Тайна одного дня республик Закавказья

24 мая, 2018 - 20:01

Через несколько дней республики Закавказья — Азербайджан, Армения и Грузия — отметят 100-летие со дня провозглашения своего суверенитета. Интерес к этой дате вырос после распада СССР, когда в регионе три новых государства стали создавать свою историю. Она искажается, что-то — выпячивается, что-то откровенно замалчивается, что-то и откровенно идеализируется. Но сегодня мы расскажем о тайнах только одного дня — 26 мая 1918 года, когда в Тифлисе было объявлено о распаде Закавказского сейма.

Напомним, что он был создан после разгона большевиками в январе 1918 года Учредительного собрания. Первоначально его инициаторы позиционировали себя как орган Временного правительства (Закавказский комиссариат), затем из числа избранных от Закавказья в Учредительное собрание депутатов и был образован сейм. Этот день в Тифлисе выдался солнечным. Воздух был насыщен цветочными весенними ароматами. На самой широкой улице, Головинском проспекте, где раньше располагался дворец наместника на Кавказе, а ныне работал Закавказский сейм, где располагалось немало европейских магазинов, было оживленно. Однако, как описывают очевидцы, наблюдалась необычная активность конных экипажей, в которых горожане могли увидеть некоторых лидеров армянского, грузинского и азербайджанского национальных советов. Было тревожно, наступали турки, в город ринулись многочисленные беженцы из Западной Армении, опасающиеся за свою жизнь. Впрочем, опасаясь возможного взятия Тифлиса турецкими войсками, они продолжали свой путь на север в сторону Владикавказа.

Терско-Дагестанское правительство в результате массового наплыва беженцев закрыло перед ними границу. Ходило множество слухов. Согласно одному из них, вот-вот Закавказская федеративная республика распадется — и никто не знает, что будет дальше. И действительно, 14 мая 1918 года исполнительный комитет грузинского национального совета принял решение провозгласить независимость Грузии, издав соответствующий акт. Когда об этом стало известно лидерам армянского и азербайджанского национальных советов, то и они приступили к интенсивным консультациям по выработке плана дальнейших действий. Было известно, что грузинские меньшевики обращались к большевистскому правительству России с просьбой оказать помощь в борьбе с войсками «турецкого султана». Москва дала свое согласие. 26 апреля 1918 года партийный орган российских меньшевиков, газета «Новая жизнь», опубликовала сообщение Петроградского бюро ЦК РСДРП:

«Большевики из Терской области и из Владикавказа решили двинуть войска в Тифлис».

На этом направлении грузинских меньшевиков поддерживали почти все представители армянского национального совета и даже часть мусульманского совета, особенно фракция «Гуммет». А вот лидер азербайджанской партии «Мусават» Расулзаде заявлял, что «его партия будет бороться с оружием в руках с какой бы то ни было возвращающейся назад в Закавказье Россией». Но большевикам не удалось пробиться в Тифлис из Владикавказа, как и войскам Бакинской коммуны, предпринявшей специальный поход. В то же время появился иной сценарий. В феврале 1918 года Османская империя начала военные действия в направлении Закавказья. Были захвачены Эрзинджан, Гюмушане, Байбурт, Трапезунд, Ардаган, Эрзерум. Турецким войскам удалось выйти на линию русско-турецкой границы 1914 года. 3 марта 1918 года правительство Ленина в Брест-Литовске подписало мирный договор с Германией и отказалось от претензий на Карс, Ардаган, Батум. Граница между Советской Россией и Турцией определялась «по состоянию на 1877 год». По факту Закавказский сейм не был приглашен для участия в этих переговорах. По другим документам, представители сейма сами отказались от участия в этих переговорах. И вот что этому предшествовало.

1 марта 1918 года было заявлено об открытии Трапезундской конференции. Но закавказской делегации пришлось ожидать подписания Россией Брестского мира. Затягивание начала переговоров было необходимо Турции, так как единственный для нее серьезный оппонент в регионе — Россия — возвращала ей ранее утраченные турками земли. Теперь при переговорах с закавказской делегацией у турецкой стороны в руках был серьезный козырь. Во время конференции представители Закавказской республики готовы были уступить Османской империи только Карс и Ардаган. Тогда 6 апреля турецкое руководство предъявило категорическое требование признать пункты Брестского договора в отношении этих городов и Батума. Это означало, что именно советская Россия определяет юрисдикцию Закавказского сейма и включает Закавказье в правовые рамки Брестского договора. 14 апреля 1918 года Закавказский сейм отозвал делегацию из Трапезунда, а 22 апреля принял решение официально провозгласить независимость региона от РСФСР.

Закавказское правительство под руководством Акакия Чхенкели обратилось к турецкому командованию с предложением прекратить с 23 апреля военные действия и приступить к переговорам о заключении перемирия. 27 апреля 1918 года в Константинополе Османская империя и Германия заключили секретный договор о разделе сфер влияния в Закавказье. Турции отходили уже занятые ею области Закавказья и часть Армении вдоль железнодорожной линии Карс — Александрополь — Караклис. В остальной части Закавказья, включая районы Азербайджана, преобладающими должны были считаться интересы Германии. 14 мая 1918 года во время Батумских переговоров, грузинский национальный совет просил у германского правительства покровительства. В решении совета говорилось:

«Грузинский национальный совет выражает желание и просьбу, чтобы Германия, насколько возможно, всемерно поддержала Грузию в международных и политико-правовых вопросах. Просить генерала Лоссова оставить в Грузии, пока возможно, находящихся здесь германских пленных и поручить германским офицерам их военную организацию с тем, чтобы грузинское правительство имело возможность в необходимых случаях использовать эти войска для установления порядка внутри страны и для борьбы с анархией».

В то же время грузинские меньшевики, вступая в альянс с Германией, которая состояла в союзничестве с московскими большевиками по Брестскому договору, объективно становились союзниками или партнерами как Германии, так и большевиков в Закавказье. Именно в этом была суть сложившейся ситуации. Есть все основания предполагать, что московские большевики и представители командования Германии оговаривали статус Грузии. 5 июля 1918 года Сталин в телеграмме Чичерину писал: «В крайнем случае можно признать независимость Грузии, лишь бы Германия признала официально вопрос о Кубани, Армении и Азербайджане вопросом, внутренним для России, на этом надо настаивать решительно и бесповоротно». Таким образом, можно сделать следующий вывод.

Из трех главных фракций Закавказского сейма самыми подготовленными к провозглашению своей национальной государственности оказались грузинские меньшевики.

25 мая германские войска высадились в Грузии. 26 мая 1918 года Закавказский сейм объявил о самороспуске. В тот же день на заседании азербайджанской фракции была принята резолюцию, в которой говорилось, что если «Грузия объявит свою независимость, то с нашей стороны должно последовать объявление независимости Азербайджана». У армянского национального совета тоже не существовало иного выбора, как последовать за грузинами. 27 мая 1918 года распространилась сенсационная новость, что на переговорах с главой армянской делегации Xатисовым и лидером «Дашнакцутюн» Качазнуни командующий турецкой армией Xалил-бей объявил о признании армянского государства.

Станислав Тарасов

Ваша оценка материала: 
Голосов еще нет

Добавить комментарий

Plain text

  • HTML-теги не обрабатываются и показываются как обычный текст
  • Адреса страниц и электронной почты автоматически преобразуются в ссылки.
  • Строки и параграфы переносятся автоматически.