Выборы в Армении – возможный выход из кризиса. Оценка политологов: что имеем сейчас и как может развиваться ситуация.

4 ноября, 2018 - 20:36

Решат ли предстоящие парламентские выборы все проблемы власти, завершится ли политический кризис в Армении, как дальше будет развиваться ситуация после выборов, насколько состоялась партийная система Армении?

На вопросы JAMnews ответили политологи:

•  директор Института Кавказа Александр Искандарян

•  эксперт Центра политических и международных исследований Рубен Меграбян.

Если коротко, оба придерживаются мнения, что политическая система Армении пока не состоялась, но по-разному оценивают действующую в стране власть и перспективы разрешения политического кризиса.

Сначала коротко представляем сложившуюся ситуацию в целом.

Политический кризис в Армении

В начале декабря в Армении пройдут внеочередные парламентские выборы. Это будут первые выборы в Национальное собрание после того, как Армения полностью перешла к парламентской системе правления.

На том, чтобы они прошли как можно скорее, настоял лидер армянской бархатной революции Никол Пашинян. После весенней бархатной революции он возглавил правительство. И недавно откровенно заявил, что действующий парламент с первых дней формирования революционного правительства «саботировал» его решения и инициативы.

Депутаты бывшей правящей партии и ее сторонники составляли большинство в Национальном собрании. И противостояние им немногочисленных депутатов блока «Елк», который до революции возглавлял сам Никол Пашинян, было неэффективным. В связи с этим ему удалось добиться роспуска парламента, несмотря на серьезное противостояние представленных в нем партий.

• О процедуре роспуска парламента Армении и возможных участниках предстоящих выборов

• Почему парламент Армении не принял поправки в Избирательный кодекс накануне внеочередных выборов

• В Армении зафиксирован первый случай взяточничества после революции

К тому же, чуть больше месяца назад в Ереване прошли выборы в Совет старейшин, то есть столичный парламент. И тут разгромную победу одержал блок «Мой шаг», который поддерживал глава правительства. Он набрал больше 80 процентов голосов. И это означало, что рейтинг новой власти очень высокий и победа партии Пашиняна на парламентских выборах практически обеспечена. Нужно только провести их в ближайшее время.

Необходимость срочного проведения выборов Пашинян объяснял и тем, что неопределенность политической ситуации препятствует инвестициям и экономическому развитию страны.

В новом парламенте партия Пашиняна претендует получить большинство. Удастся ли ей это, каков расклад политических сил в стране сегодня и чего можно ожидать после выборов – отвечают политологи.

Александр Искандарян

считает, что партийная система Армении находится в коллапсе:

«Это показали выборы в Совет старейшин Еревана. В развитых демократиях не бывает подобных голосований. Больше 80% голосов можно набрать лишь в протодемократиях, когда избиратель руководствуется эмоциями: любовь и ненависть. Ненависть – это протестное голосование, а с любовью голосуют в результате эйфории, которая возникает после перемен. В данный момент эйфория в Армении продолжается.

Выборы в Совет старейшин не являлись выборами, как таковыми. Это был вотум доверия.

У исполнительной власти широкая легитимность, и этот вотум подтвердился голосованием.

В итогах следующих выборов – досрочных парламентских – при такой высокой легитимности не стоит даже сомневаться.

Но в этом есть серьезная опасность. За короткий срок нельзя сформировать политическую систему. Политические партии не формируются из ничего. Это долгий процесс институционализации, создания механизмов и политических инструментов, формирование культуры участия партий в выборах.

Но партийная система в Армении развалена, она была слаба и до апрельской революции, что и стало причиной транзита власти.

Успех смены власти не принадлежит какой-либо организованной партийной силе. Лидеры протестов – представители парламентской фракции блока «Елк» – год назад набрали всего 7% голосов, и это был их максимум в той реальности.

Успех протестов принадлежит группе людей – менеджерам протеста,  а это не партийная организация».

Риски и угрозы, которые видит в этой ситуации Александр Искандарян:

«В странах с парламентской системой без развитых партий очень рискованно. Но для преодоления этой проблемы надо сначала осознать ее, чтобы затем строить партийную систему, формировать оппозиционные силы.

В Армении власти, начиная с 92-х года до апреля 2018-го, жили в условиях низкой легитимности, и они к этому приспособилась, нашли инструменты механизмы, чтобы уметь осуществлять менеджмент апатии. Им не было комфортно, но могли существовать, а ошибкой их было то, что думали: так может длиться вечно.

Теперь обратная ситуация. Власть новая живет в условиях чрезвычайно высокой легитимности, и постоянно пытается подтверждать ее.

Для политиков высокая легитимность очень хорошая вещь. Ее можно использовать, например, для принятия непопулярных реформ, для внедрения серьезных программ, которые приводят к недовольству в обществе.

Но когда используют высокую легитимность в целях подтверждать высокую легитимность – это риски. Потому что легитимность обязательно снизится, иначе не бывает. Тогда привыкшие к высокой легитимности, не смогут справиться с низкой. Вот к этому надо быть готовым.

А оппозиции, как таковой, нет. Ее формирование впереди.

До парламентских выборов нереально формирование оппозиции, поэтому в парламенте мы получим ровно такую картину, какую получили в Совете старейшин Еревана.

Исполнительной власти выгодны досрочные выборы, и чем скорее, тем лучше. До 2022 года с нынешним парламентом было бы сложно работать, коабитация – сложное дело. [Коабитация означает «сосуществование». Это ситуация, когда президент республики принадлежит к другой политической партии, чем парламентское большинство – JAMnews.]

А пока доверие народа к власти высокое, можно было добиться роспуска парламента путем давления на него.

Как это было 1-8 мая, когда Национальное собрание избрало Пашиняна премьером. Как это было 2 октября, когда революционное правительство опять воспользовалось поддержкой народа. На этот раз для оказания давления на парламентские силы – объединившиеся, чтобы не допустить проведение внеочередных выборов.

Но когда легитимность у исполнительной власти снизится, нечем будет давить на парламент.

В условиях честных выборов большинством в новом парламенте будут сторонники Никола Пашиняна. Если не 80, то 60% точно, поэтому им выгодны скорые выборы.

Остальные не успеют сформироваться в оппозицию с электоратом. Даже бывшая правящая Республиканская партия не успеет. И даже если пойдет на ребрендинг с очищением имиджа, даже если вступит в коалицию с кем-то, в том числе, со вторым президентом Робертом Кочаряном.

Таким образом, у нас будет страна с парламентской системой в условиях отсутствия политических партий. Вместо них будет некая группа людей или даже человек.

Решения будут приниматься хаотично. Представления о политпроблемах будут шаблонными. А это приведет к проблемам в экономике, в социальной сфере, в политике.

Так бывает при всех революциях. Старые власти очень долго сидят, теряют связь с обществом, поэтому часто падают. А новая власть – гетерогенная [разнородная –JAMnews], и не очень компетентная. Люди, которые приходят к власти, они априори неопытные. Это обычно – и надежда, и риск,  потому что они должны учиться, одновременно управляя.

Но для Армении со сложной геополитической ситуацией цена рисков чрезвычайно высока.

Есть опасность стать «final state» (неудавшееся государство). На постсоветском пространстве таких стран пять, и все они проходили этот путь – путь перехода на парламентскую систему, проходили цветную революцию, смену элит. Это Грузия, Украина, Молдова, Киргизстан и теперь Армения. Ни в одной из них рай не наступил.

Сегодня гражданское общество в Армении превратилось в правительство. Медиа состоит из «про» и «контра». Одни создают образ спасителя, другие – дьявола.

Аналитика в тяжелом состоянии. Все эти институции надо создавать. Если будет понимание этого, можно будет преодолеть кризис и пойти вперед. Общество тоже должно принять участие в этом.

Власть, которую не критикуют, не склонна исправлять ошибки. А пока власть живет в области широкой популярности».

Рубен Меграбян

уверен, что партия власти способна выслушивать возражения:

«В новом парламенте не будет принципиально иная от Совета старейшин Еревана картина, возможно, она будет с некоторыми поправками на регион, но не более того.

Ереван – центр оппозиционных настроений. И если Ереван выдал на выборах в Совет старейшин такую картину, то в регионах она будет монолитнее, и в регионах проголосуют за власть. И это не есть голосование под эйфорией. Эйфоризированность людей на ереванских выборах я не видел.

Мысли о том, что выборы прошли под эйфорией – это пропагандистское клише, которое используется в определенных целях, но не для того, чтобы описать реальность.

Причем, эта ситуация не может привести к однопартийной системе, потому что все зависит от политической практики.

Если бы партия власти набрала не 80, а 51% — с применением неполитических средств давления, если бы не выслушивала другого мнения, картина была бы совершенно другая. Но при 80% голосов, когда каждый возражающий голос будет приниматься во внимание, уже не приходится говорить о какой-либо опасности.

Нынешнее большинство, которое предположительно будет и в новом парламенте, способно выслушивать иные мнения. Оно изначально заинтересовано, чтобы ошибок не совершать и свою популярность не терять, плюс к тому – выполнять объединительную функцию.

Возражающий голос поступит от оппозиции, а в парламенте чисто с механической точки зрения, 30% кресел при любом раскладе будет за оппозицией. [Согласно конституции, партия, набравшая большинство в парламенте, не может получить больше 2/3 мандатов, треть мандатов должна получить оппозиция – JAMnews.]

На данный момент мне видятся две силы, которые способны пройти в парламент в качестве оппозиции. Это блок «Луйс» — бывшие союзники Пашиняна по фракции «Елк», а также партия олигарха Царукяна «Процветающая Армения».

Самоцельной оппозиции в парламенте, конечно, не будет – когда надо пойти против власти в любом вопросе. Такой оппозиции и не нужно. Но и не будет никаких преград для того, чтобы высказывать свою возражающую точку зрения».

Рубен Меграбян считает также, что слабое звено армянской политической системы – это качество политических партий:

«В Армении не просто парламентская система правления, но и партийная система формирования парламента. Политика в Армении может быть только партийной.

Но качество наших политических партий является самым слабым звеном политической системы. Этап партийного строительства в Армении, строительства разных партий, основанных на разных легальных идеологиях – это этап будущего.

В Армении пока нет таких устоявшихся партийных традиций, нет разветвленных, институционально состоявшихся партий.

Есть партии более или менее новые, а те, что старые – это закостеневшие секты, это закрытые системы.

Поэтому надо будет попытаться совмещать вопрос установления новой демократической системы с этапом становления партий.

Тут нужно время, нужна конкретная политика, способствующая становлению партий, а также законодательные инициативы. Тот закон «О партиях», который существует сейчас, способствует не становлению этих партий, а дроблению, поощряет лидер-партии, которые помещаются в одну маршрутку, и то кресла остаются свободными.

Это большой пробел, большое упущение, которое несет в себе определенные угрозы. Подобная ситуация создает почву для дезориентации общества, для распространения политической демагогии.

За неимением партийных институтов общество представляется в определенной мере беззащитным».

Добавить комментарий

Plain text

  • HTML-теги не обрабатываются и показываются как обычный текст
  • Адреса страниц и электронной почты автоматически преобразуются в ссылки.
  • Строки и параграфы переносятся автоматически.