Вариант «Анкара». В 1942-м нападение Турции на СССР считалось почти неизбежным

19 июля, 2018 - 14:16

В конце июня – начале июля по российским телеканалам вновь демонстрировался советский сериал «Вариант «Омега» (1975), снискавший у зрителей заслуженную и потому бессрочную популярность. В нем увлекательно рассказывается о срыве советской разведкой вступления Японии в войну с СССР. На самом деле такие планы были у Турции официально нейтральной. Но о них пока нет ни одного отечественного документального или художественного фильма…

Геополитическая конъюнктура середины 70-х годов вынудила заменить Турцию в «Варианте «Омега».

С 1942 года ситуация на азиатских фронтах абсолютно исключала войну Японии с СССР. Токио заверял Москву в незыблемости Пакта о нейтралитете (от 13 апреля 1941-го). Притом на Северном Сахалине по август 1944 года включительно действовали японские концессии по добыче нефти, угля, лесозаготовкам и рыбному промыслу.

Как отмечает германский историк Бертольд Зеевальд в «Ди Вельт» (Берлин) от 14 октября 2014 года, «факторы, объединявшие Германию, Италию и Японию, были недостаточны, чтобы привести к общему знаменателю их совершенно разные стратегические цели». Уже к началу 40-х «выявилась неспособность Японии вести войну сразу против СССР и армии Чан Кайши, что учитывалось японским Генштабом. Его цели были четко ограничены Китаем и Юго-Восточной Азией. Поэтому Япония в апреле 1941 года заключила с СССР Пакт о нейтралитете. О том, что она будет соблюдать его и в случае нападения Гитлера на СССР, говорилось, в частности, в донесениях советского агента Р. Зорге из Токио».

    “ В середине 1942-го никто не мог поручиться, что Турция не выступит на стороне Германии ”

И еще 13 марта 1942 года, то есть задолго до Сталинградского сражения, властями Японии «было решено отказаться от дальнейших наступательных действий, чтобы выстоять в изнурительной войне против США, Великобритании и Китая. Потому и сохранялся пакт с СССР». А «вскоре после поражения от американского ВМФ у острова Мидуэй в июне 1942 года, когда Япония потеряла четыре крупных авианосца, ее командование отказалось от стратегического альянса с Германией, на который в Берлине возлагали большие надежды».

В 1942–1943 годах военные планы Токио предусматривали также блокаду Австралии с севера, потому шли ожесточенные бои и на этом фронте. Также показательно то, что в объеме поставок в СССР по ленд-лизу доля «коридора» к портам Хабаровского и Приморского краев, проходившего через акватории Страны восходящего солнца (Японское море, южный и центральный секторы Охотского), стабильно превышала 30 процентов.

Другое дело Турция…

За три дня до гитлеровской агрессии против СССР был подписан турецко-германский пакт о дружбе и ненападении. Некоторые эксперты утверждают (вероятно, имея на то основания), что к нему прилагался секретный план раздела Крыма, Волжско-Уральского региона и Кавказа между Германией, Италией и Турцией. Потому неудивительно, что уже 23 августа 1941-го советским командованием был создан Закавказский фронт.

А одной из причин поражения Керченско-Феодосийской группировки советских войск, которую в конце 1941 года высадили для освобождения Крыма, стали прогерманские действия ВВС и ВМС Турции в прилегающем к полуострову пограничном секторе. Германское посольство в Анкаре имело все основания в конце мая 1942-го сообщить в Берлин: «Возросшие опасения Сталина по поводу Турции сыграли свою роль в том, что Москва не смогла спасти свою восточнокрымскую армию и провести новые десанты в Крыму».

Советские войска в конце 1942 года не позволили фашистам прорваться к Каспию и в Закавказье. Затем – «осечки» вермахта под Сталинградом и Курском. Потому в Турции решили не рисковать. А она планировала вступить в войну еще осенью 1941-го, то есть вскоре после взятия фашистами Ростова-на-Дону, но в случае их дальнейшего продвижения на Кавказ и к Каспию. Сорвала эти планы первая крупномасштабная наступательная операция советских войск по освобождению Ростова и Ростовского Приазовья (на рубеже ноября-декабря 1941-го). В то же время с октября 1941 года в Турции разрешили легальную деятельность пантюркистских организаций (наиболее крупные – «Бозкурт» и «Чинаралтыу»), призывавших к войне с СССР.

В конце августа 1942-го министр иностранных дел Назым Менеменджоглу заявил послу (экс-канцлеру) Германии в Анкаре фон Папену: «Турция прежде и теперь самым решительным образом заинтересована в возможно более полном поражении России». А турецкий премьер Шюкрю Сараджоглу месяцем раньше говорил тому же послу более откровенно: «Уничтожение России явится подвигом фюрера… Оно также извечная мечта турецкого народа. Русская проблема может быть решена Германией, если будет уничтожена по меньшей мере половина всех живущих в России русских».

Весной 1942 года из эмигрантов и военнопленных – выходцев с Северного Кавказа Берлин и Анкара создали Комитет Чечено-Горской национал-социалистической партии. А в 1942–1944-м по всему Кавказу действовал германско-турецкий диверсионный батальон «Бергман», с ним сотрудничала среднеазиатская и крымско-татарская агентура обеих разведок. Вдобавок турки в нарушение статуса проливов позволяли проходить в Германию и Италию танкерам с румынской нефтью. Берлин в свою очередь подталкивал Анкару к войне, обещая (в статусе совместных протекторатов) Крым, Аджарию, Азербайджан, контроль над Средней Азией. Северный Кавказ планировалось объявить Горско-Чеченской федерацией под совместным присмотром.

В мемуарах «Битва за Кавказ» (М., 1973) Андрея Гречко, министра обороны СССР в 1967–1976 годах, читаем: «Летом 1942 года турецкий Генштаб считал вступление в войну с СССР почти неизбежным». Начальник Оперативного управления Генштаба Сергей Штеменко в воспоминаниях («Генштаб в годы войны», М., 1972) еще более конкретен: «В середине 1942 года никто не мог поручиться, что Турция не выступит на стороне Германии. На границе с советским Закавказьем сосредоточились тогда 26 турецких дивизий. Если турецкое наступление пойдет через Иран на Баку, принимались меры и на ирано-турецкой границе». Наряду со всеми этими событиями и провокациями Анкара с осени 1941-го «поясняла» через свои СМИ, что «граница страны – далеко за горами Кавказа и Каспийским морем», а «Волга – это река, где наши предки веками поили своих коней».

В октябре 1941 года по приглашению командования вермахта на Восточном фронте побывала турецкая делегация во главе с начальником национальной военной академии генералом Али Фаудом Эрденом. Приехала с подарками германским частям. И агитировала пленных тюркского происхождения за вступление в формируемые Берлином Туркестанский легион, волжско-татарский «Идель-Урал» и тому подобные части.

А с осени 1942 года Турция стала поставлять рейху стратегические феррохром, кобальт, ванадий, висмут, свинец. В ответ Берлин весной 1943-го предоставил Анкаре беспроцентный кредит – 100 миллионов рейхсмарок на закупку германских вооружений и военных материалов. В июне того же года турецкая военная миссия опять побывала на Восточном фронте – вблизи Курской дуги.

Полковник Николай Ляхтеров, резидент советской разведки в Турции, 19 января 1942-го докладывал в Москву: «Немцы в Анкаре через завербованных выходцев с Кавказа передали в приграничный с СССР город Карс большую партию взрывчатки для диверсий на пути грузов союзников в СССР через Иран». В феврале 1942 года Ляхтеров сообщал, что Берлин активизирует через Анкару мероприятия для дальнейшего обострения советско-турецких отношений.

Кроме того, с участием турецкого МИДа в 1942–1944 годах проводились консультации о сепаратном мире между Великобританией и Германией.

Крупнейший металлургической комбинат в Искендеруне (на юго-востоке Турции) был создан с помощью СССР именно в 70-х, когда снимался остросюжетный телефильм. Тогда же началась разработка проекта трансчерноморского газопровода «Голубой поток», быстро увеличивалась взаимная торговля. Москва сомневалась в стабильности шахского режима в Иране, потому форсировала сотрудничество с Анкарой.

Япония же «зачастила» с территориальными претензиями. Так, начавшиеся в середине 70-х переговоры о проекте газопровода Якутия – Сахалин – Хоккайдо в Токио увязывали с решением южнокурильского вопроса.

Словом, политическая конъюнктура бывает важнее реальных исторических сюжетов для кинематографа…

Ваша оценка материала: 
Голосов еще нет

Добавить комментарий

Plain text

  • HTML-теги не обрабатываются и показываются как обычный текст
  • Адреса страниц и электронной почты автоматически преобразуются в ссылки.
  • Строки и параграфы переносятся автоматически.