Всколыхнувшее

16 декабря, 2018 - 22:22

Соучредитель благотворительного фонда «Друзья», предприниматель Гор Нахапетян знает, оказывается, о том, о чем никто другой не знает. И не смог бы написать ничего похожего. А он смог, потому что был в Ленинакане в 1988 году, когда там случилось землетрясение. Был волонтером. И все видел. И этого, может, никому лучше не видеть. Но он видел. И написал. И это — тоже про дар.

Это давно запечатанная история, но, как часто бывает, из глубин памяти ее подняли свежие обстоятельства: недавно в широкий прокат вышло несколько фильмов о землетрясении, потом в одном из интервью рассказывал о тех событиях.

Начинается эта история декабрьским утром 1988 года. Я — студент Ереванского государственного университета, несколько лет учусь на факультете прикладной математики. На одном курсе со мной учится одно прекрасное создание. С этой девушкой мы долгое время встречались, а в то утро дружно прогуливали первую пару. Университетское здание окружено парками, точнее, скверами. В Москве есть бульварное кольцо, а в Ереване — скверное, из-за небольших уютных садиков, разбитых по кругу. В одном из таких скверов мы и гуляли. В какой-то момент скамейку, на которую мы присели, тряхнуло, не сильно, кажется, мы почти не заметили и уж точно не придали этому значения.



Ко второй паре мы вернулись в университет, там уже все стояли на ушах, и только тогда стало ясно, что толчки, которые мы почувствовали раньше, — это землетрясение. Я сразу поторопился домой, это совсем недалеко, минут пять-семь: мы жили в домах при университете, потому что родители тогда преподавали. Нужно было быстро собраться. Отец присоединился ко мне — мы взяли сумку какую-то с самым необходимым, мама собрала чего-то съестного в дорогу, и мы поспешили к автобусам, которые отправлялись в Ленинакан. По дороге к нам присоединилось несколько моих друзей — кто-то даже не успел зайти домой. Все очень стихийно, никакой организации. Ну и поскольку рванули не только мы, а еще половина Армении, на дороге в Ленинакан выстроилась огромная пробка. Вперед пропускали только машины «скорой помощи», которых, к сожалению, было не очень много.



До места мы добрались уже по темноте, причем не в Ленинакан, а в Спитак — позже стало известно, что именно там находился эпицентр землетрясения и этот город пострадал больше всего.



В темноте вырисовывались какие-то кучи стройматериалов, ни одного уцелевшего дома, одни развалины. Дорога закончилась, мы подошли к первой попавшейся груде обломков, которая когда-то была домом. Кто-то подал мысль — жечь костры. Еще кто-то подал другую умную мысль — устроить минуту тишины: только так можно было обнаружить какие-то признаки жизни.



Мы с моим другом были очень худыми, поэтому пытались куда-то пролезть, что-то нащупать, конечно, мы не были профессионалами в этом деле. Никакой техники, разбирали руками, понятно, что большие плиты поднять не могли, и хорошо. Всю ночь трясло — но мы почему-то не думали о том, что все это может обрушиться на нас.



К утру подъехала техника. Начали подтягиваться оставшиеся в живых люди, звать своих детей — так мы узнали, что на месте, где сейчас лежали одни обломки, был детский сад. Живыми нашли двоих. Первый — мальчик, на него упало пианино, но он спасся; кто был вторым выжившим, я не помню — детей быстро увезли. Порядка 50 детей погибло. И это было только начало подведения итогов. Несколько дней до приезда профессионалов мы вместе с другими волонтерами делали все, что было в наших силах.



Позже, когда мы с другом вернулись в Ереван, от университета нам за нашу помощь подарили поездку в Прагу. Такой дар волонтерам. Нашу группу сопровож-дал психолог. Я не очень хорошо помню все детали той поездки, развеяться не получилось. Но все равно, это был первый выезд за границу. Помню, что на 30 рублей, которые нам разрешили поменять на кроны, особенно было не разгуляться, а после пустых полок Еревана полки и витрины пражских магазинов поражали воображение. Еще мы умудрились застукать демонстрацию на Вацлавской площади. Запомнились красота города и картина Эль Греко «Голова Христа», напротив которой я долго стоял.



По прошествии многих лет я познакомился с Терезой Мхитарян, у которой есть своя история про землетрясение в Спитаке. Тереза живет и работает в Швейцарии и когда-то давно приехала отметить свой день рождения в Армении. В продуктовом магазине она совершенно случайно столкнулась с женщиной, которая пришла купить 100 грамм макарон. Так Тереза узнала, что уже два поколения армян выросли в вагончиках-бытовках, потому что далеко не все жертвы того землетрясения получили квартиры и далеко не у всех сложилась «сытная» жизнь. Тереза начала движение, которое исправило бы эту несправедливость. У нее появилась мечта — победить нищету, и многие ее в этом поддержали.



После землетрясения я не мог ездить в Ленинакан много лет. Внутри был какой-то «стоп» — может быть, потому, что меня сильно избили мародеры, когда мы возили провизию из аэропорта в город. И все остальное, пережитое там, конечно, тоже останавливало. А потом череда событий: знакомство с Терезой, день рождения моей жены, на котором мы попросили наших друзей вместо подарков приносить в дар деньги. На эти деньги мы купили квартиру. Впервые после землетрясения я побывал в Ленинакане, чтобы вручить ключи от этой квартиры в дар одной из семей пострадавших. А Тереза на сегодняшний день расселила из вагончиков не одну семью. У нас есть традиция — после того как семья получает квартиру, мы разламываем вагончик, в котором она ютилась много лет, и на его месте сажаем дерево. 

Колонка Гора Нахапетяна опубликована в журнале "Русский пионер" № 87. Все точки распространения в разделе "Журнальный киоск".

Ваша оценка материала: 
Голосов еще нет

Добавить комментарий

Plain text

  • HTML-теги не обрабатываются и показываются как обычный текст
  • Адреса страниц и электронной почты автоматически преобразуются в ссылки.
  • Строки и параграфы переносятся автоматически.