В последнее время участились случаи фальсификаций демографической картины Нагорного Карабаха и региона между Курой и Араксом в целом до тройственной агрессии Баку-Анкары-международных террористов осенью 2020 года против НКР и этнической чистки в сентябре 2023 года в Арцахе.

Ясно, когда этим занимается азерагитпроп. Но, к сожалению, соревнуясь во лжи с нацистским бакинским режимом, нечто подобное порой стали вещать и некоторые армянские провластные средства пропаганды.

В связи с вышеозначенными заказными выпадами мы начинаем публикацию главы 2 книги Арсена Мелик-Шахназарова «Нагорный Карабах: факты против лжи» -  Шагреневая кожа Закавказья.

Могучая «горстка»

Накануне Первой мировой войны именно Нагорный Карабах в его естественных этногеографических границах был территорией наиболее плотного сосредоточения армянского населения в Закавказье. Если сравнить соотношение территории Нагорного Карабаха, количество и плотность проживавшего на этой территории армянского населения с аналогичными данными, например, по Эриваньской губернии (территория которой стала основой для создания ССР Армении),  то сравнение будет отнюдь не в пользу последней.

В  уже упоминавшейся записке карабахского Армянского национального совета об историко-географическом, политическом и социально-экономическом положении Карабаха, представленной им 5 мая 1919 году командованию английских войск в Закавказье, говорится: «По официальным статистическим данным русского правительства, опубликованным до начала общеевропейской войны, армян в Нагорном Карабахе насчитывается в круглых цифрах 280 000 человек, а татар и других народностей с мусульманским вероисповеданием – 75 000»[1].

В изданном в Баку в 1914 году справочнике «Весь Кавказ» приводится численность населения  Елизаветпольской губернии по данным на 1 января 1913 года: 1 240 874 человек, из коих армян – 452 294 человек[2]. Известно, что примерно 100-110 тысяч армян проживали в Зангезуре, и еще 60-70 тысяч – в других уездах губернии за пределами Нагорного Карабаха. Вычтя это число из 452 тысяч армянского населения Елизаветпольской губернии, как раз и получим ту же численность армянского населения Нагорного Карабаха, что и в вышеупомянутой записке Национального совета края.

Известно также, что в ходе войны 1918-1920 гг. погибло примерно 20 процентов населения Нагорного Карабаха, а сам край находился в состоянии разрухи. Эта оценка встречается в различных источниках, но более точных цифр потерь, похоже, не было установлено.

Однако отдельные источники могут дать некоторое представление о численности населения отдельных районов Нагорного Карабаха в начале XX века и сразу после советизации, то есть по окончании войны и погромов. Так, в статье В. Худадова «Современный Азербайджан» в разделе «Армяно-татарские отношения» автор, в частности, упоминает эпидемию оспы, в результате  которой «в районе Варанда к северо-востоку от Шуши, армянское население, насчитывавшее тогда 80 000 душ, потеряло за зиму 1906-1907 года 1300 детей, умерших от оспы»[3]. Согласно же сельскохозяйственной переписи Азербайджана 1921 года, в Варандском районе АОНК, - одном из четырех районов автономной области, - проживало 30,4 тысячи армянского населения.

Учитывая, что район Шуши всегда входил в состав Варанды, - одного из 5 исторических меликств (княжеств) Арцаха, - то в названную В. Худадовым цифру в 80 тысяч армянского населения этого района в 1906-1907 гг. скорее всего были включены и почти 25 тысяч тогдашних армян-жителей Шуши, которые позднее погибли в ходе резни и пожара в городе, или рассеялись после его разорения по другим регионам. Однако и при таком раскладе налицо фактическое уменьшение в 1921 году численности армянского населения Варанды на 25 тысяч человек!

Согласно той же сельскохозяйственной  переписи Азербайджана 1921 года, 94,4% населения, проживавшего на территориях, вошедших позже, в 1923 году в состав новообразованной Автономной области Нагорного Карабаха, составляли армяне и 5,6% - азербайджанские тюрки и другие национальности[4]. Численность населения АОНК на тот период незначительно отличалась в различных источниках (что стало следствием некоторых противоречий и неточностей при изначальном проведении и окончательном утверждении границ автономии), и составляло, по разным источникам от 129,2 тыс. до 131,5 тыс. человек. Армян, следовательно, в АОНК было никак не меньше 123 тысяч человек.

По данным всесоюзной переписи населения 1926 года, в АОНК проживали 125 тысяч 300 человек, в том числе армян – 111 тысяч 694 человека, или 89,1%, азербайджанских тюрок - 12 тысяч 592 человека или 9%, русских – 596 человек или 0,5%[5].

Обращает на себя внимание тот факт, что уже за первые пять лет после передачи Нагорного Карабаха АзССР и через 3 года после создания АОНК, численность населения последней сократилась на 4-6 тысяч человек, при этом численность армянского населения уменьшилась, как минимум, на 11-12 тысяч человек.

Этот факт можно объяснить массовым выездом за пределы Нагорного Карабаха армянских беженцев из Шуши и ряда разоренных сел вскоре после официального включения края в состав АзССР. По данным, приведенным в «Кавказском календаре на 1915 год» (Тифлис, 1914), в 1914 году в Шуше проживало 42,1 тысяч человек, из коих армян было 22 тысячи (более 52%). А накануне 1917 г. в Шуше проживало 43.869 человек, из них 23.396 составляли армяне (53%) и 19.121 татары (44%)[6]

После пожара и резни марта 1920-го в Шуше проживало 9,2 тыс. человек, из них армян - 289 человек[7].

В различных армянских источниках, когда речь заходит о трагических событиях 22-23 марта 1920 года, называются самые разные цифры погибших,  вплоть до 30 тысяч, чего не могло быть просто потому, что в городе никогда не было столько армянского населения. Наконец, известно, что тысячи шушинцев впоследствии осели в других населенных пунктах АОНК, самых разных уголках Закавказья, России и Туркестана, поэтому очевидно, что значительной, даже большей части горожан-армян все же удалось спастись. Вероятно, наиболее близки к реальности оценки от 6 до 10 тысяч погибших 22-23 марта 1920 года в огне пожаров, от пуль и ножей погромщиков армянских жителей Шуши. Вышедшие из огненной ловушки разместились по карабахским селам, - кто у родственников, а кто просто как беженцы. Да и бежать дальше пределов осажденного Карабаха им было некуда,  по крайней мере, до лета 1920-го, когда красные войска при помощи армянских частей обороны края подавили последние вспышки майского мятежа турко-мусаватистов (известного как «мятеж Нури-паши»).

26 мая 1920 года армянская газета «Жоговурд» («Народ») сообщала: «…В результате имевших место в Карабахе боев разрушены и разграблены город Шуша и свыше 30 сел, в результате чего появилось 25000 беженцев. Согласно записи, проведенной 28 апреля, 12335 человек разместились в Варанде и Дизаке, причем 5975 человек из них городские жители, совершенно голодные, раздетые и разутые. Беженцы разбросаны также в Хаченском и Джеванширском уездах, в которых из-за нарушения сообщений не было точной записи. Приблизительно можно насчитать в этих районах 25500 беженцев, для размещения которых заняты пригодные государственные и частные здания. В Варанде и Дизаке чувствуются продовольственные затруднения»[8].

Беженцы-шушинцы оказались наиболее обездоленной частью населения края после окончания войны. Бакинская газета «Коммунист» в номере от 19 октября 1921 года писала об этих людях: «Раньше всех устает и разочаровывается интеллигентская прослойка. Для нее с гибелью Шуши создалось более тяжелое положение. Она дает многочисленные человеческие жертвы, теряет родной очаг и культурно-образовательные учреждения, лишается многих прежних возможностей использования своего научного потенциала, терпит от  судьбы… и, усталая и измотанная, оставляет все и бежит с родной земли»[9].

Возвращаясь к 1921 году, констатируем, что  на территориях Нагорного Карабаха, вошедших в АОНК, проживало 120-125 тысяч армянского населения.

Согласно «Сельскохозяйственной  переписи Азербайджана 1921 года», в Гянджинском и Шамхорском уездах АзССР, - в состав которых сначала были включены  районы Нагорного Карабаха, не вошедшие в АОНК, - численность армянского населения составляла в первом – 35,4%, а во втором – 10,6%. На  территориях Нагорного Карабаха, являвших собою горные и предгорные части этих уездов, армяне проживали компактно и составляли подавляющее большинство населения.

Лишь по неполному списку армянских  сел Гянджинского и Шамхорского уездов, в 38 населенных пунктах числилось 45 тысяч  армянского населения. Это не считая еще полутора десятков сел северной части Нагорного Карабаха и города Гянджи (Елизаветполя до революции). Напомним также, что перепись проводилась всего лишь через год после окончания двухлетнего кровопролитного противостояния карабахских армян с так называемой Азербайджанской Демократической Республикой.

По данным переписи населения СССР 1926 года, в Гянджинском уезде АзССР жило 206,7 тысяч человек[10]; т. е. численность армянского населения лишь этого уезда  (не учитывая возможных изменений за 1921-1926 гг.) составляла где-то 70 тысяч человек.

Таким образом, если сопоставить и сложить все вышеприведенные данные, получится, что в 1921 году в Нагорном Карабахе в целом жило никак не менее 200 тысяч армян. Прибавив к этой цифре численность убитых и погибших от ран, болезней, голода в годы войны 1918-1920 гг., оцениваемую разными источниками в 20% от общей численности довоенного (1914 г.) населения края, - то есть четвертую часть от оставшихся 200 тысяч, - получим примерно 250 тысяч. Учтем еще и какое-то количество потерявших кров и средства к жизни, беженцев, покинувших край в 1920-1921 г, то есть после прекращения первой  азербайджано-карабахской войны, но до включения Нагорного Карабаха в состав АзССР. И убедимся, что полученная в итоге цифра приближается к цифре в 280 тысяч армянского населения Нагорного Карабаха, приводимой в вышеупомянутой записке карабахского армянского Национального совета, представленной им 5 мая 1919 году командованию английских войск в Закавказье и основанной на официальных статистических данных русского правительства, опубликованных до начала общеевропейской войны.

(Нагорный Карабах: факты против лжи. Информационно-идеологические аспекты нагорно-карабахского конфликта. М.: Волшебный фонарь, 2009. — 736 с.; с 40 илл., ISBN – 978-5-903505-07-4)

(http://russia-artsakh.ru/sites/default/files/2018-11/%D0%A8%D0%B0%D1%85%... стр. 63-68)

Продолжение следует

[1] Нагорный Карабах в 1918-23 гг. Сборник документов и материалов. Изд. АН Армении. Ереван.  1992, стр. 195

[2] Весь Кавказ. Промышленность, торговля и сельское хозяйство Северного Кавказа и Закавказья. 

    М.Шапсович. Баку, стр. 351-352

[3] Журнал «Новый Восток», N 3, 1926 г., стр. 181

[4] Нагорный Карабах за годы советской власти. Краткий статистический сборник. Степанакерт.

   1969 г., стр. 7

[5] Всесоюзная перепись населения Закавказской Социалистической Федеративной Республики 

    1926 года. Москва. 1929. Издательство Центрального статистического управления Союза ССР.

    Том 14, стр. 53

[6] «Кавказский календарь» на 1917 год. Тифлис, 1916, с. 190-196

[7] «Известия Аз. ЦСУ, 1922, N 2 (4), стр. 100

[8] Нагорный Карабах в 1918-23 гг. Сборник документов и материалов. Изд. АН Армении. Ереван. 1992, стр. 472

[9] Там же, стр. 657-658

[10] МСЭ. Москва. ОГИЗ РСФСР. Том 1. 1932, стр. 148