Юрий Веселовский: «Узнать Армению, восток…»

19 июля, 2018 - 22:13

«Вот уже более 30-ти лет продолжается моя близость к армянскому миру, начавшаяся на школьной скамье…» — писал в 1917 году в журнале «Армянский вестник» поэт и литературовед Юрий Веселовский, ставший одним из первых популяризаторов армянской литературы в России. Близость или, скорее, родство поэта с Арменией, кажется, было предопределено еще его отцом Алексеем Веселовским.

Семья Веселовских была неразрывно связана с Лазаревским институтом восточных языков. В 1881 году здесь стал преподавать молодой ученый Алексей Николаевич Веселовский (1843­–1918). «С начала педагогической деятельности в качестве профессора экстраординарной кафедры русской словесности в Специальных классах института он проявил себя одним из самых эрудированных педагогов», — отмечает москвовед Арутюн Амирханян в «Тайнах Дома Лазаревых». Алексей Веселовский, человек чуткий и внимательный, старался найти к каждому своему ученику особый подход. Его уважали педагоги и студенты. В 1906 году Академия наук избрала Алексея Николаевича почетным академиком по разряду изящной словесности.

Сына Юрия Алексей Веселовский отдал в гимназические классы Лазаревского института в 1886 году. С помощью своих одноклассников Юрий «начал учить и выучил армянскую азбуку, а затем научился довольно свободно читать и удовлетворительно писать по-армянски». Армянский язык ему также помогает совершенствовать учитель Шахбазов.

Окончив седьмой класс, Юрий Веселовский едет с родителями в Италию. Там они посещают конгрегацию венецианских мхитаристов. В своем дневнике юноша делает запись: «…я все осматривал и купил 3 книжки по армянской истории». Позже семья Веселовских посетит конгрегацию мхитаристов в Вене.

По окончании лазаревской гимназии — кстати, с золотой медалью — Юрий Веселовский поступает на историко-филологический факультет Московского университета.

В 1893 году Юрий Веселовский и его одноклассник-лазаревец Минас Берберян издают первый том сборника «Армянские беллетристы». В него были включены произведения таких писателей, как Хачатур Абовян, Раффи, Перч Прошьян, Рафаэл Патканян, Акоп Паронян, Церенц, Газарос Агаян. Надо сказать, что эти писатели ранее были практически неизвестны русскому читателю. В предисловии к сборнику составители отметили: «Настоящий сборник имеет целью способствовать ознакомлению русской публики с армянскою беллетристикою и, через ее посредство, с армянской жизнью».

Вскоре Веселовский и Берберян подготовили второй том «Армянских беллетристов», куда на этот раз вошли произведения Габриэла Сундукяна, Нар-Доса, Александра Ширванзаде, Лео, Мурацана. Но он, уже напечатанный, был конфискован, а затем, за малым исключением, уничтожен: не прошел цензуру…

Юрий Веселовский все же продолжает знакомить русских читателей с армянской литературой. В известном «Энциклопедическом словаре Брокгауза и Ефрона» за его авторством появляются статьи «Р. Патканян», «Прошьян», «Раффи», «Акоп Пароньян», «Назарьянц», «Налбандян», «Мхитар и мхитаристы», «Хримлян». В 1900 году он пишет «Литературные очерки», среди которых — «Байрон на острове святого Лазаря» и «Грибоедов и армяне». Веселовский — автор первой русской монографии об армянском поэте Смбате Шах-Азизе (1902), также выпускнике Лазаревского института.

Исследователь Веселовский не только обращался к литературному творчеству других, но и сам пробовал себя на этом поприще. В рукописном журнале «Горц» («Дело»), выходившем в Лазаревском институте, появляются его первые стихотворения, посвященные Армении.

  Узнать Армению, восток…

  К армянам

Я не родился там, где вы могли родиться,

Востока жаркий луч меня не согревал.

Нет! В северной стране я должен был томиться,

Но я далёкий край любить не перестал.

Он вдохновлял меня; меж трудностей науки

Он для меня светил отрадною звездой,

Я видел новый свет, другие слышал звуки,

И я стремился вдаль восторженной душой.

Аракса древнего шумящее теченье,

Под шапкой белою великий Арарат,

Развалины дворцов и замков разрушенье

Мечтанья разные невольно возбудят.

И вспомнил я тогда про древние сказанья,

Победы Гайка я, Арама воспевал,

Тиграна славного великие деянья

Я с уважением и страхом вспоминал.

Я пел о мужестве великого Вардана,

О славных с персами сражениях я пел;

Про горестный конец и гибель Гайастана {*}

{* Гайастан — Армения (арм.).}

Народу своему поведать я хотел.

А вы, рождённые под ярким солнца светом,

Узнайте, что в глуши, средь северных лесов,

Я не могу никак быть северным поэтом, —

Восточную страну я воспевать готов.

Я вам сочувствую, о дети Гайастана,

Одно заветное мечтание храня:

Быть может, день придёт: средь мрачного тумана

Взойдёт на небосклон Армении заря.

1887

  из Шах-Азиза

  Моя участь

Обличить желая зло, пишу я

Про дела порочные людей.

О любви, всю лживость их бичуя,

Говорю им в песне я своей!

Предо мной тернистая дорога,

Целый ад поднялся на меня…

Злых врагов кругом я вижу много,

А друзей не встретил в жизни я!

Но вперёд я смело выступаю,

Я стоять за истину готов!

И открыто я благословляю

В песне Бога — и своих врагов!

  из Ованнисьяна {*}

  {* Ованнисьян — Иоаннес Иоаннисьян (1864–1929)}

Когда порой, ища успокоенья,

От всех тревог хотел я отдохнуть, —

Меня манили прежние виденья,

И вновь мечты смущали тайно грудь…

Да, в жизни мне забвенья не дождаться,

И вечно чужд мне сладостный покой!

Так тяжело с надеждами расстаться

Навек душе, измученной тоской!

Я не молю о доле невозможной, —

О чистом сердце буду я молить,

Что любит нежно и душе тревожной

Весну любви готово подарить!

Ваша оценка материала: 
Average: 5 (1 vote)

Добавить комментарий

Plain text

  • HTML-теги не обрабатываются и показываются как обычный текст
  • Адреса страниц и электронной почты автоматически преобразуются в ссылки.
  • Строки и параграфы переносятся автоматически.