Вышел двенадцатый выпуск Книжной серии «ДИАЛОГ», представляет сборник поэзии, поэтических переводов, воспоминаний и статей известной писательницы, художницы и культуролога Нины Габриэлян «Это сладкое бремя – душа».

Учредитель Книжной серии «ДИАЛОГ» и меценат издания книги Юрий Людвигович Навоян.

Тяжёлая новость о том, что скоропостижно ушла из жизни от неожиданно обнаруженного заболевания крови Нина Михайловна Габриэлян, ударила всех нас, как острый нож. В это было невозможно поверить, ведь ещё в конце декабря она собирала нас в Культурном центре Союза армян России на обсуждение проектов 2026 года. Она была, как всегда, оживлённа, в тонусе, старательно вносила в свою записную книжку каждое дельное предложение участников встречи. И потом ещё в эти месяцы мы писали ей, сообщали о громких юбилеях армянских творцов, создававших вместе с русским народом великие культурные пласты.

О том, что вышла так долго ожидаемая книга «Это сладкое бремя – душа» с её картиной «Медитация» на обложке (2011 г., собственность Музея русского лубка и наивного искусства. Галерея Ильи Глазунова), написала ей я, спросив, когда же будет презентация. Она скромно умолчала об этом, но уже готовясь к этому последнему переходу… В последние недели она писала о своих ушедших друзьях: прозаике, переводчике поэзии и эссеисте Юрии Михайловиче Денисове, поэтессе, переводчике Ольге Олеговне Чугай… А одним из первых стихотворений, открывающим пятый сборник, стало это:

***

Не тороплюсь, оно само придёт.

Я возвожу не храм, но лишь ступени.

Не тороплюсь, придёт и мой черёд

Катиться вниз и обдирать колени,

И собственною тяжестью своей

Подмять свою же хрупкую основу,

Чтоб из раздробленных своих костей

Собрать себя – себя другую – снова.

Всё это будет, будет, а пока

Ещё не вечер, и не пали тени,

И нету стен, и нету потолка,

Я возвожу не храм, но лишь ступени.

Мы не были с ней близки по жизни, к тому же принадлежали к разным поколениям, но поскольку в эти годы работали на труднейшем, но и счастливейшем армяно-российском поприще, часто сталкивались с ней на разных культурных площадках. Доводилось мне делать видеосюжет с командой Межнационального телевидения (проект Александра Нехорошева и Леонида Иоффе) об одной из её выставок, которая проходила в 2016 году в музее «Тапан» при Епархии ААЦ. Опять же с Леонидом Ефимовичем я и Нина Михайловна были в МЭИ на встрече со спасателями, работавшими в зоне землетрясения в феврале 1988 года. Представляла она в Союз армян России и нашу с Павлом Джангировым книгу «Каро Алабян. Власть факта». Ей удалось в эти годы значительно поднять планку культурных проектов, авторитет Нины в разных сферах культуры был очень высок, её ценили как художники, так и литераторы. Но она сама, год от года только становясь красивее, со своим глубоким, низковатым голосом и благородными манерами, никогда не несла себя в этом мире высоко, в отрыве от тех, кто был ей не вполне соразмерен. Более того: в ней сидела маленькая смешливая девочка, которая ещё с детства научилась стойко преодолевать жизненные и бытовые трудности вместе со своими родителями, будучи дочерью советского армянского офицера, служившего в Военно-воздушной Академии имени Н.Е. Жуковского. Одним из адресов её детства стала улица Красноармейская на «Динамо». Одно время и я здесь проживала. Раздел «Воспоминания» и посвящён её московскому детству и многолетнему общению с выдающимися деятелями армянской и русской культур: её старшему другу и учителю в живописи, художнику-нонконформисту Борису Отарову, его ближайшему ученику Юрию Александрову, поэту, переводчику и педагогу Евгению Винокурову.

Включены в книгу переводы из кабильской, курдской, малайской, армянской поэзии. Сегодня особенно важно учитывать не только то, что армянская интеллигенция всегда была рядом с русской (как в имперские времена, так и в советские). Ценно и то, что сама армянская ментальность вызрела на великих цивилизационных перекрёстках, за что армяне платили непомерную для других народов цену, щедро делясь своими приобретениями с жителями своей «контактной зоны», восточно-христианской цивилизации. Её переводы опубликованы более чем в 30 книгах. Стихи Нины Габриэлян переводились на армянский, грузинский, английский, французский, малайский, индонезийский, греческий, болгарский, сербский и польский языки, проза – на английский, французский, шведский, итальянский и арабский языки.

Не скрою, не сразу я нашла силы приоткрыть обложку этого трёхсотстраничного издания. Сборник из рук Юрия Людвиговича Навояна я получила одной из первых. Он сказал, что книга эта очень облегчила уход Нины из жизни. Она взяла её с собой в больницу. По счастью, «Это сладкое бремя – душа» стала прижизненным, сродни исцеляющей поэзии Григора Нарекаци, которую клали под подушку.

Валерия Олюнина