ХРОНИКА ПЕРВОЙ МИРОВОЙ: АРМЕНИЯ. ЛЕТО 1916 - ЧАСТЬ I

20 июля, 2018 - 18:50

Часть 1

Мы продолжаем публикацию глав из монументальной работы известного русского историка и публициста Валерия Евгеньевича Шамабарова «За Веру, Царя и Отечество», - глубокого и широкого исследования причин,  хода и событий Первой Мировой войны. Эта работа уникальна тем, что впервые в советско-российской историографии в исследовании русского историка, посвящённого этой теме, широко освещены ранее замалчивавшиеся советской «историей» события в Малой Азии, на Кавказе и Ближнем Востоке периода Первой Мировой войны, в том числе Геноцид армян и шире, так называемый «Армянский вопрос».

Валерий Шамбаров. «За Веру, Царя и Отечество!», Москва, Алгоритм, 2003, глава 59



ЭРЗИНДЖАН И ОГНОТ

С Богом, кубанцы, не робея,

Смело в бой пойдем, друзья,

Бейте-режьте, не жалея,

Басурманина-врага...

Песня 1-го Кавказского

казачьего полка

Летом 1916 г. Турция сделала отчаянную попытку взять реванш за понесенные поражения. Мобилизовала все ресурсы, усилили помощь и немцы. Согласно сводке русского Генштаба от 8.6, турками было получено и отправлено на фронт Кавказ 23 паровоза, 900 вагонов, 15 тыс. винтовок "маузер", 144 орудия (половина тяжелых), 34 обычных пулемета и 6 зенитных, 96 автомобилей, в том числе и броневики, 120 тыс. трофейных русских винтовок. Ехали новые инструкторы - число германских офицеров и генералов в Турции достигло 800, слали и унтеров, солдат-специалистов. Кавказская армия Юденича состояла к лету из 4 корпусов - на Черноморском побережье 5-й Кавказский, южнее 2-й Туркестанский, в районе Эрзерума 1-й Кавказский, а левый фланг от Киги до границы с Ираном прикрывал 4-й Кавказский. В Персии действовал отдельный 1-й Кавказский кавалерийский корпус Баратова. В составе фронта насчитывалось 183 батальона, 55 ополченских дружин, 175 кавалерийских сотен, 28 инженерных и 6 автомобильных рот - всего 240 тыс. штыков и сабель, 470 орудий и 657 пулеметов. Однако турецкое командование кроме разбитой 3-й армии перебрасывало на Кавказ с Дарданелл 2-ю армия Иззет-паши, 12 свежих дивизий. И набиралось 282 батальона. Боеспособность усиливалась и обилием технических средств - броневиками, пушками, пулеметами, даже химическим оружием. Германские советники Энвера исходили из прошлогодних представлений о нехватке у русских артиллерии и боеприпасов, и были уверены, что предпринятые меры гарантируют успех - тем более что разбросанность соединений и бездорожье помешают Юденичу манипулировать резервами.

Правда, при подготовке удара наложились и серьезные помехи Трапезунд-то был у русских. И для переброски 2-й армии оставалась только Анатолийская железная дорога на юге Малой Азии. Отсюда возник и план операции - корпуса 3-й сдвигались севернее, а части 2-й, довезенные до Алеппо, выдвигались пешим порядком в район Харпута и Диарбекира. И по русским флангам наносились с северо-запада и юго-запада концентрические удары, обходящие с двух сторон Эрзерум и сходящиеся у Кеприкея. После окружения и разгрома главных сил Юденича предполагалось все то же вторжение в Закавказье. Но перемещение массы войск по единственной магистрали, а потом "на своих двоих" было задачей непростой и ох какой не быстрой. (Скажем, подкрепления в Месопотамию, отправленные таким способом в феврале - марте, добрались до Багдада лишь в конце мая). А завершить переброску и развертывание 2-й армии получалось лишь где-то в июле. И до этого времени, чтобы перехватить у русских инициативу и не дать им провести перегруппировку на юг, 3-й армии предписывалось провести частную операцию вернуть Трапезунд. Содействовать ей должен был турецко-германский флот, пресекая русские перевозки на Черном море.

Еще одна операция вызрела на восточном фланге фронта. Здесь после капитуляции англичан освободилась 6-я турецкая армия - и насчет ее использования мнения разделились. Немецкие советники полагали, что надо всеми силами наступать на юг к Персидскому заливу (где Германия, выкинув англичан, смогла бы наложить лапу на нефтяные месторождения). Но командующий армии, которым стал Халил-бей, решил иначе - осуществить прорыв в Персию. Взять Тегеран, втянув таким образом страну в союз с Турцией, и двигать на Закавказье. Таким образом, и 6-я армия повернула против русских. Для поддержки наступления персидский маршал Низам-эс-Салтан обещал сформировать иранские войска. Была направлена и германская миссия в Афганистан, чтобы склонить эмира совершить нападение на Индию. А 4-я турецкая армия Джемаль-паши, расквартированная в Сирии и Палестине и также пополненная, готовилась к повторному наступлению на Суэц. Такой разброс во все стороны, в общем-то, попахивал авантюрой. Но немцев он устраивал, поскольку Суэц для англичан был весьма болезненной точкой, и хотя бы попытка удара давала надежду отвлечь их соединения с Западного фронта. А сами турки после Дарданелл и Кут-эль-Амары считали британцев слабым и изнеженным противником - ну а раз так, то чего бы не побить их еще раз?

И боевые действия стали разворачиваться одновременно в разных регионах. Баратов после отхода из Ирака 3 месяца сдерживал противника оборонительными боями, закрепившись между Керманшахом и Хамаданом. Впрочем, и выдвинутый против него турецкий корпус ожидал главных сил и вперед не лез, окопавшись и опутав позиции проволочными заграждениями. В этих схватках опять отличился вахмистр Буденный - его с четырьмя драгунами послали взять языка, а он, пробравшись через колючую проволоку во вражеские окопы, захватил и притащил к своим целый полевой караул из 7 человек. За что получил Георгия I степени и стал кавалером полного банта из 4 крестов и 4 медалей (но в прапорщики не произвели - образования не хватало).

Очень напряженная ситуация сложилась на Черном море. Оно являлось для России важнейшей транспортной коммуникацией. Морем шло снабжение Одесского промышленного района углем из Мариуполя, Юго-Западного фронта продовольствием и конями из южных районов, оружием и боеприпасами с приазовских заводов, пошло и снабжение Кавказской армии через Трапезунд. Черноморский флот в это время значительно усилился, в его составе были уже 2 дредноута, "Императрица Мария" и "Екатерина Великая",- по 23 тыс. тонн водоизмещения, имеющие 1200 чел. экипажа, 12-дюймовые орудия. В строю были и 5 старых броненосцев, 2 крейсера, 5 новейших эсминцев и 20 старых, 10 подводных лодок (из них 6 новой конструкции). И кое-какие успехи они имели. Субмарина "Тюлень" одерживала победы почти в каждом походе, потопила угольный транспорт у Зунгулдака, у Босфора пустила на дно вражеский пароход "Дубровник" и 3 шхуны, а одну захватила и привела в Севастополь. Подлодка "Морж" тоже захватила бриг с грузом керосина. Но вот с задачей охраны собственных коммуникаций флот справляться перестал. Адм. Эбергард действовал по шаблону, прежними методами. И немцы постепенно приспособились к ним, стали менять тактику. Мины тралить они научились - а возобновлять постановки на местах, где уже ставились заграждения, Эбергард опасался, чтобы не подорвались свои корабли. Кроме того, теперь уже и противник начал активную минную и подводную войну. Прикрывал заграждениями свои порты, ставил их в российских водах. А после вступления в войну Болгарии немцы оборудовали базу для своих субмарин в Евксинограде, недалеко от Варны, и вовсю разгулялись по морю.

Противолодочную и противоминную оборону командующий и его штаб поставить на должном уровне не смогли. У собственных берегов маневренная группа шла по только что протраленному фарватеру - и вдруг раздался взрыв, миноносец "Живучий" переломился и скрылся под водой за несколько секунд. Потом выяснилось, что за тральщиком успела проскользнуть немецкая подлодка и поставить мины. Причем крейсер "Кагул", шедший за "Живучим" уцелел лишь чудом. Капитан то ли интуитивно, то ли случайно совершил поворот, обходя место взрыва слева, а не справа, как было положено в таких ситуациях. Иначе тоже налетел бы на мину. А когда весной "Императрица Мария" пошла в поход к болгарским берегам, недалеко от устья Дуная подорвался на мине и затонул миноносец "Лейтенант Пущин".

Но особенно доставалось транспортным судам. К лету был отремонтирован "Гебен" и вместе с "Бреслау" и подлодками принялся совершать набеги на русские сообщения. Боя они не принимали. Встретившись однажды с "Императрицей Марией", "Гебен" после первого же обмена залпами ушел, пользуясь преимуществом в скорости. Однако такие встречи были скорее исключением, чем правилом. Опасаясь вражеских субмарин, главные силы Черноморского флота сидели теперь в Севастополе, прикрывшись заградительными сетями и минными полями. И хотя разведка у Эбергарда была поставлена отлично, он всегда получал предупреждения о выходе вражеских кораблей из Босфора, но не успевал перехватить их. Быстроходные крейсера нападали на транспорты, топили их и скрывались, прежде чем появлялись русские линкоры. К середине 1916 г. были пущены на дно 19 пароходов транспортной флотилии - она оказалась под угрозой полного уничтожения.

Снабжение Кавказской армии нарушалось. А 22.6 перешла в наступление 3-я турецкая армия, которую возглавил Вехиб-паша. Кроме потрепанных 9-го, 10-го и 11-го корпусов, ей было придано два свежих - 5-й и 3-й. И она нанесла удар в стык 5-го Кавказского и 2-го Туркестанского корпусов у Байбурта. Вспомогательный удар наносился южнее, по шоссе Эрзинджан Эрзерум. Здесь русских потеснили, заставив отступить из Мамахатуна. А у Байбурта фланговые части двух корпусов были отброшены в разные стороны, и фронт прорван. Турки перерезали дорогу, соединяющую Трапезунд с Эрзерумом и, соответственно, 5-й Кавказский с основными силами армии, и стали продвигаться в русские тылы. Основная группировка врага нацеливалась на приморский городок Офа, между Трапезундом и Ризе. Предполагалось выйти на побережье восточнее Трапезунда, окружить 5-й Кавказский, прижать к морю и разгромить или заставить эвакуироваться. Теснили корпус и с других направлений, но укрепления, построенные по приказу Юденича, сыграли свою роль, и атаки отражались. А у г. Офа создалась опасная ситуация - части 5-го турецкого корпуса значительно углубились в расположение русских и к 1.7 находились уже в 20 км от побережья.

Но углубляясь в прорыв и повернув с восточного направления на север, к морю, турки сами подставили Кавказской армии открытый фланг, и Юденич не преминул этим воспользоваться. По данным авиаразведки он знал, что у Байбурта, пройденного турками, они оставили для прикрытия мало войск, и приказал 2-му Туркестанскому корпусу 2.7 перейти в контрнаступление на этот город, а 1-му Кавказскому на Мамахатун. Закипели ожесточенные бои по всему фронту. На Мамахатун наступали 39-я дивизия Рябинкина, Донская и 4-я Кубанская пластунские бригады и 5-я Кавказская казачья дивизия. Встретив сильные позиции, где окопались 5 турецких полков, пехота несколько раз атаковала их, но взять никак не получалось.

И утром 7.7 1-й Таманский казачий полк произвел блестящую атаку в конном строю - по сложнейшей горной местности, усыпанной валунами, под шквальным огнем. Командир полка Колесников приказал развернуть одну сотню в линию и идти широким наметом, "не оглядываясь", привлекая на себя весь огонь, а за ней двинуть весь полк несколькими колоннами. План удался. Турки были уже надломлены натиском пехоты и артобстрелами. Как писал очевидец, "первые лучи солнца осветили все поле боя и сверкнули на шашках казаков, выхваченных из ножен". Конница понеслась неудержимой лавиной, опережая пехотные батальоны, тоже поднявшиеся в атаку. И враг не выдержал, побежал. Было взято в плен 70 офицеров, 1500 аскеров, 2 орудия, пулеметы, огромные обозы. И баллоны с газом, которые враг собирался применить но не успел установить и подготовить. Отступившие части противника укрепились в Мамахатуне и естественной крепости кратера Губах-даг. 11.7 после жестокого боя атаками 1-го Кавказского казачьего полка был захвачен Мамахатун, а к 14.7 154-й Дербентский, 153-й Бакинский и 155-й Кавказский полки ночной атакой овладели вершиной Губах-дага.

В это время севернее части 2-го Туркестанского корпуса также вели упорные атаки, тесня противника, и 16.7 заняли Байбурт. И турецкие планы сорвались - еще до того, как были достигнуты эти успехи, вражеское командование приостановило наступление на г. Офа, так и не взяв его, и, стремясь избежать второго Сарыкамыша, начало спешно отводить войска из намечающегося мешка. Но теперь уже и Юденич не собирался останавливаться до полного разгрома неприятеля. От Байбурта, развивая прорыв, русские части продвинулись на 25-30 км на запад и 20.7 захватили г. Гюмишхане, перехватив еще одну дорогу из Трапезунда на Эрзерум с ответвлением на Эрзинджан, угрожая этому городу с севера. 39-я дивизия 1-го Кавказского корпуса продолжала наступление на Эрзинджан с востока, со стороны Мамахатуна. А на Черноморском побережье перешел в контрнаступление и 5-й Кавказский корпус взял г. Вакси-Кебир и вышел в долину р. Кеклит-Ирмак к западу от Трапезунда.

А Юденич приказал трем бригадам - Сибирской, 4-й пластунской и 1-й из 5-й казачьей дивизии - оставить артиллерию, взять пулеметы на вьюки и идти по тылам противника без дорог, горными тропами. 21.7 Таманский и 1-й Кавказский полки столкнулись с отступающими частями турок в Лори Дараси Долине Роз. Атаковали, но были отброшены ливнем орудийного и пулеметного огня, понеся потери. Но и противник не задержался на сильных позициях и ближайшей же ночью снялся с них, откатываясь дальше. Своим продвижением по горам казачьи бригады угрожали флангам турок, заставляя их ускорять отход, а следом, по долинам, шли пехотные части, закрепляя достигнутые рубежи. 30.7, перевалив несколько хребтов, полки 5-й казачьей вышли в 20 км западнее Эрзинджана, перерезав шоссе на Сивас, а Сибирская бригада с пластунами и 39-я дивизия в этот же день с двух сторон вошли в город. Кстати, среди наступавших войск находился и великий князь Николай Николаевич. И сразу после взятия Эрзинджана принял парад на главной площади. Как вспоминал хорунжий Ф. Елисеев, "стоя в автомобиле, великий князь проехал фронт, здоровался с каждой частью в отдельности, а потом, остановив автомобиль в каре частей, благодарил их за доблесть, труды и понесенные жертвы. Слова, сказанные им в честь государя императора, были подхвачены восторженным "ура"..."

3-я турецкая армия опять была разгромлена наголову. Ее остатки в беспорядке отступали к Харпуту и Сивасу. Русские взяли 17 тыс. пленных. На Черноморском побережье вышли к г. Тиреболу в 70 км западнее Трапезунда, заняв удобный для обороны рубеж по р. Харшид-дараси. Продвинулись на 40 км юго-западнее Эрзинджана до селения Кемах (того самого, где год назад иттихадисты организовали место для массовой бойни армян). Была установлена связь с племенами дерсимских курдов, настроенными враждебно по отношению к туркам, и они, пользуясь материальной поддержкой русских и ослаблением турецких войск, начали готовить восстание.

Однако к этому времени наконец-то смогла завершить переброску 2-я турецкая армия. Ее ударная группировка, насчитывавшая 74 тыс. штыков, 98 орудий и 7 тыс. курдской конницы, сосредоточилась юго-западнее Эрзерума, остальные части у Диарбекира и Харпута. И 1.8 Иззет-паша перешел в наступление. У русских здесь оборонялся один лишь 4-й Кавказский корпус, растянутый на 400 км от г. Киги до Урмии, а его стык с 1-м Кавказским корпусом прикрывала конница - 2-я Кавказская казачья дивизия ген. Абациева и 2-я бригада казаков из 5-й Кавказской. На этом стыке турки и нанесли главный удар. Отбросив кавалерийские части, прорвали фронт у Киги и Огнота, нацеливаясь на Кеприкей. Навалились и на правофланговую группу 4-го Кавказского корпуса, заставив ее отойти за реку Чорборх-дараси, а остальные силы Де Витта под угрозой обхода и под натиском с фронта вспомогательной группировки противника, наступающей от Диарбекира, оставили Битлис и Муш, отступив севернее.

Почти параллельно турки начали и наступление в Иране против корпуса Баратова. Одновременно с ударом с фронта Халил-бей попытался произвести глубокий обход, направив сильный сводный отряд во главе с германскими офицерами севернее, на Биджар. От него требовалось перехватить дорогу Тавриз - Хамадан, прервав связь Баратова с флангом 4-го Кавказского корпуса, и выйти в тыл русских, обороняющихся между Керманшахом и Хамаданом. Но отряд этой задачи не выполнил. Он дошел только до Синнаха (Сенендедж) на полпути к Биджару, и наткнулся на выдвинутую сюда русскую кавалерию. Для обеих сторон встреча стала неожиданной, и после короткого боя разошлись в разные стороны. Русских здесь было немного, и они не атаковали. Но и германо-турецкий отряд почувствовал себя неуютно, не зная сил противника. Тоже не решился атаковать и отошел к главным силам в Керманшах. Дальнейшее наступление турок вылилось в упорные лобовые бои.

А на фронте Кавказской армии, к северу от Муша и Битлиса, шло ожесточенное сражение. К 11.8 на левом фланге соединения 4-го Кавказского корпуса смогли остановить продвижение турок и начали контратаками постепенно теснить их обратно. Но на направлении главного удара наступления турки продолжали углубляться, прорвались в долины р. Меграрет-Су и Аракса, вышли к г. Хнысу. Положение стало опасным - перед неприятелем оказались открыты пути с юга и на Эрзерум, где располагался штаб армии, тыловые склады и учреждения, и на Кеприкей, с угрозой перерезать дорогу в российское Закавказье. Но решающим образом сказалось предшествующее поражение противника и падение Эрзинджана. Вместо комбинированного удара на Кеприкей с севера и с юга наносился только один. 3-я армия помочь ему уже не могла. А Юденич получил возможность манипулировать имеющимися войсками, перебрасывая их с правого крыла на левое. Из армейского резерва он выдвинул на направление прорыва 5-ю Кавказскую стрелковую дивизию и другие части, создав ударную группу из двух отрядов - генерала Дубинского, у которого было 18 батальонов, и Николаева - из 10 батальонов, 8 ополченских дружин и 9 сотен конницы. Они подчинялись непосредственно командарму, и им предписывалось нанести контрудар во фланг наступающей турецкой группировке, в направлении на Огнот и Чолик. Для поддержки наступления привлекалась и 4-я Кавказская стрелковая дивизия Воробьева. Одновременно был отдан приказ об активизации действий 4-му Кавказскому корпусу.

Контрнаступление началось 24.8, но результатов не дало. У турок на этом участке все равно оставалось значительное превосходство - 82 батальона против 58 русских. Отряд Дубинского встретил упорное сопротивление, а потом противник, быстро произведя перегруппировку, обрушил на него вдвое превосходящий кулак, отбросил и сам перешел в атаки, захватывая новые рубежи. Николаеву с большим трудом удалось поддержать отступающие войска Дубинского и приостановить врага. Но на восточном фланге турецкого прорыва дело пошло более успешно. Здесь части Де Витта 24 - 25.8 штурмом овладели городом Муш и отбросили турок к хребту Куртин-даг, захватив много пленных. 27.8 отбили Битлис, разгромив оборонявшие его части и вбив клин в турецкий фронт - отчлененная фланговая группировка вынуждена была отступать не на запад, а на юг, к Мосулу. Что заставило турецкое командование метаться и перераспределять войска, снимая их с главного направления.

Валерий Шамбаров. «За Веру, Царя и Отечество!», Москва, Алгоритм, 2003, глава 59

(Продолжение следует)

Подготовил Роман Севанский

Добавить комментарий

Plain text

  • HTML-теги не обрабатываются и показываются как обычный текст
  • Адреса страниц и электронной почты автоматически преобразуются в ссылки.
  • Строки и параграфы переносятся автоматически.