Пожалуй, правильно было бы начать этот разговор с казни в 1535 году сэра Томаса Мора, автора «Утопии», государственного деятеля, философа, писателя-гуманиста. Но это дело историков, хорошо знающих истоки европейской и английской Реформации и её последствия. Если честно, я не понимаю, как можно было быть противником Реформации, критиковать Мартина Лютера и при этом причисляться к писателям-гуманистам? Мне кажется, что здесь есть большой клубок противоречий, какие только бывают в переходные времена. О гуманизме хорошо сказал Эразм Роттердамский, который будучи сам одним из мыслителей этого направления, но при этом христианином, отлично понял его природу: «Гуманизм – это возрождение язычества».

Для меня важно зафиксировать здесь две вещи:

В 1966 году Фред Циннеман снял по одноимённой пьесе Роберта Болта про Томаса Мора замечательный фильм «Человек на все времена». Как бы в пику антониониевскому «Фотоувеличению», снятому в том же 1966 году, свингующему Лондону и активному переформатированию английского среднего класса, которое началось после того, как Великобритания пережила 1950-е — тяжелейшие голодные послевоенные годы.

И вторая вещь, которая для меня понятна: дело Эпштейна — это верхушка айсберга. Она венчает те деструктивные процессы, которые и начались в Англии после смерти на гильотине сэра Томаса Мора. Понимал он не только то, к чему может привести раскол в католической церкви, но и глобализация экономики.

Это небольшая преамбула. А разговор пойдёт о более поздних событиях.

Мне несколько лет назад довелось познакомиться с православной матушкой, супруг которой окормлял одну европейскую общину. В тот год они выехали из Западной Европы, не выдержав сгущающегося морока. Разговор коснулся и одного английского городка, где проживают отставники и там разгул наркомании такой, что молодые девушки и парни, даже подростки, могут валяться на улице, на автобусных остановках, где и застал их кайф…

Впрочем, я не очень удивилась этому, зная, что с началом СВО в Великобритании усилилась накачка сатанизмом и оккультизмом молодёжной среды. И, как мы увидели, глобалисты сломали не только старушку Англию, веками «гадящую» России, православию, восточным христианским церквям, но и долго державшуюся на крепкой традиции Ирландию, представительница которой Bambie Thug в 2024 году закатилась на Евровидение с рогами и в адских татуировках на молодом женском теле.

Всё это набирало силу ещё в 1960-е гг. 1965-69 годы — это время начала переформатирования английской молодёжи, создания кумиров, употребляющих психоделики, первых альбомов «Пинк Флойд». А Боуи как раз в 1968 году порывает с Гермионой Фартингейл, чтобы начать свои «эксперименты», символично завершившиеся оккультным альбомом «Чёрная звезда» и его смертью.

У меня на столе лежит книга «Положение армян в Турции до вмешательства держав в 1895 году». Издана она была в Москве в типо-литографии Высочайше утвержденного Т-ва И.Н. Кушнерева и Ко в 1896 году. Вы скажете, а причём здесь геноцид армян, смерть Томаса Мора, Боуи, слетевший с катушек Сид Барретт?

Не слишком много ты кладешь в эту реторту?

Нет, не слишком.

Автором одного из главных текстов, попавших в эту книгу в год воцарения Николая II, стал сам британский государственный деятель Уильям Гладстон. В сборнике напечатана его речь, произнесённая 26 июля 1895 года на публичном митинге в Честере в защиту «одного из старейших народов христианской цивилизации и самых мирных, предприимчивых и рассудительных народов на свете».

Гладстон не был в Великобритании единственным государственным или общественным деятелем, кто выражал яркий протест против геноцида армян в Османской империи. Но, безусловно, стал самым пассионарным из них, боровшийся за правду до самой смерти, находясь уже в преклонном возрасте. Но он ещё в 1878 году проиграл британо-иудейскому капиталу и стратегии Дизраэли, который вернулся с Берлинского конгресса триумфатором. А Гладстон вернулся на родину, чтобы быть заклеймённым «русским агентом». Хорошо об этом пишет Марк Алданов в романе «Истоки».

А Бенджамин Дизраэли ехал в Берлин уже триумфатором.

Гладстон прекрасно знал содержание секретной англо-турецкой конвенции от 4 июня 1878 года. До Берлина, где должны были переиграть итоги победоносной русско-турецкой войны, зажать Россию в изоляции, отнять у неё армянонаселённые земли — Баязет и Алашкертскую долину, заселив их курдами (сам престарелый Горчаков охотно всё сливал), англичане и затащили удручённых турок на кипрскую двусторонку.

И через несколько дней англичане нанесли удар по русским, зашатавшейся дипломатии Александра II, да и по самим туркам. Вторые так этому британскому «покровительству» были «благодарны» (ведь англичане взамен бескровно взяли Кипр, а турки помимо прочего получили курдский очаг напряжённости), что в Первую мировую войну выступили на стороне немцев.

Как оказалось много позднее, удар был нанесён и по английскому народу. Именно этого боялся Гладстон, понимая, что геноцид армян — это мина быстрого действия для армян и русских и замедленного — для самих англичан. Был ли он русофилом и армянофилом? Нет, он был подлинным сыном своего народа.

Так что послужило тараном для удара по населению Западной Армении, Российской империи, всей Османской империи, взлетевших на воздух, да и по самим англичанам тоже?

Однозначно: иудейский капитал, который вслед за Голландией всё сильнее и сильнее опутывал экономику Великобритании, заставляя христианский народ, пусть и давно оторванный от Рима, поклоняться золотому тельцу.

А ведь какая-то правильная российская государственная сила пыталась направить стратегию Николая II на укрепление цивилизационных ценностей, а не рыночных! Но сама империя стремительно сдавалась в концессию и во владение либеральному кругу, который ещё при Александре II могли сломать государство, но процессы эти смог подморозить Александр III, откровенно не любивший иноверцев. Правда, его контрреформы ещё сильнее раскачали страну, и ненависть лагерей по отношению друг к другу усиливалась с каждым днём.

Гладстон умер через два года после воцарения последнего Романова. Знал ли он, каким будет его конец? Думаю, знал.

Знал ли он, каким будет конец английского национального государства и великой культуры? Безусловно. А поэтому не надо удивляться тому, что брат английского короля замешан в чудовищных преступлениях против детей. А премьер-министр Великобритании Кир Стармер назначил послом в США Питера Мандельсона, который был связан с Эпштейном.

Валерия Олюнина