ГЛОБАЛЬНЫЙ АРМЯНСКИЙ «ДЖОКЕР»

13 марта, 2019 - 12:42

С началом запуска работы Национального собрания, сформированного по итогам прошлогодних декабрьских выборов, завершилась техническая часть «бархатной революции»: легитимные исполнительная и законодательная ветви власти окончательно перешли под контроль новой элиты во главе с премьер-министром Николом Пашиняном.

Давать какие-либо оценки новым властям пока преждевременно, и на сегодняшний день можно констатировать только один бесспорный факт: вся полнота ответственности за внутри- и внешнеполитические решения лежит именно на них и процесс государственного управления уже нельзя формировать на основе противопоставления их предшественникам. Граждане страны и многомиллионная диаспора по всему миру с нетерпением ждут от правительства и парламента кардинальных реформ, которые изменят социально-экономическую базу страны. Именно от успешных преобразований в этой области зависит будущее страны. Национальное строительство должно уничтожить феодально-олигархическую систему, породившую гнилое болото, и заложить основы правового государства с эффективной системой сдержек и противовесов. Главная болезнь армянской государственности последних двадцати лет заключалась в чрезмерной персонификации, когда весь политический процесс образовывался вокруг одной личности и ее свиты (узкая группа интересов). Отдельные фигуры и кланы подчинили институты своим интересам, уничтожая их реальное государственное содержание.

Суперпремьерская модель, созданная под Сержа Саргсяна, должна быть пересмотрена, а властные полномочия должны быть разделены между различными институциями. В целом я последовательно критиковал переход к парламентской форме правления и не считаю ее верной для современной Армении. Это связано с рядом объективных причин. Во-первых, мы де-факто находимся в состоянии войны с Азербайджаном (если, конечно, не отделяем Арцах от армянской государственности), и при кризисных ситуациях, когда счет идет на минуты, всегда возникает острая необходимость в быстрых централизованных решениях. Во-вторых, в стране пока не сформировалась реальная культура партийной борьбы, без которой парламентская форма лишена всякого смысла. Блок «Мой шаг» набрал тотальное большинство исключительно из-за фактора личности Пашиняна, как и «Процветающая Армения» – за счет Гагика Царукяна, и «Светлая Армения» – Эдмона Марукяна. Многие могут возразить, считая, что революция открыла политическое поле для всех желающих. Отчасти это правда, однако азбука политологии гласит, что форма создается под существующее содержание (запрос), а не наоборот. В-третьих, нынешние полномочия премьер-министра неоправданно завышены, что автоматически создает угрозу попадания в «ловушку власти» и очередной монополизации политических решений. На мой взгляд, этих причин более чем достаточно, чтобы начать проводить необходимые изменения.

Не будем забывать, что сам Пашинян был наиболее ярым критиком конституционных реформ 2015 года. Во время своего послания к Национальному собранию президент Армен Саркисян заявил, что создание и применение механизмов разделения ветвей власти и системы сдержек и противовесов будет способствовать прогрессу страны. Пашинян также согласился с этим тезисом во время встречи с президентом по случаю подписания указа о назначении первого на должность премьер-министра. Подобная риторика со стороны двух крайне популярных политиков внушает надежду на то, что наконец-то в Армении заработают дополняющие друг друга и балансирующие государственные институты, а роль отдельных политиков и чиновников будет сведена к менеджерской функции обслуживания работы этих институтов как источников формирования и реализация долгосрочных национальных интересов. Конечно, риторика – это лишь устное пожелание, и необходимо переходить к более конкретным шагам по изменению Конституции. Возвращение к президентской форме сегодня утопично, поэтому речь идет о создании своего рода пластичной формы, способной вобрать в себя все лучшее и отсеять все опасное. Учитывая незавидную региональную геополитическую конфигурацию, вкупе с каждодневным ухудшением диалога между великими державами, выживание, укрепление и процветание армянской государственности будет зависеть от двух основных факторов: внутренних реформ и укрепленных внешних тылов.

Правительство и парламент должны сосредоточиться на внутренних делах, день за днем улучшая экономические показатели страны. Для этого необходимо изменить демографическую ситуацию и остановить процесс обнищания населения. Борьба с бедностью – основной среднесрочный запрос граждан к премьеру Пашиняну и наиболее существенный индикатор доверия к нему. Наследие досталось сложное – малочисленный, неплатежеспособный и однообразный рынок, большой государственный долг (7,3 млрд долларов), полуразрушенная социалка и проблематичная система налогообложения. Решение этих проблем требует от властей максимум концентрации и профессионализма (дефицит кадров признается и самим премьером). Параллельно необходимо хотя бы удержать удовлетворительный уровень внешних связей, от которых также многое зависит. Кризис в отношениях Москвы и Вашингтона – двух ключевых сопредседателей Минской группы ОБСЕ – автоматически снижает возможности маневров для Еревана. Санкционная политика Вашингтона, наносящая ущерб российской экономике, рикошетом бьет и по Армении. Москва, контролирующая армянскую «критическую инфраструктуру» (энергетика, железная дорога, коммуникации), уже не способна давать существенные кредиты и обеспечивать страну необходимым инвестиционным потоком.

В случае, если американцы введут более серьезные ограничения в отношении российского ВПК, стремясь закрыть для него наиболее важные и прибыльные рынки (Индия), в Кремле, с высокой долей вероятности, могут принять решение об увеличении поставок другим странам, среди которых и наш стратегический противник – Азербайджан. Не до конца понятная стратегия администрации Трампа в иранском направлении также не может не вызывать у нас беспокойства. Геополитическое самочувствие Тегерана, с которым у нас единственная открытая граница, также играет немаловажную роль. Баку, понимая всю хрупкость нашего положения, усиливает свои государственные и лоббистские позиции по всему миру. За последние два года азербайджанские прямые иностранные инвестиции целенаправленно шли в страны ЕАЭС, Грузию, Иран и Турцию. Реальность такова, что Азербайджан, не будучи членом евразийских блоков, оказывает на их членов (особенно на Беларусь и Казахстан) существенное давление. Кремль также не может игнорировать азербайджанский экономический фактор. Москва и Баку осуществляют крупные совместные инфраструктурные проекты: к примеру, международный транспортный коридор «Север-Юг», где также имеется значительное иранское финансовое присутствие. Экономическое влияние постепенно трансформируется в политические дивиденды (оружие, влияние, лоббизм) на двусторонних и многосторонних уровнях (укрепляющиеся форматы Азербайджан-Россия-Иран и Азербайджан-Россия-Турция).

Не менее проблематичным стало американское направление, в рамках которого Баку выстраивает глубокий политический диалог. За последний год Америку многократно посещали высокопоставленные азербайджанские чиновники, проводились встречи на уровне госсекретарей и министров обороны, президент Трамп направил Ильхаму Алиеву четыре официальных письма, в которых отмечалась важность углубления и расширения отношений между странами. К сожалению, армянские лоббистские структуры находятся в кризисном состоянии и более не способны выполнять сдерживающую функцию в отношении проазербайджанских групп влияния. Им не удается даже сохранить средний объем внешних ассигнований для Армении: 2001 г. – 100 млн, 2005 г. – 77 млн, 2008 г. – 69 млн, 2013 г. – 56 млн, 2017 г. – 31 млн, 2018 г. – 9 млн, в проект бюджета на 2019 г. заложено 6 млн долл. Обещанная встреча Пашиняна с Трампом, ради которой даже собирали подписи конгрессменов, так и не состоялась (исключительно протокольная фотография на полях ООН). Это также стало свидетельством отсутствия сколь-либо серьезной государственной повестки в американо-армянских отношениях. Многие сложные темы, связанные с Азербайджаном, продвигаются с поддержки израильского лобби, которое считается союзником Баку (эффект от военно-технического и политического сотрудничества Израиля и Азербайджана).

В подобных условиях необходимо выстроить качественно новое государственное лобби за рубежом, усовершенствовать внешнеполитические (особенно Совет безопасности) и дипломатические институты (послы должны стать инициаторами, а не банальными исполнителями). Сегодня в стране объективно есть лишь один человек, чей опыт, знания, международные связи и нестандартное мышление могут изменить чашу весов в нашу сторону – это президент Армен Саркисян (глобальный армянский «джокер»). Достаточно сказать, что он единственный армянский политик, который благодаря своей репутации и связям был принят госсекретарем Майком Помпео и за год пребывания на своем посту успел провести встречи с представителями мировых элит на Западе и Востоке. Будучи глубинным государственником-философом, он в своих заявлениях и интервью касается крайне важных и принципиальных тем, связанных с квантовой политикой, транснациональными сетями и сетевым влиянием стран и народов в меняющемся мире.

Если бы президент имел необходимые полномочия в направлении международной политики, мы могли бы не беспокоиться за наш внешний фронт. Если власть – это самоцель, то ею можно не делиться, но если она – инструмент реализации государственных и национальных интересов, то ее необходимо правильно делегировать. Что же власть значит для новых элит? Скоро узнаем.

Арег Галстян, кандидат исторических наук, американист, эксперт Российского совета по международным делам (РСМД), специально для «НК»

Добавить комментарий

Plain text

  • HTML-теги не обрабатываются и показываются как обычный текст
  • Адреса страниц и электронной почты автоматически преобразуются в ссылки.
  • Строки и параграфы переносятся автоматически.