Слова об «удушливой» атмосфере в первую очередь следовало адресовать интеллигентам

28 марта, 2013 - 15:32

Интервью с Алвард Петросян

– Как отмечает президент страны, самая большая проблема в нашей страны не взяточничество и преступность, самая большая проблема в нынешней ситуации удушливая атмосфера, и в этом смысле в качестве основных ответственных он отметил средства массовой информации, электронные и печатные. К тому, что у нас гнетущая атмосфера, я бы добавила, промозглая и блеклая, мы множество раз это констатировали, но действительно ли в этой удушливости виновны средства массовой информации и журналисты? И не журналисты ли бичуют это расползающееся повсюду болото?

– Я оцениваю эту встречу положительно, это была не просто пресс-конференция. Понятно одно. Президенту есть что сказать. Конечно, все, что ему нужно было сказать, он мог сделать через свою пресс-службу, но он пошел по трудному пути, пригласив представителей оппозиционного и провластного лагеря, при этом, отлично зная всех. При этом он мог бы также сказать, что пришел не на интервью, но он предоставил возможность задавать ему вопросы, и достаточно трудные вопросы. Я не согласна с определениями тех, кто называет чередующиеся в речи президента «вы» и «ты» фамильярностью и т.д., потому что это скорее было желанием создать больше непосредственности и теплой атмосферы. Как одна из самых старых его знакомых в Армении я могу засвидетельствовать, что он из числа людей, никогда не переходящих черту, и независимо от занимаемого положения и должности, всегда в состоянии держать себя в рамках.

Что касается удушливой атмосферы в Армении, то у меня есть свое мнение относительно того, почему она удушлива, которое может не совпадает с мнением президента. Я думаю, что он должен был адресовать эти слова в первую очередь интеллигенции, тем, кто формируют уважительное отношение к мысли, вкусам, идеям. Атмосферу создает мысль, а формирование мысли возложено на интеллигенцию. Я, например, много раз это чувствовала на себе, что пресса часто пишет обо мне негативное только для того, чтобы раскрутить и приукрасить тему, чем из чувства личной неприязни ко мне. Говорят, мы вас любим, но вы – крупная рыба, и мы не можем обойти тему о вас. Так что, это свойственно не только желтой прессе. Конечно же, есть и журналисты-убийцы, которые могут писать все, презрев совесть, есть также и умеренно-ядовитые, которые жалят больно. Так или иначе, это не создает гнетущую атмосферу, наоборот, является источником адреналина. То есть, здесь я не согласна с президентом.

– Кстати, в информационном поле после этой встречи развернулось довольно активное обсуждение, в то время как интеллигенция отреагировала единичными выступлениями. Чем Вы это объясняете? Неужели большинство из них не имеет своей точки зрения и им нечего сказать?

– Вы знаете, человек или является интеллигентом, или не является им. Весь вопрос в том, что в течение 70 лет наша интеллигенция подвергалась трансформации – у интеллигентов отобрали право говорить «да» или «нет» и до сих пор не вернули. Мы еще не избавились от грустного наследия скрывать мысли и выражать свое мнение на кухне. Одним словом, я считаю, что думающие люди в Армении есть, просто они боятся. Не скажу, что я отчаяннее этих людей, просто я политик, уже перешагнувший Рубикон, и в конце концов, сейчас причинить мне боль сложнее. Но скажу одно, хотя это относится ко многим, когда речь заходит о получении медалей и наград, слетающихся бывает сколько угодно. Каждый удостоившийся награды должен задать себе вопрос – почему государство в лице президента оценило именно меня? Нельзя одновременно находиться в двух местах, следует иметь четкую позицию.

– То есть, Вы придерживаетесь того мнения, что большинство наших интеллигентов боится высказать свою точку зрения вслух?..

– Я считаю себя человеком, получившим уникальное воспитание. Мой отец говорил мне – то, что ты не можешь высказать вслух, не произноси шепотом. И я еще за несколько месяцев до выборов высказала вслух, почему я поддерживаю С. Саргсяна. Мы граждане уникальной страны, и сколько бы я не считала Раффи Ованнисяна интеллигентным, популярным, харизматичным и приятным человеком, и не испытывала бы к его отцу, Ричарду Ованнисяну, глубокого почтения за его большую роль в сохранении армянской идентичности в Диаспоре и многое другое, но сейчас для этой страны я вижу Сержа Саргсяна, а Раффи Ованнисяна считаю камерным политиком. Я бы хотела, чтобы его образование бы использовано в некоторых сферах на благо Родины. Чтобы познать Армению, прожить здесь 10, 20 лет недостаточно – Армения сложная страна. Весь пройденный нами путь, от власти большевиков и до тирании Сталина, Отечественная война, особенности характера армянина-сельчанина и армянина-рабочего, в каждом селе, в каждом районе… все это надо уметь прочувствовать. Мы похожи на нашу природу – где-то как тропики, где-то как крайний север… Для этого надо прожить целую жизнь. А Серж Саргсян один из творцов нашей победы. Сегодня всякий выскочка произносит имя Нжде, но в те времена, когда действовал Нжде, было немало тех, кто считал его врагом. Мы забываем, что как и спасение Горной Армении, судьбоносным для нашего народа было и спасение Арцаха. Война еще не закончилась. Я хотела бы, чтобы наша интеллигенция на данном отрезке времени взглянула на события и оценивала их в этом контексте. И наконец, разве не странно, что мы постоянно говорим о демократии, но всегда были больше монархистами, все требуем от одного человека – президента страны. Так не бывает. Есть системные вопросы, ответ на который должны дать сами участники системы. Мы ведем себя так, словно являемся по меньшей мере такой страной, как Бельгия, в то время как Страна Армения – вот она, воюющая страна. Страна, против которой продолжается необъявленная война. А мы, как говорил Микоян, «между каплями», хотим, чтобы посреди дождевых капель наша маленькая страна вдруг не оказалась под ударом. Все, чего нам хочется, требуем у одного человека – президента страны.

– В прошедшие дни, различные СМИ, затрагивая тему вашего выбора, попытались увидеть серьезные противоречия в отношениях между АРФД и Алвард Петросян, доходя в своих рассуждениях вплоть до вашего исключения из партии.

– Вы знаете, сегодня проще всего любезно улыбаться, самое простое – говорить об уже утомляющей демократии, а форма, в которой она предоставляется нам сегодня, такая же жалкая, как и советский социализм. Рассуждают о демократии, а ведут себя как диктаторы, не позволяя другим иметь свое мнение. У меня есть свое мнение, я проголосовала за Сержа Саргсяна, и некоторые люди очень удивляются, почему меня не исключили из АРФД? Чувство свободы, способность иметь свое собственное мнение – этим формируется гражданское общество. Мы гордимся тем, что молодые люди имеют свое мнение, а я, что, не имею права на собственное мнение?

– Интересно, а наше отечественное Национальное собрание и правительство своей проводимой политикой совершенно не имеют отношения к созданию удушливой атмосферы? Кстати, президент отвечая на вопрос главного редактора газеты «Аравот» А.Абрамяна о присутствии в НС олигархов, попытался где-то оправдать вхождение в парламент представителей отечественной олигархии. В этом контексте была затронута и пропорционально-мажоритарная избирательная система…

– Не в каждом вопросе, связанным с Национальным собранием, я согласна с президентом. Я считаю, что в НС должны проходить носители идеологии и должна быть сформирована 100-процентная пропорциональная избирательная система. Следует отметить, что при мажоритарной системе любой человек имеет право баллотироваться, в том числе и олигарх. Высокое не создается рабами и раболепствующими, а такие есть в парламенте Армении. А значит, нам предстоит еще пройти долгий путь, пока у нас появится действительно гражданское общество. А для бизнесменов пусть борются за то, чтобы была хорошая атмосфера, чтобы предпринимательство не было полно опасностей. Парламент – это совершенно другая сфера. И среди журналистов есть плохие и безграмотные, но нанесенный ими вред гораздо меньше, чем от плохих и неграмотных депутатов – у них есть права. Они разрабатывают политику и законы, они не имеют права обманывать людей. Я 15 лет была депутатом, и ко мне приходили люди, которые совершенно не знали своего депутата, прошедшего по мажоритарной системе. Они обращались ко мне по таким вопросам, решение которых требовало трех минут. Не было такого главы муниципалитета, чья секретарша не знала бы моего голоса. А их депутаты, как говорил Серо Ханзадян, «вальяжно» проходили в парламент, сохраняя важное молчание. Год за годом. Мне не нравилось выступать с трибуны, но по крайней мере 2-3 раза в месяц я высказывала свое мнение. Конечно, сегодня в парламенте произошло много изменений, я рада, что он молодеет, но я не хочу, чтобы он молодел по-комсомольски. Я не хочу, чтобы председатели студенческих советов ходили на теледебаты в галстуках, а напротив них собирались в джинсах. Эти эпизоды порождают грустные воспоминания. Говоря это, я вовсе не отрицаю, что при прежней системе было столько достойных людей…

Добавить комментарий

Plain text

  • HTML-теги не обрабатываются и показываются как обычный текст
  • Адреса страниц и электронной почты автоматически преобразуются в ссылки.
  • Строки и параграфы переносятся автоматически.