«Я тебе один умный вещь скажу». Почему Фрунзик Мкртчян так рвался к смерти

4 июля, 2020 - 11:05

Его герои вызывали у зрителей приступ хохота. При встрече с ним люди улыбались. Кажется, он и родился-то, чтобы смешить: огромный даже по армянским «меркам» нос, озорные глаза... А он был глубоко несчастным человеком, с трагической судьбой.

4 июля Фрунзе Мкртчяну исполнилось бы 90 лет. Но он ушёл в другой мир в 63. Недожив. Недоиграв. Недолюбив... Советские зрители мало знали о личной жизни актёров. Пользовались слухами, домыслами. Главной была любовь к тем, кто дарил с экрана радость. А уж Фрунзик это умел, как никто. И фразочки смешные часто сам придумывал — режиссёры позволяли импровизировать. Помните? «Ты же всё-таки не козу получаешь, а жену!», «Я тебе один умный вещь скажу, но только ты не обижайся», «Такую личную неприязнь я испытываю к потерпевшему, что кушать не могу», «Спасибо, я пешком постою», «Я тут так хохотался», «Эти „Жигули“ чем думают, я не знаю»... Многие цитаты у поклонников кино и сегодня в ходу.

Счастье рядом

Дядя Нины — Джабраил в «Кавказской пленнице» Леонида Гайдая, шофёр Рубик Хачикян в «Мимино» Георгия Данелии, Сурен в «Мужчинах» Эдмонда Кеосаяна, грустный разбойник в «Айболите-66» Ролана Быкова, новоиспечённый муж Вартан в фильме «Одиноким предоставляется общежитие» Самсона Самсонова, Борис Иванович в картине «Суета сует» Аллы Суриковой... Мкртчян играл и главных героев, но чаще ему доставались небольшие роли, даже эпизоды. А проживал он их так, что зрителю и пары минут хватало, чтобы посмеяться от души.

Стоит ли говорить, что в Армении Фрунзик-джан был национальным героем (в нескольких городах ему установлены памятники, именем артиста названы улицы). Его любили все! Портреты Фрунзе Мкртчяна висели в кабинетах высоких начальников, прохожие, увидев его, начинали аплодировать. Продавцы на рынках готовы были дарить артисту фрукты-овощи. А однажды, говорят, Фрунзик вернулся из Сочи, не потратив там ни копейки, — ему всё предоставили бесплатно. Даже в Кремль, куда он приехал получать Госпремию СССР, его пропустили без паспорта.

Популярность была необыкновенной, народная любовь — безмерной. Никто и подумать не мог, что смеялся Фрунзик сквозь слёзы.

Вся жизнь его была как будто вопреки. С самого начала. Родители едва спаслись от геноцида — их, 5-летних, нашли на дороге и отвезли в детдом. Они выросли, поженились и устроились на текстильный комбинат в Ленинакане (сейчас Гюмри): он — табельщиком, она — посудомойкой в столовой. Родили четверых детей. Но жили бедно. Как многие, впрочем.

На комбинате было нормой — перед уходом домой работники обматывали ноги бязью. «Так делали все: выносили ткань и продавали, — рассказывал мне в интервью брат Фрунзика Альберт. — Иначе было не выжить — платили копейки. Но однажды отца арестовали — отправили в тюрьму, потом сослали в Нижний Тагил. Очень тяжело было. Мы бегали к маме, к раздаточному окошку, чтобы получить варёную картофелину или кусок хлеба. Часто ели раз в день. Что Бог пошлёт...»

Жизнь без отца заставила Фрунзика рано повзрослеть. В 15 лет он устроился помощником киномеханика и... понял, что счастье где-то рядом. Киномеханик отвёл парня в театральную студию. Но когда несуразный мальчик с большим носом впервые вышел на сцену, зал взорвался от хохота. Фрунзик сначала расстроился, а потом понял: не каждому дан талант смешить.

Страшный диагноз

Отец был против актёрства. Мечтал, чтобы Фрунзик продолжал рисовать, — он любил его портреты, карикатуры. Но успел увидеть сына на сцене — в клубе текстильного комбината. Вернувшись домой, он молча подошёл к Фрунзику, снял ботинки и упал к его ногам. Принял выбор сына. Только о популярности не узнал — умер в 51 год. Мать застала первый успех Фрунзика, но вскоре тоже ушла в другой мир. К тому времени Мкртчян, пережив несчастную любовь (на однокурснице Кнаре не разрешили жениться её родители), создал семью с Донарой Пилосян (в «Кавказской пленнице» она сыграла супругу Джабраила). Они вместе служили в театре, воспитывали детей, любили и были счастливы.

Беда пришла, откуда не ждали. Фрунзик стал замечать, что Донара чудовищно ревнует. Она придиралась по пустякам, устраивала скандалы, подозревала мужа в неверности, кричала, била посуду... А дети меж тем сидели грязные и голодные. И чем дальше, тем хуже. Фрунзик готов был днями и ночами гулять по городу, лишь бы не возвращаться домой.

Друзья посоветовали показать Донару врачам — диагноз его чуть не убил. Шизофрения прогрессировала. Фрунзик искал лучших докторов в СССР и за границей, тратил все деньги, возил любимую по клиникам. Но, когда понял, что сын унаследовал от жены тяжёлую болезнь, опустил руки. Он и раньше любил выпить. А тут просто топил горе в вине. Георгий Данелия на съёмках «Мимино» даже пригрозил: не завяжешь — возьму вместо тебя другого. Фрунзик продержался 10 дней. Потом начались проблемы с печенью. В больнице он пережил клиническую смерть...

Старая кукла-марионетка — ей актёр открывал душу. Два оставшихся накомодных слоника, которые должны были бы принести счастье; кинжал, оставшийся от съёмок фильма «Приключения Али-Бабы и сорока разбойников»; связка ключей от гостиничных номеров в разных городах... — эти вещи сегодня в музее Фрунзика Мкртчяна в Гюмри. Актёр любил их, играл с ними, как дитя. И эта любовь, конечно, была замещением — механизмом психологической защиты.

Не сойти с ума

Он пытался спастись. Как Мюнхгаузен — вытащить сам себя из «болота». Чтобы не сойти с ума от боли, горя, одиночества. В глазах уже не было озорства, они были полны грусти.

Фрунзик развёлся с Донарой (последние 25 лет она провела в клинике для душевнобольных). Попытался найти счастье ещё раз. И опять не получилось: брак с Тамарой Оганесян продлился всего год. «Такая у человека судьба. Чёрная», — скажет мне при встрече директор музея в Гюмри Шогик Мелконян.

С конца 1980-х Мкртчян уже не снимался — режиссёры боялись связываться с пьющим актёром. Из театра, в котором прослужил 35 лет, он уволился, обидевшись, что главным режиссёром назначили не его. Создал свой. Но справиться с вредной привычкой не смог. «Он желал смерти, рвался к ней, жестоко гася в себе жизненные инстинкты, — считал Альберт Мкртчян, теперь уже тоже покойный. — Его погубило не время, не пристрастие к вину, нет... Он сознательно шёл к погибели, не в силах пережить болезнь сына и жены».

Фрунзик Мкртчян смешил зрителей много лет. И даже на тот свет ушёл, как пошутил: хоронили артиста в Ереване в Новый год. Друзья накрыли его легендарной дублёнкой из «Мимино» с торчащим из кармана носовым платком. А проститься с народным любимцем пришли тысячи поклонников...

Добавить комментарий

Plain text

  • HTML-теги не обрабатываются и показываются как обычный текст
  • Адреса страниц и электронной почты автоматически преобразуются в ссылки.
  • Строки и параграфы переносятся автоматически.
CAPTCHA
Тест для фильтрации автоматических спамботов
CAPTCHA на основе изображений
Введите код с картинки