Анастас Микоян. «От Ильича до Ильича – без инфаркта и паралича»

21 октября, 2018 - 11:47

Булат Султанбеков рассказывает о легендарном политическом долгожителе советской эпохи, ушедшем из жизни ровно 40 лет назад

С риском для жизни он заступался за политических изгоев, но вынужден был подписывать расстрельные списки. Его считали 27-м бакинским комиссаром, но история с ними покрылась мраком даже для Сталина. Он сумел договориться с басмачами, запустить в СССР производство «Советского шампанского» и американского мороженого и даже фастфуд раньше «Макдоналдса». По просьбе «БИЗНЕС Online» своим мнением об этом человеке с нашими читателями делится известный казанский историк Булат Султанбеков.

Микоян сумел договориться с басмачами, запустить в СССР производство «Советского шампанского» и американского мороженого, и даже фастфуд раньше «Макдоналдса»

«А Я МЕЖДУ СТРУЙКАМИ»

Была такая знаменитая присказка про него, ходившая в народе: «От Ильича до Ильича – без инфаркта и паралича». Анастас Иванович Микоян начал свою политическую и государственную деятельность при Ленине, завершил ее при Брежневе. Действительно непотопляемый… (В составе высших органов партии, советской власти и государства Микоян состоял 55 лет. 54 года подряд был членом ЦК и 40 лет работал в составе политбюро ЦК. «Ни один из руководителей КПСС и советского государства, кроме Ворошилова, не мог бы по стажу руководящей работы конкурировать с Микояном», – сообщает ИА «Амител» – прим. ред.) Как ему это удалось? На этот вопрос прежде всего, конечно, отвечает старая то ли православная, то ли еврейская, то ли какая еще, точно не знаю, но главное – мудрость, с которой трудно поспорить: «Все в руце Божией». Но для меня важно другое. Думаю, вряд ли Микояна можно обвинить в политическом приспособленчестве, на которое намекает присказка про Ильичей, а также более злорадного свойства анекдотец про него, дождь и зонтик (его дословно приводит в своей книге «О Сталине без истерик» писатель и публицист Феликс Медведев: «Хрущев подковыривает своего друга Анастаса: «А почему же ты без зонта, ведь идет дождь?» – «А я между струйками» – прим. ред.).

«При встрече я спросил Серго (Серго Анастасович Микоян (1929– 2010) – советский и российский историк и публицист, доктор исторических наук, младший сын Анастаса Микояна – прим. ред.), знал ли отец этот анекдот, а еще хлесткую поговорку о нем же про Ильичей и инфаркт с параличом, – читаем далее в книге Феликса Медведева. – Тот ответил: «Отец услышал однажды эти слова, посмеялся. Что же, он приспособился к ситуации, не противостоял ей, а как на его посту можно было противостоять? Немедленно бы уничтожили. И не одного его. Ведь Сталин, если расправлялся с наркомом, арестовывал, обвиняя в мифическом заговоре, сотни людей с женами и детьми. Отец был наркомом пищевой промышленности, значит, все директора мясокомбинатов, молочных заводов, кондитерских фабрик, «холодильников», витаминных заводов немедленно были бы арестованы как вредители, завербованные Микояном. Все же при назначении наркомом внешней торговли он добился от Сталина, чтобы НКВД не вмешивалось в работу его ведомства. Это означало, что не будут арестовывать его сотрудников. Наркомат стал островком безопасности в стихии репрессий».

«КАКУЮ ВАМ ПОЛЬЗУ НАНЕСТИ?»

Микоян был прагматиком, всегда исходил из того, что в создавшихся условиях надо приносить как можно меньше вреда, а если возможно, то и побольше пользы. Помните, как говаривал один известный товарищ: «Какую вам пользу нанести?» Реальная жизнь и деятельность Анастаса Ивановича показывают мудрого политика, великолепного организатора, а подчас и смелого «политического камикадзе», не боявшегося «идти против течения». Не случайно автор сенсационных книг об истории советской политической элиты «Тайны ушедшего века» Николай Зенькович главу, посвященную Микояну, назвал «Самый таинственный член Политбюро», а в «бестселлере» о мировом закулисье английский разведчик Джон Колеман включил его в состав членов «Комитета 300» – тайной организации самых влиятельных людей, правящих нашей планетой.

Анастас Микоян достаточно много и упорно спорил по ряду вопросов непосредственно с самим вождем всех народов и времен. Ну и доспорился. Вождь в своем выступлении на пленуме ЦК 16 октября 1952 года, проходившем сразу после последнего сталинского XIX съезда КПСС, подверг Микояна, а также Молотова такой жестокой критике, что все посчитали их обреченными (Вячеслав Михайлович Молотов (Скрябин, 1890–1986) – российский революционер, председатель Совета народных комиссаров СССР в 1930–1941 годах, народный комиссар, министр иностранных дел СССР, один из высших руководителей ВКП(б) и КПСС с 1921 по 1957 год – прим. ред.). Их спасла только смерть самого Сталина.

А споры эти были по вопросам экономики. Сталин, например, посчитал, что Микоян недооценил его труд «Экономические проблемы социализма в СССР», написанный в том же 1952 году. В последние годы Микоян вообще был в немилости у Сталина. Его перестали приглашать на Ближнюю дачу, как и Молотова. Ну про Молотова понятно – у него было, так сказать, лоббирование через жену создания Еврейской республики и прочее, и прочее. Что касается Микояна – он считал, что некоторые решения Сталина в экономическом плане поспешны, что надо думать прежде всего о личной заинтересованности крестьянина в своем труде.

ВЫХОД ИЗ ОБРАЗА

А до этого у него тоже был ряд поступков, выходящих за рамки сложившегося образа приспособленца. Даже в те времена, когда Мирсаид Султан-Галиев еще не был реабилитирован (1892–1940) – видный татарский революционер и политический деятель; репрессирован, расстрелян, реабилитирован посмертно в 1990 году, многие работы профессора истории Султанбекова способствовали его реабилитации – прим. ред.), Микоян спокойно его упоминал в своем хорошем обстоятельном докладе на Съезде Советов. Микоян, хорошо разбираясь в национальном вопросе, не видел в Султан-Галиеве государственного преступника. На знаменитом «Четвертом совещании ЦК РКП с ответственными работниками национальных республик и областей в г. Москве 9–12 июня 1923 г.», как оно именовалось в официальной литературе, разбиралось «дело националиста Султан-Галиева». Там довольно энергично звучало: «Расстрелять! Посадить!» А Микоян и Фрунзе в этом отношении были более спокойны. Справедливости ради надо отметить, что не только они заступились за «националиста», были и другие, которые не согласились с экстремизмом оппонентов. «Ну оступился, мол, человек – так не надо из него делать врага, тем более держать его в тюрьме». И даже Менжинский (Вячеслав Рудольфович Менжинский (1874–1934) – один из руководителей советских органов государственной безопасности, преемник Дзержинского во главе ОГПУ с 1926 по 1934 год – прим. ред.) заметил, что никаких связей Султан-Галиева с зарубежной разведкой установлено не было, так что выпустить его надо, и меры партийного воздействия будет вполне достаточно.

Во время смещения Хрущева с поста руководителя страны в 1964 году Микоян до последнего оставался рядом с ним. Хотя он понимал, что Никита Сергеевич обречен. Ему тоже некоторые хрущевские экономические закидоны не нравились, но даже после отлучения Хрущева от власти он вполне может быть использован на государственной работе. Если не первым лицом, то министром или зампредом Совета министров. То есть Микоян не был за жесткое выдворение Никиты Сергеевича отовсюду, а выступил сторонником более мягкого варианта с дальнейшим использованием его способностей, знаний и опыта руководителя такого масштаба. Микоян не раз с риском для собственной жизни действовал и поступал вопреки более сильным мира сего.

КАК НАРКОМ ВЕРНУЛ ЧЕЧЕНЦАМ РОДИНУ

Он был в свое время руководителем Северо-Кавказской партийной организации, и очень много воспоминаний есть о том, что он много сделал в 1920-х годах, чтобы покончить там с антисоветскими мятежами, с повстанцами. Причем делал это мягко, то есть далеко не всегда с позиции силы, а старался переубедить, что получалось у него весьма успешно.

Микоян возражал против депортации северокавказских народов в 1944 году, правда, выдвинув благовидный аргумент, что это подорвет авторитет СССР в глазах Запада и может негативно сказаться на поставках продовольствия. (По инициативе Микояна была создана Чеченская автономная область. Когда был поднят вопрос о депортации чеченцев и ингушей, только Микоян возразил Сталину, и это стало одной из причин его опалы. В 1956 году он инициировал возвращение чеченцев на Родину – прим. ред.)

Микоян не стал отговаривать сына от женитьбы на дочери репрессированного секретаря ЦК ВКП(б) Кузнецова (Алексей Александрович Кузнецов (1905–1950) – первый секретарь Ленинградского обкома и горкома партии в 1945–1946 годах. Входил в состав особой тройки НКВД СССР. Арестован по «ленинградскому делу», расстрелян 1 октября 1950 года. Реабилитирован в 1954 году – прим. ред.), хотя Каганович, с которым он был в дружественных отношениях, предупредил его о том, что он рискует вызвать гнев вождя со всеми вытекающими из этого последствиями (Лазарь Моисеевич Каганович (1893–1991) – советский государственный, хозяйственный и партийный деятель, близкий сподвижник Сталина – прим. ред.). Но обошлось. Все это говорит о том, что Микоян никого не боялся. Какое же тут может быть приспособленчество?

Кстати, еще до Хрущева с его знаменитым докладом на XX съезде КПСС, разоблачающим Сталина, именно Микоян предлагал начать реабилитацию жертв политических репрессий и пересмотр оценок Сталина как непогрешимого вождя и теоретика. О некоторых событиях и личностях он высказал мнения, нередко расходящиеся с общепринятым, в вышедших уже после его смерти, в 1999 году, мемуарах «Так это было», подготовленных к печати его сыном Серго.

В аннотации издательства к этой книге говорится: «Первые лица советского государства редко позволяли себе писать мемуары. Если же их книги и выходили, то содержание оказывалось донельзя однообразным, пресным, лишенным сколько-нибудь интересных фактов, не говоря уже о личных оценках людей и событий. Таковой была и книга Микояна, вышедшая в «Политиздате» в 70-е годы. Автобиография члена партии с дореволюционным стажем, причастного ко всем значительным вехам нашей истории, соратника Ленина, Сталина, Хрущева и Брежнева, ничем не выделялась в длиннейшем ряду «100 томов партийных книжек», издававшихся миллионными тиражами, но имевших намного меньше добровольных читателей. Нынешнее, 1999 года издание воспоминаний Анастаса Ивановича Микояна, подготовленное на основе его многочисленных мемуарных записей и архивных документов, является уникальным свидетельством «из первых рук» о более чем 60-тилетнем периоде нашей истории. Читатель найдет в нем рассказы о становлении советской власти, о налаживании торговых отношений с Западом в 30-е годы, о работе промышленности в годы войны, о Сталине и Берии, о Карибском кризисе и заговоре против Хрущева...».



«СТАЛИН ЕМУ ПОЧТИ НЕ МЕШАЛ, ТОЛЬКО ИЗРЕДКА ВМЕШИВАЛСЯ, ЧАЩЕ ВСЕГО НЕУДАЧНО»

Это, пожалуй, уникальное для такого рода «вспоминательной» литературы произведение, в котором автор говорит не только об успехах, но и о своих ошибках и заблуждениях.

«В 20-е годы отец искренне считал, что Сталин – продолжатель дела Ленина, – пишет Серго Микоян. – В 30-е годы, особенно после убийства Кирова, он стал понимать, что с вождем происходит метаморфоза. Потом началась война, отец отвечал за снабжение и тыла, и фронта: на нем было обмундирование, питание, горючее, обувь, табак, лыжи, транспортные средства и даже артиллерийские снаряды. Он с головой окунулся в эту важнейшую и труднейшую работу, и Сталин ему почти не мешал, только изредка вмешивался, чаще всего неудачно.

После войны отец надеялся, что Сталин пойдет на «демократизацию» – это собственные слова отца, цитируемые мною из надиктованных им воспоминаний. Он имел в виду, конечно, не нынешнюю демократизацию России, а демократизацию партии и прекращение завинчивания гаек в обществе. Но оказалось, что Сталин решил заново закручивать гайки. Тут Микоян и стал психологически отходить от Сталина, который своим звериным нюхом не мог не учуять этого…».

НАРКОМ И КУХНЯ ПО-СОВЕТСКИ

Огромен вклад Микояна в «продовольственную программу» нашей страны. Он как никто другой «по долгу службы» разбирался в продовольственных вопросах. Именно политика Микояна в этой области позволила смягчить многие негативные последствия и коллективизации, и опустошения страны в результате Великой Отечественной войны. Конечно, он не мог сделать всего, но по мере возможностей пытался как-то сбалансировать проблемы. И то, что он попал в немилость главным образом за свой экономический либерализм, – это точно.

Есть одна очень интересная и познавательная радиостанция, которую я всегда с большим вниманием и удовольствием слушаю. Там есть передача о продовольствии, довольно серьезная по сути – встречи с политиками, министрами, учеными и все такое. Так вот, она называется «От Микояна до Мамиконяна» (Мамиконян Мушег Лорисович (родился в 1959 году в Армении) – президент мясного союза России, член советов директоров нескольких мясных холдингов в России и на Украине, а также председатель совета директоров Лианозовского колбасного завода в Москве; имеет более 50 научных публикаций, лауреат Государственной премии РФ за 1999 год в области науки и техники – прим. ред.). Анастас Микоян был главным специалистом по продовольствию в политбюро и пользовался в этом вопросе доверием вождя. Как автора невиданной доселе советской индустрии питания его культ личности в этой сфере явно превосходил вождя всех народов. Название современной радиопередачи говорит о том, что этот «культ личности» никуда не делся, равно как и эталонное качество продукции предприятий торговой марки «Микоян». Что интересно, в молодости «король мясных продуктов» был вегетарианцем…

«Трехмесячный тур Анастаса Микояна по Америке в 1936 году стал поворотным моментом в истории советской кухни, – пишет АИФ. – Сталин снабдил наркома пищевой промышленности как внушительными деньгами, так и серьезными полномочиями. И Микоян привез из этого путешествия технологии производства консервов, холодильное оборудование, технологии изготовления полуфабрикатов, хлеба, мороженого и даже шампанского».

Кроме целой индустрии питания, Микоян создал также специальный крепкий, 70-градусный коньяк для станции Папанина на Северном полюсе (подробнее о ней читайте на «БИЗНЕС Online» – прим. ред.) для того, чтобы необходимая в условиях полярного холода «согревающая жидкость» занимала как можно меньший объем. Мелочей для этого человека не существовало…

«НАМ СЕЙЧАС, С ДИВАНА, РАССУЖДАТЬ ЛЕГКО»

Фигура Анастаса Микояна в истории советского государства очень яркая и положительная на фоне всего того, что в происходило в стране. Конечно, Сталин его провоцировал, специально послал в Армению, чтобы Микоян тоже был, так сказать, причастен. Иосиф Виссарионович был человеком мудрым, своих приближенных он всегда старался поставить в такое положение, чтобы они были в той или иной степени причастны ко всему тому, что творилось. Из виз на сталинских расстрельных списках нет только Калинина. Не потому, что тот не хотел. Калинин считался всесоюзным старостой, и все письма посаженных, многих впоследствии расстрелянных и их родных шли к нему. Так что даже Сталину было вроде как неудобно – письма придут к тому, кто подписал расстрельный список… Поэтому он сказал: «Калинин пусть не подписывает». Так что Микоян, как и все остальные высшие руководители, тоже подписывал расстрельные списки, но очень мало, меньше, чем кто-либо другой из членов политбюро. А тогда попробуй не подпиши! Это нам сейчас, с дивана, рассуждать легко…

Булат Султанбеков

P.S. Любопытные факты из жизни Анастаса Микояна

27-й бакинский комиссар

В 1918 году Микоян был арестован вместе со знаменитыми 26 бакинскими комиссарами. Выжил он благодаря невероятной случайности. Красноводские эсеры не знали бакинских большевиков, и в их распоряжении был только список тюремного старосты, который распределял довольствие в бакинской тюрьме. Недолго думая решено было всех содержавшихся в этом списке расстрелять. В итоге в число 26 «комиссаров» попали совершенно незначительные большевики и даже практически случайные люди. Тогда как Микоян, будучи достаточно видным бакинским большевиком, этой участи избежал и через несколько месяцев был на свободе. Такова официальная версия. А как было на самом деле, сейчас уже никто не знает. Дело это очень загадочное. Когда в 2009 году проводилось перезахоронение комиссаров, в могиле были найдены останки только 23 человек, а не 26. Сам Микоян вспоминал, что в годы репрессий Сталин однажды многозначительно сказал ему: «История о том, как были расстреляны 26 бакинских комиссаров и только один из них – Микоян – остался в живых, темна и запутанна. И ты, Анастас, не заставляй нас распутывать эту историю».

От создателя МиГов до руководителя рок-группы «Цветы»

Один из сыновей Анастаса Ивановича, знаменитый пилот Степан Микоян, фронтовик, друг Василия Сталина, Герой Советского Союза, долгое время работал в КБ своего дяди Артема летчиком-испытателем (Артем Иванович Микоян, имя при рождении – Анушаван Ованесович Микоян, 1905–1970 –  знаменитый советский авиаконструктор, создатель истребителей МиГ – прим. ред.). Число «объезженных» Степаном «крылатых коней» перевалило за сотню. В том числе и МиГ-25, превысивший скорость звука в три раза. Еще один из братьев – Владимир Микоян – в войну добровольно пошел на фронт, летал, испытывая новые и трофейные самолеты, пропал без вести, его подбили. Брат Иван Микоян работал авиаконструктором, тоже создавая МиГи у дяди. Младший из братьев, Серго, как было сказано выше, был известным историком, доктором наук. Анастас Микоян-младший (внук Анастаса Ивановича) взял сценический псевдоним Стас Намин, под которым его знает не только вся страна как создателя и руководителя культовой рок-группы 1970-х «Цветы». С ним тесно дружат такие исполнители, как Оззи Осборн, Бон Джови, музыканты группы «Мотли Крю» и многие другие.

«Рыбный день», первое, второе и компот, полуфабрикаты и словечко «гастроном»

Именно при Микояне сложилась трехчастная система стандартного обеда – первое, второе и компот. В 1932 году Анастас Иванович подписывает постановление «О введении рыбного дня на предприятиях общественного питания». Правда, потом изобретение Микояна забылось, и четверг был фактически заново объявлен рыбным днем в 1979 году.

В 1930-е годы началось конвейерное производство полуфабрикатов, чтобы горожанин имел возможность сэкономить время. В гастрономах (кстати, нарком Микоян ввел в обиход это слово) одна котлета стоила 7 копеек. «Когда поджаришь ее на маслице, то она надувается, становится пухлой, почти круглой и с хрустящей корочкой», – вспоминают с аппетитом современники микояновских котлет.

«Верный курс» для домашней хозяйки

Микоян стал вдохновителем и организатором создания первой советской кулинарной книги, известной под названием «Книга о вкусной и здоровой пище». Первый ее выпуск состоялся в 1939-м и, выдержав десятки переизданий, книга дожила до 1999 года, став «Библией» для советской кухни так же, как «Краткий курс» для советской идеологии. Тем более что ранние издания изобиловали не только рецептами, но и цитатами товарища Сталина. Общий тираж ее превысил 8 млн экземпляров. В настоящее время «Книгу о вкусной и здоровой пище» часто рассматривают как один из канонических символов советской пропаганды: ассортимент продуктов, описанных в книге, никогда или почти никогда было невозможно найти в магазинах.

Так Америка компенсировала нам морозную Аляску

Возвратившись в 1936 году из США из спецкомандировки по заданию Сталина, Микоян ввел в торговой сети промышленные холодильники. Это была своего рода революция. Он поставил вопрос и о производстве домашних агрегатов, но Сталин бросил в корзину его проект: «Баловство! У нас зима длинная, а на лето погреба есть». Массовый выпуск их начался только через 10 с лишним лет.

В Нью-Йорке советская делегация попробовала на вкус и отобрала в качестве перспективных 8 сортов мороженого. Пломбир сливочный и молочный, крем-брюле, эскимо, ванильное, фруктовое мороженое были рекомендованы для производства в СССР. Первые образцы его появились в продаже 4 ноября 1937 года. Качество контролировалось жесточайшим образом, использовались только натуральные ингредиенты, консерванты отсутствовали. Практически четверть века, учитывая интерес могущественного Микояна к данному продукту, какие-либо «шалости» с рецептурой были исключены. Старожилы до сих пор вздыхают по эскимо в шоколаде за 28 копеек…

Автор «Советского шампанского»

Товарищ Сталин сказал, что шампанское – признак материального благополучия, признак зажиточности! Из Окленда Микоян привез технологию производства газированного шампанского – относительно дешевого и приятного на вкус напитка. Массовый выпуск «Советского шампанского» начался в 1937 году. Сталину, как вспоминал Микоян, не нравилось сухое шампанское и брют. А вот сладкое и полусладкое он пил с удовольствием. В результате напиток стал поистине народным, и никакой Новый год, никакая свадьба теперь не могли обойтись без него.

Москва, а не «Макдоналдс» – родина фастфуда

В Нью-Йорке Микоян обратил внимание на так называемые хамбургеры. Он сразу заказал в Штатах 25 машин по производству котлет, которые могли производить 2 млн «советских гамбургеров» в день, а потом купил образцы жаровен для разогрева этих изделий и завод по производству булочек. Выпуск гамбургеров в СССР начался в 1937 году, но вот на «Кока-колу» денег не хватило – не захотели американцы продавать рецепт, предлагали лишь поставки концентрата. Нарком махнул рукой: наш квас еще обскачет вашу «Колу». Кстати, первый «Макдоналдс» открылся в США лишь 15 мая 1940 года…

Анастас Иванович (Ованесович) Микоян – российский революционер, один из видных руководителей партии большевиков и советского государства.

Родился 13 (25) ноября 1895 года в семье плотника в селе Санаин Тифлисской губернии, сегодня – деревня на севере Армении.

Член партии с 1915 года, член ЦК с 1923 года (кандидат с 1922 года), в 1935–1966 годах – член политбюро ЦК КПСС (кандидат с 1926 года). Член ВЦИК и ЦИК СССР, депутат Верховного Совета СССР первого-восьмого созывов.

1906–1914 – учеба в духовной семинарии в Тифлисе.

1914–1915 – участие в боевых действиях на Турецком (Кавказском) фронте Первой мировой войны в составе армянской добровольческой дружины. Оставил армию из-за заболевания малярией.

1915 – вступление в РСДРП, окончание семинарии.

1916 – учеба в духовной академии Эчмиадзинского монастыря Армянской апостольской церкви.

1917–1918 – партийная работа в Тифлисе, в Баку, в Красной Армии.

1918 – арест эсерами и английскими интервентами в Баку. До февраля 1919-го находился в тюрьме.

1919 – председатель Бакинского бюро Кавказского крайкома партии.

1919–1920 – партийная работа в Москве.

1920 – председатель Азербайджанского совета профсоюзов.

1920–1922 – заведующий отделом, секретарь Нижегородского губкома партии.

1922–1924 – секретарь Юго-Восточного бюро ЦК РКП(б)

1924–1926 – секретарь Северо-Кавказского крайкома партии.

1926– 1930 – нарком внешней и внутренней торговли СССР.

1930–1934 – нарком снабжения СССР.

1934–1938 – нарком пищевой промышленности СССР.

1937–1955 – заместитель председателя Совнаркома (Совета министров) СССР.

1938–1949 – нарком (с 1946-го – министр) внешней торговли СССР.

1953–1955 – министр внутренней и внешней торговли СССР, затем – торговли СССР.

1955–1964 – первый заместитель председателя Совета министров СССР.

1964 – председатель президиума Верховного Совета СССР.

1965–1974 – член президиума Верховного Совета СССР.

1974 – выход на пенсию.

Скончался 21 октября 1978 года. Похоронен на Новодевичьем кладбище в Москве.

Ваша оценка материала: 
Голосов еще нет

Добавить комментарий

Plain text

  • HTML-теги не обрабатываются и показываются как обычный текст
  • Адреса страниц и электронной почты автоматически преобразуются в ссылки.
  • Строки и параграфы переносятся автоматически.