянских войск, прикрывавших наиболее важную часть территории Армении.

Но отряд, добровольцы и ополченцы решительным встречным ударом сначала приостановили наступление частей 9-й турецкой дивизии, а затем смелыми атаками освободили Баш-Абаран и отбросили противника к Спитакскому перевалу. Это был важный успех для армянских войск, в достижении которого особенно важную роль сыграли солдаты и офицеры 6-го армянского стрелкового полка под командованием полковника Долуханова.

Несколько хуже для основных сил Александропольской группы сложилась обстановка в начале наступления турок из района Александрополя в направлении Караклиса. Используя неорганизованный отход наших войск, главные вражеские силы не только с ходу преодолели важный для обороны рубеж — Джаджурский перевал,— но и к 20 мая овладели крупным населенным пунктом Амамлу и вышли на дальние подступы к Караклису. Основное ядро армянских войск, действовавших на караклисском направлении, во главе с генералом Назарбековым беспечно, не оказывая должного сопротивления противнику, отошли в район Дилижана.

Только благодаря активным действиям арьергардных частей и отрядов ополченцев в эти тревожные дни удалось удержать за собой Караклис. Лишь после получения известия об успешных действиях армянских войск под Сардарапатом и Баш-Абараном генерал Назарбеков и его начальник штаба генерал Вышинский организовали возвращение своих войск из Дилижана в район Караклиса, где в это время шли ожесточенные бои с рвавшимися туда частями турок. Именно с 24 по 28 мая здесь развернулось по-настоящему упорное Караклисское сражение, в ходе которого армянским войскам удалось отбросить противника от Караклиса в сторону Амамлу на 4-5 километров. Турецкое командование вынуждено было подтянуть на этот участок главные силы своей 9-й дивизии, чтобы приостановить дальнейшее продвижение армян, а затем возобновить наступление на Караклис.

Несколько забегая вперед, должен отметить, что после окончания войны в Закавказье я не раз слышал от участников боев под Караклисом о большой воинской доблести, которую проявили наши войска на этом направлении. Ведь соотношение сил уже к 23 мая здесь явно сложилось в пользу турок: десять тысяч против семи тысяч солдат, сорок пулеметов при двадцати у армян, в семь раз больше орудий; и хотя туркам удалось несколько оттеснить наши части от Караклиса, все же битва под этим городом нисколько не потеряла своего значения для окончательного итога борьбы армянских войск против захватчиков.

История, к сожалению, не сохранила для нас более подробных данных об этом сражении, в котором наши войска в тесном взаимодействии с народным ополчением доблестно сражались против врага, поставившего под угрозу само существование армянского народа.

Здесь можно, думаю, сослаться на оценку, которую дал армянским войскам не кто иной, как сам главнокомандующий турецкими войсками на Кавказском фронте Мамед Вехиб-паша. Вот что он говорил потом по этому поводу: «Это была редкая битва в истории войн. Под Караклисом армяне показали, что они могут быть лучшими солдатами мира» (2) .

Вспоминая о героях Караклисской битвы, мне хочется сказать несколько добрых слов о командире артиллерийской батареи капитане Мовсесяне. Все, кто знал его, говорили, что доблесть, мужество, беспредельная любовь этого человека к родной Армении были примером для сотен и тысяч борцов за свободу своего народа. Мовсесян прекрасно обучил и сплотил бойцов подразделения, он сам и его батарейцы под Караклисом всегда были на участках, где складывалась самая сложная и опасная обстановка. Виртуозно маневрируя, они наносили один за другим мощные и точные удары по противнику и во многом решили исход сражения.

Я лично хорошо знал капитана Мовсесяна и его батарейцев, к которым он относился с заботой и любовью. У меня всегда вызывало восхищение то, что и офицеры, и солдаты в подразделении капитана были как на подбор—прекрасно снаряжены, собраны, подтянуты, энергичны, уверены в себе и готовы в любую минуту вступить в бой. Караклисский бой был последним сражением, в котором участвовал блестящий артиллерист и пламенный патриот: в этой битве Мовсесян погиб смертью героя.

Однако я немного отклонился от событий, предшествовавших дню 28 мая, когда командующий Эриванской группой армянских войск генерал Силиков принял смелое решение: всемерно используя благоприятно сложившуюся общую оперативную обстановку, продолжать основными силами Сардарапатского отряда решительное наступление на Александрополь. Сейчас я убежден, что командующий выбрал тогда самый разумный и многообещающий вариант действий, который давал возможность овладеть таким важнейшим стратегическим объектом на всем армяно-турецком фронте, каким был Александрополь.

Отдав приказ о продолжении наступления Сардарапатского отряда на Александрополь, генерал Силиков 29 мая обратился к армянскому народу с новым воззванием.

«Армяне! — говорилось в этом документе, — мы должны отобрать Александрополь, который так коварно захватили турки!

...Нам всем должно быть отлично известно, до какой степени ненасытен аппетит хищного и в то же время слабого турецкого правительства. Оно требует, чтобы мы отдали целиком Ахалцихский, Ахалкалакский, Александропольский, Эчмиадзинский (вместе с монастырем) и большую часть Эриванского и Нахичеванского уездов.

Неужели мы пойдем на такое поругание? Неужели мы с легким и спокойным сердцем отдадим врагу наши родные земли, которые кормили, кормят и будут кормить нас?

Нет, никогда!.. Этого поругания не будет, если мы дойдем до Александрополя.

...Надо только помочь нашим храбрецам на фронте, чтобы через три-четыре дня достигнуть этой цели.

Итак, не медлите, армяне, поспешите собраться в группы, сомкнутыми дружными рядами выбросите врага с обагренной кровью нашей земли, и пусть с вами будет благословение ваших потомков!

Все к оружию! К Александрополю!»

Уверен, что этот проникновенный патриотический призыв сыграл важную роль в дальнейшем развитии событий.

Приложение: 

1.  Этот полк после падения Александрополя поспешно отошел в район села Егвард, что севернее Эривани, где и вошел в состав войск Эриванской группы.

2.   Цит. по кн.: Турция в годы первой мировой войны. М., 1966, с. 188.

(ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ)

Подготовил Александр АНДРЕАСЯН

Начало: ХРОНИКА ПЕРВОЙ МИРОВОЙ. АРМЯНСКИЙ КОРПУС: ВТОРЖЕНИЕ. ЧАСТЬ I http://russia-armenia.info/node/47313

Продолжение: ХРОНИКА ПЕРВОЙ МИРОВОЙ. АРМЯНСКИЙ КОРПУС: ВТОРЖЕНИЕ. ЧАСТЬ II http://russia-armenia.info/node/47438

Продолжение: ХРОНИКА ПЕРВОЙ МИРОВОЙ. АРМЯНСКИЙ КОРПУС: ВТОРЖЕНИЕ. ЧАСТЬ III http://russia-armenia.info/node/47614

Продолжение: ХРОНИКА ПЕРВОЙ МИРОВОЙ. АРМЯНСКИЙ КОРПУС: ГЕРОИ САРДАРАПАТА. ЧАСТЬ IV http://russia-armenia.info/node/48104

 

Ваша оценка материала: 
Голосов еще нет

Добавить комментарий

Plain text

  • HTML-теги не обрабатываются и показываются как обычный текст
  • Адреса страниц и электронной почты автоматически преобразуются в ссылки.
  • Строки и параграфы переносятся автоматически.