«Великая немая»: традиции и современность армянской пантомимы

20 августа, 2019 - 19:34

На заре кинематографа его называли «Великий немой». Но прогресс быстро внес коррективы — в кино появился звук и определение осталось характеристикой момента в истории. В то время как пантомима, лежащая в основе общения людей еще в первобытные времена, никогда не потеряет статус бессловесного искусства. Навеки немая и великая.

Один мим может за несколько минут на сцене спрессовать время и прожить всю жизнь, может «размножиться» и изобразить нескольких людей, разыграв полноценную сценку с драматическим сюжетом, и не только людей, но и предметы, и явления природы. Находясь на маленьком пятачке сцены без декораций, он оперирует пространством, оказываясь то там, то здесь, сжимая его и жонглируя им в зависимости от драматургии его немой истории. Погружение в символы и аллегории — всё это возбуждает, развивает фантазию зрителя и не дает ей расслабиться, вызывает ассоциации, заставляет работать органы восприятия, чувства, мысли — ведь в пантомиме нет вербальных подсказок, в отличие от того же драматического театра, и зритель включен в действо, ежесекундно следуя за полетом мысли актера и разгадывая смысл его действий, исполненных условностями и художественными образами, где нет случайных, проходных жестов и каждый нюанс — это штрих, мазок, из последовательности которых рождается целая картина, которую предстоит прочитать и услышать зрителю.

Это без преувеличения высокое искусство, притягивающее людей на глубинном уровне. К тому же из-за отсутствия языкового барьера оно интер-, вернее, наднационально. Язык тела понятен всем, хотя каждый народ вносит в него свои, присущие исключительно ему интонации.

Армении, стране с глубочайшими культурными традициями, этот вид искусства близок и в некотором роде возведен в ранг государственного — именно этот статус имеет Ереванский театр пантомимы, основанный 45 лет назад, вскоре после смерти одного из корифеев жанра — Леонида Енгибарова, которого сам Марсель Марсо называл гениальным его представителем.

Более 20 лет Государственным театром пантомимы руководит режиссер-постановщик, заслуженный деятель искусств Армении Жирайр Дадасян, для которого Енгибаров, чей вклад колоссален не только в армянскую, но и в мировую пантомиму, ассоциируется со светом и добротой, а глубинные национальные традиции жанра — тема для изучения и воплощения на современной сцене. Будто историк-археолог, бережно смахивая налет времени и исторической конъюнктуры с найденной реликвии, он погружен в тщательный поиск корней, особенностей и нюансов армянской пантомимы.

Театр с успехом гастролирует по миру, получая признание и привозя домой награды. К примеру, в прошлом году на Международном фестивале античной драмы в Македонии за спектакль «Ардалион» труппа получила гран-при.

Совершенно естественно, что в нашей стране внимание к пантомиме нерядовое и стремление пропагандировать искусство пластической драмы — культурная потребность. Армения, идущая в авангарде развития и популяризации этого жанра, стала хозяйкой Международного фестиваля пантомимы им. Леонида Енгибаряна, организованного Ереванским театром пантомимы при поддержке Министерства образования, науки, культуры и спорта РА. С 11 по 14 августа он с успехом прошел в Цахкадзоре уже в седьмой раз.

Это значимое культурное событие привлекает коллективы из разных уголков мира. В этом году в фестивале приняли участие представители 7 стран — Аргентины, Ирана, России, Франции, Японии, Польши и Армении. Приехавшие артисты — юные и опытные, мастера «крупной формы» и представители уличной интерактивности варианта «лайт», коллективы и одиночки, завсегдатаи и новички. Кто-то из участников слабее, кто-то сильнее, но главное, что поток желающих приехать довольно мощный. В этом году было подано 20 заявок, из которых худрук и организатор фестиваля Жирайр Дадасян выбрал 6 иностранных участников. Участников может быть больше, фестиваль мог бы быть шире, разнообразнее и громче заявлять о себе в мире, если бы не пресловутая проблема скромного финансирования мероприятия. Некоторые талантливейшие артисты не могут себе позволить приехать на фестиваль за свой счет, а ведь в мире бытует практика материального участия — хотя бы частичного — приглашающей стороны. Мы будем надеяться на лучшее, на развитие и качественное расширение яркого международного культурного события, происходящего в Армении.

Но и в нынешнем формате фестиваль стал истинным праздником жанра. Апофеозом был показ спектакля «Охотники за бумагами» по мотивам романа Франца Кафки «Замок» знаменитого Вроцлавского театра пантомимы им. Генрика Томашевского. Это классическая, показательная пантомима и во всех смыслах изысканный спектакль, поставленный и сыгранный суперпрофессионалами мирового уровня.

Из соотечественников свои работы показали молодежная театральная группа Forma со спектаклем «Вай-вай» на актуальную тему ухода современных людей из реальности в гаджеты и катастрофической нехватке живого непосредственного общения, актриса Анна Варданян с моноспектаклем «Женщина», студенты курса пантомимы Государственного института театра и кино и, конечно, труппа Ереванского театра пантомимы — инициатора и хозяина фестиваля. Утонченная эстетика спектакля «Цветы зла» по мотивам стихотворений из одноименного поэтического сборника Шарля Бодлера, в 2000 году удостоенного Национальной премии «Артавазд» Союза театральных деятелей Армении, — это прекрасный образец современной армянской театральной пантомимы и творчества Жирайра Дадасяна.

Главное — это аура, соответствующее настроение и праздник для всех: и для продвинутого зрителя-ценителя, который из раза в раз приезжает в Цахкадзор, и для случайного — к примеру, для туристов, и для семей с детьми. Каждый фестивальный день кроме сценических постановок проходили уличные, с живым общением с аудиторией. В этот раз у публики, особенно самой юной, вызвала теплую симпатию участница из Японии с псевдонимом Мими — она устроила настоящий праздник для детей на площади Братьев Орбели, вовлекши их в процесс надувания гигантских мыльных пузырей. Пусть он не имеет отношения к пантомиме, но это тоже далеко не лишняя часть шоу.

Надеждами и планами на будущее «отец-основатель» фестиваля делится еще до закрытия нынешнего мероприятия: «Если нам прибавят финансирование, то мы сделаем фестиваль более „цивильным“, аккуратным, чтобы зритель чувствовал себя более комфортно. Прекрасно, что наш фестиваль проходит не в Ереване — культуру надо выводить за пределы столицы. Мы хотим распространить фестиваль и на другие города Армении, разумеется, оставляя Цахкадзор его столицей — именно здесь, на площади Цахкуняц, на нас смотрит наш бессменный и главный зритель — бронзовый Леонид Енгибаров. В этот раз впервые несколько спектаклей было сыграно на замечательной открытой площадке в Дилижане».

Важность пропаганды и развития пантомимы в Армении разделяет замминистра образования, науки, культуры и спорта Ара Хзмалян: «Мы придаем большое значение мим-арту. Считаю, что искусство профессиональной пантомимы в образовании и в театральном мире должно быть на переднем крае», — сказал он на пресс-конференции перед открытием фестиваля.

На закрытие приехал большой друг фестиваля, актер, телеведущий, автор передач о Леониде Енгибарове Карен Кочарян. «За последние 30 лет наша культура так пала, что ее надо не просто восстанавливать, а заново строить, основываясь, конечно, на наших глубоких и многочисленных традициях. Пантомиму, как и другие театральные жанры, надо пропагандировать начиная со школы. Прекрасные традиции — школьные театры. В ереванскую школу им. Пушкина, где я учился, приходили известные артисты и помогали в постановках. Сегодня нужно направить наших деятелей культуры в школы».

Сейчас на спектаклях театра пантомимы вряд ли бывает аншлаг, но зритель, который приходит, это качественный зритель. Безусловно, сказывается отсутствие у театра своего дома — собственного помещения. Ютиться в ТЮЗе, пользуясь сценой, не предназначенной для спектаклей жанра пластической драмы, — всё это не способствует привлечению зрителя, тем более молодого. «Я очень хочу, чтобы наш театр пантомимы был на вершине популярности, — говорит Карен Робертович, — ведь это будет иметь огромное значение для воспитания культуры и вкуса зрителя».

«У нас нет собственного здания — вот в чем вопрос, — возвращается к проблеме Жирайр Дадасян. — Пантомима — это не драматические спектакли, и зал должен иметь некоторые особенности. Сцена, отстоящая далеко и высоко от зрителя, нам не подходит. Пантомима предполагает более тесный контакт с аудиторией. Нужен камерный уютный зал именно для спектаклей такого жанра».

Недавно Комитет по градостроительству объявил тендер на реконструкцию здания театра пантомимы. Государство обещает добавить недостающие средства. Вроде бы опять можно выдохнуть — в конце туннеля забрезжил свет и новоселье театра пантомимы не за горами. Правда, Дадасян хотя и преисполнен надежды, но рекомендует начинать радоваться тогда, когда на территорию войдет первый рабочий и приступит к своим обязанностям.

Помимо самого театра, в репертуаре которого ряд интересных, самобытных спектаклей пластической драмы, основанных на национальных корнях армянской пантомимы, ярким примером пропаганды в Армении этого жанра как высокого, элитарного искусства, но при этом искусства для всех, является этот фестиваль. «Кроме того, у нас есть цикл выездных лекций с видеоматериалами, которые я провожу в разных местах, в том числе и в регионах. Это лекции об армянском театре, армянской пантомиме, о традициях, берущих корни из средневековья. Недавно, например, мы были в женской колонии. Помимо визитов к взрослой аудитории, мы устраиваем мастер-классы и показы для школьников разных городов Армении, — делится Жирайр Дадасян. — В новом помещении, кроме самого театра, мы хотим создать центр развития пантомимы. Там будет работать студия, и молодые будут экспериментировать, и пойдут разного рода процессы, нацеленные на выявление новых средств выражения в этом жанре.

Мы занимаемся практическими экспериментами, которые исходят от миниатюр, от музыки, от армянской архитектуры (например, форма квадрата, исторически используемая в нашей в архитектуре, характерна и для пластического движения), и, основываясь на этом, мы пытаемся создать чисто армянскую пантомиму. Примером служит наш спектакль об анийском военачальнике XIII века „Шераник“, постановку которого я делал, отталкиваясь от миниатюр Ахпатского евангелия, иллюстрированного в Ани.

Конечно, в те времена церковь не приветствовала развитие жанра, и в исторических документах нам приходится читать на эту тему между строк, но мимы в Армении были. Мимы с масками изображались на средневековой армянской миниатюре. В XIII веке стены роскошной трапезной киликийского короля Хетума II были украшены тройными масками (եռադիմակ)». Именно ерадимак станет символом на здании ереванского театра пантомимы.

«Но мало кто знает, что история пантомимы в Армении берет начало еще в I веке до н.э.», — продолжает режиссер-постановщик, делая занимательный экскурс в историю. В знаменитом сатирическом эпосе Франсуа Рабле «Гаргантюа и Пантагрюэль» герой (Пантагрюэль) говорит: «Я прочел у одного ученого красноречивого писателя, что армянский царь Трдат во времена Нерона посетил Рим, где был принят с почетной торжественностью и большой пышностью, дабы удержать его вечным другом сената и римского народа. Не было достопримечательности в городе, которая ему не была бы показана. Перед отъездом цезарь преподнес ему бесчисленные дары и, кроме того, предложил ему выбрать то, что больше всего ему понравилось в Риме, причем император поклялся, что не откажет ему, чего бы он ни попросил». «Подари мне вот этого актера», — указал Трдат на мима. Нерон удивился: «Зачем он тебе?» «Он показывал без слов такие вещи, и я всё понимал, — ответил Трдат. — В моей стране под моим владычеством живут народы, говорящие на разных языках, и для того, чтобы отвечать им и говорить с ними, мне приходится держать много переводчиков. А этот актер может их заменить — я скажу, он покажет, и всем будет понятно». Так «подарок» Нерона стал первым мимом в Армении.

Пантомима — жанр богатый, своеобразный, охватывающий другие виды сценических искусств. Театр пантомимы интеллектуален, это театр мысли, эмоции, воображения. Он философский, роднит пантомиму с притчей или басней. Пожалуй, более чем другие жанры он учит мыслить образами, имеет особую пользу в развитии гармоничной личности и многомерного восприятия окружающего мира.

Древнее и новое, элитарное и демократичное, немое и звучащее, аскетичное и богатое — искусство с простыми и уникальными выразительными средствами, возможностями передачи и разгадки информации, позволяющее считывать и обрабатывать тончайшие вибрации души, стимулирующее рецепторы восприятия, воспитывающее и облагораживающее. Всё это пантомима — искусство, ставшее одной из визитных карточек страны, без которого невозможно представить ее многообразный культурный фон. Поэтому театру — быть, фестивалю — быть, повышению уровня художественной зрительской культуры — быть. По-другому в Армении быть не может, не правда ли?

Евгения Филатова, блогер, редактор (Армения)

Добавить комментарий

Plain text

  • HTML-теги не обрабатываются и показываются как обычный текст
  • Адреса страниц и электронной почты автоматически преобразуются в ссылки.
  • Строки и параграфы переносятся автоматически.