С заботой об армянских пенсионерах

Недавнее обсуждение в парламенте итогового проекта бюджета на 2026 год, возможно, и прошло бы почти при полном единогласии, если бы не выступление премьер-министра Армении Никола Пашиняна, заявившего, что приоритетом для правительства теперь является экономическая активизация пенсионеров за счет новой программы занятости.

      На фоне поощрения сотрудников госаппарата за результативную работу в первом полугодии 2025 года в размере 9 млн долларов, премьер почему-то озаботился вопросом эффективного использования пенсионерами своей пенсии в случае ее повышения на 10 400 или 11 000 драмов в месяц. «У нас сложилось мнение, что 63 года — это пенсионный возраст, хотя в XXI веке 65, 70 или 75 лет разве возраст? Жизнь не заканчивается, она только начинается. И я предлагаю взглянуть на это с другой стороны. Является ли 63 года лучшим возрастом для открытия малого и среднего бизнеса? Ведь кто лучше 63-летнего человека с жизненным опытом и профессиональными навыками разбирается в жизни и работе?», — заявил премьер, предложив пожилым людям не рассчитывать только на государственные выплаты, а искать себя в бизнесе. Подобное заявление с высокой трибуны не могло не аукнуться широким резонансом в экспертном сообществе и масс-медиа, указывающих, что данная инициатива не учитывает возрастные ограничения и реальные экономические условия, особенно для тех, кто не имеет стартового капитала или соответствующих навыков. Кстати, это не первая попытка Пашиняна контролировать личный кошелек пенсионеров. Ранее он уже возмущался итогами отслеживания безналичных покупок «любимых бабушек и дедушек», которые тратят свои пенсии на «нецелевые» приобретения, связанные с покупкой сигарет или бензина для внуков. Заявление тогда было встречено негативно со стороны людей старшего возраста, а спектр словесных отзывов колебался от изящного «не комильфо» до просторечного «а какое его дело?». Странным образом эта ситуация не касается премиальных поощрений 220 тысяч госслужащих. Видимо, именно 500 тысяч пенсионеров, как наиболее социально уязвимая и безответная часть населения, висят на правительственной шее финансовым грузом, от которого стараются избавиться как можно скорее, считает эксперт по экономическим вопросам Роланд Мартиросян.

        Кстати, опрос на улицах города самих пенсионеров также показал их скептическое отношение к новой идее родимого правительства. «Это изначально провальный прожект. Я всю жизнь проработал учителем и, надеюсь, сеял разумное доброе, вечное, как бы пафосно это не звучало. Но сегодня по состоянию здоровья ушел на пенсию. Никогда не занимался бизнесом, а потому переламывать себя на старости лет под новые веяния просто не представляю возможным. Пусть лучше откроют новые рабочие места в соответствии с нашими физическими возможностями. С моим жизненным опытом и знаниями я бы мог бы поработать, например, где-нибудь в профильной госструктуре. Так ведь не примут туда пенсионера», — саркастично резюмировал он. Аналогичного мнения придерживается и его собеседница, отметившая свою принадлежность к «касте белых воротничков», а потому не державшая в руках ничего тяжелее шариковой ручки. «Я хороший исполнитель, а не лидер, поэтому не смогу быть бизнес-леди, даже в статусе индивидуального предпринимателя. Никогда не вела бухгалтерии, кроме собственного бюджета. Вовлечение в новую сферу деятельности будет большим стрессом и, соответственно, новыми расходами на медицину. Мне бы без лишних волнений со своим здоровьем разобраться. А Пашинян еще спрашивает, куда мы лишнюю десятку потратим», — говорит она.

        Правда, в ноябре текущего года на заседании правительства был одобрен законопроект «О всеобщем медицинском страховании», по которому ожидается, что число лиц, ранее не обращавшихся за медицинской помощью из-за финансовых проблем, сократится примерно на 30 процентов. Однако, даже в таком виде без четких критериев и расчетов, он был «скорректирован» министром здравоохранения Анаит Аванесян, отметившей на заседании парламентской комиссии по вопросам здравоохранения, что реализация идеи потребует дополнительных государственных расходов. А поскольку бюджет на следующий год уже утвержден, то данные инициативы могут быть рассмотрены при формировании бюджета лишь на 2027 год. Как написал на своей странице в соцсети основатель движения «Армения 2026» Нарек Манукян, теневой оборот и механизмы откатов, действующие в сфере здравоохранения годами, стали общеизвестной реальностью, о которой все знают, но не говорят. «В таких условиях введение обязательного страхования — не реформа, а очередная схема хищения средств у граждан. Политическая истина сурова, но проста: без полной реформы системы здравоохранения обязательное страхование становится пиар-шоу, а не реальной реформой, реализуемой государством», — считает он.

   Снивелировать ситуацию попытался премьер, вернувшись к теме злополучных 10 тысяч драмов. «Зачем нам давать людям эти деньги, чтобы они не знали, как эффективно использовать их для своего здоровья? Мы вкладываем их в медицинское страхование, создаем систему, в рамках которой пенсионер, по всей вероятности, получит услугу стоимостью не в 10 000 драмов, а возможно 20 000, 30 000, 40 000, 50 000, а может и 500 000 драмов», — заявил он, даже не заметив, что ключевым моментом в его речи остаются слова-паразиты — «по всей вероятности» и «возможно», цепляющие слух своей неопределенностью. При этом глава кабмина заявил, что с 1 января 2026 года пенсии в Армении увеличатся, хотя размер самой пенсии не будет меняться, так как это происходит за счет повышения до 20 процентов ставки кэшбэка. Причем, в отличие от фиксированных пенсий возвратный бонус в любой момент могут убрать, тем более число пенсионеров только за бархатный период увеличилось на 106 697 человек и, по прогнозам аналитиков, ситуация имеет тенденцию к росту. Как отметил Роланд Мартиросян, сегодня в стране около 100 тысяч человек получают минимальную пенсию, а у половины нет даже среднестатистической пенсии в 49 тысяч драмов. Попрекать пенсионеров этим мизером действительно не комильфо.  Властям уже давно пора понять, что пенсия выдается не из личного кармана чиновника, а гарантирована Основным Законом государства – Конституцией, поэтому и заботиться о достойном обеспечении пенсионеров обязано государство.

       В оппозиционном лагере считают «увеличение» размера пенсий за счет кэшбэка популизмом и манипуляцией, за которыми кроется провал Программы правительства на 2021-2026 годы, где было обещано довести минимальную пенсию до уровня продовольственной корзины (44 тысячи драмов) и среднюю – до потребительской в 81 тыс. драмов. Но поскольку 65 процентов семейного бюджета приходится на коммунальные услуги и питание, то пенсионеры остаются в зоне самых социально неблагополучных слоев населения. «К сожалению, «коммуналка» не входит в систему кэшбэка. Поэтому оставшаяся после оплаты света, воды, мусора и прочих выплат сумма слишком мизерна при моей минимальной пенсии, чтобы почувствовать кэшбэк. Это всего лишь 2-3 тысяч драмов. В лучшем случае. Ну и где вы видите обещанное 20-процентное повышение пенсии?», — задается вопросом одинокий ветеран труда, который с трудом выживает на 300-500 драмов в день, перебиваясь, по его собственным словам, с хлеба на воду. Хотя минимальная продовольственная корзина включает в себя набор калорий не только из хлеба, но также картофеля, мяса, рыбы, овощей, фруктов, растительного масла, сахара, молочных продуктов, яиц. Впрочем, важна не только номенклатура продуктов, но и их количество. Однако, суточная норма потребления 30 г рыбы или половинки яйца из нашей продуктовой корзины дают полное представление о том, как выживают на 500 драмов в день около 100 000 граждан Армении с минимальной пенсией в 36 тысяч драмов. Достойно жить на заслуженном отдыхе армянским пенсионерам только снится, поэтому многие из них в возрасте от 63 лет и выше продолжают работать, порой не на самых легких производствах. Хотя Пашинян делает вид, что заботится об активном старении пенсионеров.

Бедность нужно преодолеть работой, считает он. Но в той же Европе, куда с недавних пор взял политический курс официальный Ереван, пенсионный возраст ограничен в основном 65-тью годами с достойным финансовым обеспечением, что позволяет пожилым людям путешествовать, нянчиться с внуками, читать книги, смотреть фильмы, участвовать в спортивных мероприятиях. Исключение составляет Дания, где пенсионный возраст наступает в 70 лет. Но то Дания, где ее процветание определяется известной формулой заботливого отношения общества к старшим и их благополучием. Это одна из самых успешных стран мира, которая благодаря сильной социальной системе, бесплатному здравоохранению и образованию, равенству, безопасности, высокому ВВП и развитой демократии, неизменно занимает высокие места в международных рейтингах по качеству жизни, счастью и развитию. Армения тоже лидирует, но только в последних строчках мировых опросов по качеству жизни и счастья.

По мнению руководителя аналитической платформы «Tvyal.com» Агаси Тавадяна, никаких серьезных изменений не произошло, просто богатые стали еще богаче, а бедные еще беднее. Да и обещанные плюшки при галопирующей инфляции не будут иметь той значимости, которую пытаются представить власти. Сетевая общественность оказалась более категоричной, отметившись призывом к правительству: «О бедном пенсионере замолвите слово».  С сарказмом предложили возвращение к варварской традиции геронтоцида, которая практиковалась у древних германцев, японцев, австралийских аборигенов, и даже в Древнем Риме и Греции. «Понятно, что в суровых условиях выживания, обычай избавления от ставших обузой немощных стариков, был связан с голодом, болезнями, межплеменными распрями, — написали пользователи сети. – Но сегодня с нашими согражданами пенсионного возраста государство поступает аналогично, обрекая их на голод и смерть. Неужели в XXI веке у Армении утеряны национальные традиции уважения к взрослым? Или у нас перестали уважать почтенную старость? Теперь вместо достойного отдыха, пенсионеров заставляют работать, поскольку стабильное повышение мизерной пенсии со стороны государства не предусмотрено даже в обозримом будущем. Особенно обидно за одиноких людей. Страшно представить, как они выживают в условиях современного геронтоцида».

Марина Оганян