Еще совсем недавно сложно было представить, что турецкие режиссеры возьмутся за фильмы, затрагивающие тему геноцида армян.

Не только из-за политических разногласий, которые имеются между двумя странами и народами, но и в силу того, что большинство граждан турецкого происхождения не имеют какого либо представления о темных страницах своей истории. Однако определенные положительные сдвиги все же есть. Светская часть турецкой интеллигенции начинает проявлять интерес к Армянскому Вопросу. Многие интересуются, а куда же, собственно говоря, исчезли армяне Анатолии? Чаще всего такие вопросы задают турки, проживающие на Западе, в обществах, где открыто и ненавязчиво обсуждают болезненные темы. Как известно, в Германии имеется одна из самых больших турецких диаспор. Именно в этой европейской стране сложилась так называемая “новая турецкая интеллигенция”, которая отличается “передовыми взглядами”. В числе таких “передовых” деятелей можно назвать и Фатиха Акина.

Фатих Акин- немецкий режиссер турецкого происхождения этим летом на Венецианском фестивале представил свой фильм “Шрам”, который вызвал большой резонанс в мире кинематографа, вынуждая турецкие и армянские общества вести цивилизованную полемику вокруг событий 1915 года. “Шрам” – совместная продукция  нескольких европейских продюсеров. Ведущую роль в этом списке играют и российские продюсеры армянского происхождения Рубен Дишдишян и Арам Мовсесян.

Наш собеседник – основатель известной кинокомпании “Централ Партнершип”. В ноябре 2011 году он создал компанию «Марс Медиа Энтертейнмент», которая производит сериалы, телефильмы и художественные картины, занимая в данном сегменте ведущие позиции. В эксклюзивном интервью Рубен Дишдишян рассказал о том, как получил приглашение стать сопродюсером фильма турецкого режиссера, о своих впечатлениях после встречи с Фатихом Акином и о планах на будущее.

В Каннах - Рубену Дишдишяну позвонил режиссер Карл Баумгартен, и попросил прочитать сценарий фильма, затрагивающий геноцид армян. По сути, выбор Баумгартена не был случайным, так как французские и немецкие продюсеры целенаправленно искали коллег с армянскими корнями, чтобы развивать сценарий, учитывая и возможные пожелания армянской стороны. Рубен Дишдишян и Арам Мовсесян не только активно содействовали развитию сценария, но и занялись его корректировкой, а после в Риме состоялось подписание договора. По словам продюсера, перед первой встречей с турецким режиссером он испытывал волнение.

«Фатиха Акина не только в Германии, во всей европейской киноиндустрии знают очень хорошо. Он один из ведущих режиссеров, фильмы которого отмечены многочисленными призами на престижных международных фестивалях. Я заметил, что Акина в Германии знают не только представители творческой интеллигенции, но и обычные граждане. К нему подходили на каждом шагу и дружелюбно общались. Фатих не только талантливый режиссер, но и сильный человек, который сделал очень мужественный шаг. Он проложил тропинку к сложному пути примирения двух народов. Оценит ли Турция данный шаг это уже иной вопрос », — говорит московский режиссер.

События, происходящие в фильме “Шрам” начинаются с города Мардин, что сейчас находится на юго-востоке Турции. Этот город до геноцида армян 1915-21 гг. был населен преимущественно армянами, которые владели финансовыми, культурными, образовательно-просветительскими учреждениями. После геноцида все имущество армян было конфисковано. В живых из местных армян не осталось почти никого. А Мардин из суетливого и красочного города превратился в обычный курдский город с консервативным укладом жизни. По словам Рубена Дишдишяна, в частной беседе с Фатихом они затрагивали события прошлых лет. Однако в первые дни общения, турецкий режиссер старался не называть события тех дней геноцидом и повторял официальный тезис турецких властей ”была война и все граждане Турции стали жертвой этой войны”. Спустя некоторое время, взгляды Фатиха резко изменились, о чем он сам признается в своих интервью:  «Победить страх перед словом «геноцид» мне помогла книга журналиста Гасана Джемаля «1915 год. Геноцид Армян». До этого я пытался избегать употребления этого слова при обсуждении тех событий. Но, кажется, день ото дня становится легче говорить на эту тему. Табу десятилетней давности сегодня становятся слабее. И у меня есть друзья, люди искусства, создающие работы об этом. Есть прослойка турок, которые признают это, и она становится больше каждый день...».

«В Гамбурге Фатих Акин устроил для нас показ “Шрама”. Фильм затрагивает историческое прошлое двух народов и вполне отражает эпоху того времени. Картина эмоциональна, однако в непринудительной форме заставляет зрителя почувствовать переживания и ощущения людей, оказавшихся на грани истребления», — отмечает Рубен Дишдишян.

Примечательно, что отец турецкого режиссера является приверженцем ультранационалистических идей и поначалу турецкий режиссер боялся показать фильм консервативному отцу. А в Венеции Акин ходил с охраной и получал угрозы со стороны турецких националистов и исламистов. Однако к удивлению самого режиссера, глава семейства Акин после просмотра фильма положительно высказался о картине. Данный факт  позволил Фатиху Акину более усердно представлять фильм на разных международных площадках и экранах мира. В кинотеатрах Турции власти страны запретили показ фильма.

События начала XX века затронули многих армян мира. Для семьи Дишдишян геноцид  - личная трагедия. Родня продюсера по отцовской линии также происходит из Западной Армении, из города Зиле. Почти все родственники по отцовской линии были истреблены, а на месте армян Зиле турецкое государство поселило своих подданных из острова Крит и Балкан. Удивительным образом сталкиваются семейные судьбы армянского продюсера “Шрама” Рубена Дишдишяна и турецкого режиссера фильма Фатиха Акина. Семья Дишдишяна вынуждена была покинуть родовой очаг, город Зиле, а семья Акина обрела новый очаг в теперь уже бывшем армянском городе.

«С Фатихом мы будем сотрудничать и дальше. Тем более, с его стороны также есть заинтересованность в продолжение диалога с армянской диаспорой через кинематограф. Уже сейчас турецкий режиссер контактирует с армянами Франции и в планах налаживание отношений с представителями творческой интеллигенции Армении», — отметил российский продюсер.

Готов ли Рубен Дишдишян к критике? Ведь геноцид армян - чувствительная для армянского сообщества тема. На этот вопрос он в привычной для себя спокойной манере ответил: ”Я всегда готов к критике и осознаю, что зрители разные, тем более фильм, который затрагивает для нас армян трагические события 1915-21гг., не может вызывать однозначную реакцию”.

Граница между Турцией и Арменией по-прежнему остается закрытой. Анкара и Ереван по-прежнему  не контактируют. И только представители творческой интеллигенции делают осторожные попытки создания доверительных отношений между сторонами. Фильм  “Шрам” еще одна попытка продемонстрировать интерес к историческому прошлому, понять и переосмыслить события столетней давности. В конце концов, раны заживают, а шрамы остаются.

Интервью - Армана Акопяна